– Здравствуйте. Вы, случайно, не родственник Али? – спросил Нурлан.
– Вы тоже для нас все на одно лицо, – буркнул старик. – Нет, я просто арендую у него точку.
– Насколько я знаю, дела за него жена ведет. Вы ее давно видели?
– Позавчера.
– С ней все было нормально?
– Ага. Только мужа не особо рада была видеть. Явилась, а он тут.
– Али сбежал из тюрьмы? – вскричал Нурлан.
– Почему сбежал? Амнистировали его. Сейчас и убийцам сроки скашивают. А Али, тем более, и не убивал никого, подставили его, так что досрочное освобождение, это справедливо.
– Они вместе ушли с рынка?
– Ясное дело. – Старик подозрительно сощурился. – А ты кто вообще такой? Почему лезешь ко мне с расспросами?
– Я друг Али. Навещал его в тюрьме. И он говорил, что намеревается с женой поквитаться. Хочу проследить, чтоб глупостей не натворил.
– Друг, говоришь? А почему тогда не знал, что Али выпустили?
– Он не говорил. Боялся, что Александру предупрежу.
– Ты тоже ее поимел? Тут много таких. Последний Шуркин любовник вон где, – и указал на прилавок со специями, за которым стоял хорошенький таджик лет двадцати от силы. А Нурлан все удивлялся, почему от Сандры постоянно пахнет хмели-сунели.
– Прошу вас, скажите, где я могу найти Али. Это очень важно.
– Иди отсюда, – хмуро проговорил мужчина.
Джумаеву ничего не оставалось, как ретироваться.
Он вернулся в квартиру и метался по ней, не зная, что предпринять, чтобы помочь Сандре. В милицию позвонить? Сказать, что женщина в опасности? Но кто его будет слушать? Ведь нет никаких доказательств тому, что Александре что-то угрожает. И Нурлан ей никто, всего лишь сожитель, а Али муж, и женщина ушла с ним добровольно – это любой на рынке подтвердит.
Вдруг раздался телефонный звонок…
Нурлан сразу понял, что это Сандра. Сердце подсказало.
– Наконец ты вернулся. – Джумаев услышал в трубке родной голос. – Я звоню, звоню…
– Где ты была? – спросил Нурлан.
– У Али. Его выпустили.
– Знаю, знаю. Я был на рынке, искал тебя, мне сказал арендатор… – Нурлан понял, что теряет время на ненужные слова, и спросил: – Ты в порядке?
– Не совсем, но все будет хорошо, если ты мне поможешь.
– Конечно, милая.
– Приезжай на Садовую, дом восемь.
– Квартира?
– Это частный сектор. Умоляю, поторопись, – с этими словами Сандра положила трубку.
Нурлан бросился вон из дома. На улице поймал машину, назвал адрес. Пока ехал, корил себя за то, что не купил им с Сандрой сотовые телефоны. Она просила, говорила, что так здорово быть постоянно на связи, но Нурлан считал, что, если ты не крупный бизнесмен или правительственный чиновник, тебе ни к чему такая дорогая игрушка. Жили без мобильников раньше, проживут и сейчас. Некоторые городского телефона не имеют, и ничего, обходятся…
К дому под номером восемь по улице Садовой Нурлан подъехал через двадцать минут. Расплатившись с водителем, вышел. Затем направился к входной двери. Она оказалась незапертой. Джумаев зашел в дом. В нем было жарко и пахло гнилой алычой.
– Сандра, – крикнул он.
– Сюда, – откликнулась она. – И не шуми.
Нурлан пошел на голос и обнаружил Сандру в комнате, по которой клубилась пыль. Ее было так много, что она походила на туман. В доме не делали влажной уборки очень и очень давно.
– Любимый, – всхлипнула девушка и бросилась Нурлану на грудь. Ни разу она так его не называла. – Ты просто не представляешь, что мне пришлось пережить…
– Расскажи мне все.
– Потом. Сейчас надо что-то делать с этим, – и она указала на лежащего на полу человека – из-за «тумана» Нурлан не сразу его увидел.
– Это Али? – Сандра кивнула. – Что с ним?
– Кажется, он умер.
Нурлан, отстранив ее, подошел к Али. Под его животом образовалась кровавая лужа. Из-под ребер торчал нож.
– Ты убила его? – охнул Нурлан.
– Нет, это он сам…
– Сделал себе харакири?
– Он угрожал мне, водил лезвием по лицу, шее, груди… Он наслаждался властью надо мной. Но я смогла его пнуть в грудь. Али потерял равновесие и упал… На нож.
Джумаев был слишком взволнован и озабочен, чтобы анализировать ее слова. Поэтому спросил:
– И чего ты ждешь от меня?
– Помоги мне избавиться от тела.
– Но Али жив!
– Что?
– Он без сознания, но дышит. Где тут телефон? Вызывай «Скорую». Мы спасем его, а потом отправим обратно в тюрьму.
– Телефон не в этом доме, я бегала к соседям, – воскликнула Сандра.
– Отправляйся к ним опять, – крикнул Нурлан. – Али потерял очень много крови, он может умереть в любую минуту.
– И пусть! Он столько горя причинил мне, что я не заплачу, когда он сдохнет. Мне не жаль его. Знал бы, как он издевался надо мной последние сутки. Он получил по заслугам… Пусть горит в аду!
– Александра, у тебя на теле ни одной раны или царапины, – хмуро произнес Нурлан. – Так что перестань врать и иди искать телефон.
– Ты предлагал мне руку и сердце, но я не могла выйти за тебя из-за Али. Когда он умрет, мы станем свободными.
– Ты хочешь оставить его истекать кровью?
Повисла пауза.
– Сандра, ответь.
– Конечно, нет, – выдавила из себя она. – Я от стресса сама не своя… Пойду к соседям. А ты пока проверь рану, быть может, Али как-то можно помочь.
И она удалилась. А Нурлан перевернул Али и подсунул под его голову свою куртку.
– Дурак ты, – услышал он хриплый шепот. – Нельзя было ее отпускать.
– Очнулся? – обрадовался Нурлан. – Потерпи, скоро приедет «Скорая помощь».
– Ты правда думаешь, что Шурка вызовет медиков?
– Надеюсь на это.
– Дурачило…
– Ты не падал на нож, да? Это она тебя пырнула?
– Она. А еще любовника своего зарезала.
– Начальника цеха? Но за что?
– Он ее бросил, когда раскусил. У него семья: жена, две дочки. Он хороший мужик, которого попутал бес. Шурка не могла простить его за то, что он ей, принцессе, предпочел какую-то клушу. – Али харкнул кровью. Нурлан понял, что его уже не спасти. – Ты думаешь, я это придумал? Нет, она сама в этом призналась. Сидела надо мной и говорила, говорила сама с собой… Я не все смог услышать, проваливался в беспамятство.
– А нож в твоем багажнике, кровь на рубашке?
– Она подготовилась к убийству основательно. И отомстила сразу двоим. Она страшная женщина. Так что зря ты меня не послушал…
– Знаю, – чуть слышно проговорил Нурлан. – Но я все равно ее люблю. А ты?
Али не ответил. Он захлебнулся кровью и умер.
Нурлан стал ждать Сандру, но… Дождался наряда милиции.
Джумаева забрали, поместили в камеру предварительного заключения. Его обвинили в преднамеренном убийстве мужа своей сожительницы. Доказать свою невиновность Нурлан не смог – показания против него дали многие, в том числе Александра Мамедова. А какой спектакль она устроила в суде! Слушая ее выступление, обвиняемый чувствовал, как через отвращение пробивается восхищение. Если бы Нурлан не утратил способности писать, он посвятил бы Сандре роман. Она была достойна того, чтобы стать главной героиней, пусть и отрицательной.
Когда судья вынесла Джумаеву приговор (шесть лет заключения в той же колонии строгого режима, где отбывал срок Али), Александра Мамедова извинительно улыбнулась ему. Как будто хотела сказать, ты не держи на меня зла, я не хотела, ты сам виноват, я предлагала совсем иной вариант.
И Нурлан кивнул Сандре. Типа я все понимаю. Я тебя не проклинаю, хоть и виню. Быть с тобой не могу. Но как без тебя – не знаю. Поэтому тюрьма – не самый плохой вариант. Иначе исход суда был бы иным. Нурлан мог запустить руку в свой валютный счет, нанять лучшего адвоката и выиграть дело.
Но он поплыл по течению…
Глава 2
Чаплин сунул в рот сигарету и с наслаждением затянулся. Вчера он сорвался, купил пачку «Парламента», но решил, что бросит сразу после того, как она кончится. А пока она пуста лишь наполовину, он будет кайфовать.
– Дай затянуться, – обратился к нему Иван Охлопков. Они вместе сидели на лавке, стоящей у съемочного павильона.
Эд передал ему сигарету.
– Ты же не куришь, – сказал он.
– Как и ты. – Он сделал затяжку и закашлялся. – Гадость какая… Зачем я только потащил ее в рот?
– Отдай.
Иван вернул сигарету и спросил:
– Что будет с фильмом?
– Мы снимем его и получим кучу наград.
– Но сегодня мы не работаем?
– Нет.
– И завтра?
– Съемки приостановлены на неопределенное время. Такое бывает. Так что поводов для беспокойства нет.
– Если нет, почему ты закурил?
– Боюсь потерять творческий азарт. Если мы запустим производство через неделю, это хорошо. Но за месяц я перегорю.
– А я уйду в другой проект. Мне предложили одну из главных ролей в сериале. Такой шанс нельзя упускать. Если бы мы продолжили работу над «Сиамскими», я бы отказался, но раз так все складывается…
– Я поговорю с Пан Фи сегодня. Посмотрим, что скажет.
– А не лучше ли с Аксакалом? Панфилов под его дудку пляшет.
– Он потерял племянника и чуть не умер от приступа. Думаешь, ему есть дело до этой всей ерунды?
Чаплин докурил и бросил окурок в урну. Промазал. Пришлось вставать, подбирать.
– Если убийцу найдут в ближайшие дни, все наладится? – спросил Ваня, закинув в рот мятную жвачку.
– Мне кажется, дело вообще не в убийствах. – Чаплин протянул ладошку, чтобы получить пластинку «Орбита».
– А в чем?
– В древности считалось, что появление сиамских близнецов предвещает конец света, поэтому от них избавлялись, принося в жертву богам.
– Я читал об этом.
– А если они на самом деле приносят несчастья? А я сделал их своими музами.
– Что за глупые суеверия, Эд? – искренне удивился Иван. – На тебя это не похоже.
– Знаю, – вздохнул режиссер.
– И пессимизм тебе несвойственен. Так что перестань кукситься, иначе растеряешь свой творческий азарт раньше чем через месяц, а нам нужно снять этот фильм, потому что лично я рассчитываю на премию за главную мужскую роль. Тебе она тоже не помешает, но за режиссуру.