И он ушел… А Женя остался…
Ни с чем.
Глава 5
Тарантино сидел за своим рабочим столом и тупо смотрел в экран компьютера. По нему плавали рыбки. Повиливали хвостами, перебирали плавниками, выпускали изо ртов пузыри…
Такие заставки были на сотых «Пентиумах», оснащенных первыми «виндосами». Костя-подросток балдел от них. И когда стал взрослым дядей, скачал и поставил на рабочий комп, чтоб хоть что-то отвлекало. Еще загрузил «косынку» и «паука». Но на игры времени не было, только на рыбок…
Дверь открылась, и в кабинет влетел Ерш.
– На, – выпалил он и бросил на стол Марченко какие-то бумаги, после этого убежал.
Костя скосил на них глаза и тут же вернулся к наблюдению за рыбами. Интересно, они нарисованы с натуры? Есть у них прообразы, как у персонажей любимого сыном мультика «В поисках Немо»?
Одиночество Тарантино снова нарушили. На сей раз это сделал Аркадий.
– Результаты готовы? – спросил он.
– Да, лежат передо мной.
– Ты их посмотрел? – Тарантино покачал головой и вернулся к созерцанию виртуальных рыбок. – Да что с тобой сегодня такое? – возмутился Джорджи. – Сидишь, как мешком прибитый…
Он подошел к столу Кости и взял с него распечатку с результатами экспертизы, проведенной над жидкостью, которой была наполнена бутылочка, украшающая брелок, найденный в студийном диване крысом по имени Борис.
– И что там? – спросил Тарантино.
– Неужели тебе интересно? – саркастично воскликнул Аркадий.
– Ага. Я просто двигаться ленюсь. Считай, нахожусь в режиме ожидания, как мой комп.
– Жидкость содержит токсичные вещества химического происхождения, – зачитал Джоржи. – При регулярном попадании в организм может нанести ему непоправимый вред.
– Но убить не может?
– С одного-двух раз нет.
– То есть это не тот яд, которым были отравлены две наши жертвы?
– Совершенно определенно, нет.
– Чем дальше в лес, тем злее партизаны.
– Да, вопросов становится все больше, а ответов как не было, так и нет.
– Надо хотя бы выяснить, чей брелок.
– Уже. – Аркадий включил чайник и стал копаться в коробке с пакетированной заваркой. Он любил «пуэр» и выбирал его среди ассорти. – Поскольку брелок был найден в диване, поставленном специально для сестер Сомовых, я связался с Таней – с ней легче разговаривать. Спросил, не теряли ли они ключи.
– Она ответила, что теряли?
– Нет. Но заинтересовалась брелоком. Попросила описать его. Когда я сделал это, она заявила, что видела подобный в руке Абзала. Он часто поигрывал им. Аня подтвердила.
Тарантино отлип от экрана, а чтобы он больше его не гипнотизировал, щелкнул по клавише «ентер».
– Зачем кому-то носить с собой яд, который не убивает?
– Убивает, друг мой, не сразу, а постепенно. Если регулярно давать человеку ту дозу, что налита в бутылочку, его здоровье постепенно разрушится, а смерть будет выглядеть естественной.
– И вскрытие ничего не покажет?
– Точно.
– Абзал подтравливал своего богатого дядюшку? – предположил Костя.
– Парень устал ждать его смерти, – кивнул головой Джорджи. – Я навел кое-какие справки о Нурлане. Он весь больной. С таким количеством болячек не живут, а он еще умудряется вести активный образ жизни, заниматься бизнесом.
– Деньги творят чудеса.
– Не творят, Костя. Иначе один из богатейших людей планеты Стив Джобс не ушел бы в расцвете лет.
– От смертельных болезней ничего не спасет, это понятно. Но бедняк может ждать донорской почки годы, пока не зачахнет, а богатый купит ее и станет жить дальше. Возьми внука Рокфеллера, умершего недавно. Ему пересадили шесть сердец, и он дотянул до ста лет.
– Я ничего не говорю, Джумаев потратил много средств на восстановление здоровья, но жив он не только и не столько благодаря медикам. Он боец. Настоящий ниндзя. И смерть его главный противник. Он ведет с ней бой все последние годы. Пока побеждает.
Тарантино никак не мог собрать мозги в кучу, хоть и старался.
– У вас все дела такие запутанные? – спросил Аркадий. Вода вскипела, и он заварил себе чаю.
– Мне тоже запарь пакет, – попросил Костя. – Разные у нас дела. Но с таким я еще не сталкивался.
– Значит, мне повезло, да? – усмехнулся он. – Триумфальный дебют окажется грандиозным провалом. Чую, мы не раскроем это дело.
– Рано сдаваться, мы только начали расследование.
– Абзал подтравливал своего дядю, но умер от того, что выпил воду из его стакана. Значит, старика хотел отравить еще кто-то, так? Причем тем же ядом, который убил Большого Уха. Какая связь между Филиппом и Нурланом?
– Видимой нет.
– Может, первый – внебрачный сын второго? Я видел паспортную фотографию Большого Уха, у него миндалевидные глаза и чуть приплюснутый нос.
– Если в порядке бреда предположить, что это так, то отца с сыном мог убрать только Абзал, а он сам скончался.
– По неосторожности?
– Даже версия Карины более правдоподобна, нежели твоя.
– Да, повара обычно лучше разбираются в преступлениях, чем опытные оперативники с высшим юридическим образованием, – поджал губы Аркадий и еще больше стал похожим на Джорджа Клуни.
– Конечно, нет. Поэтому, когда они несут ахинею, это не так бесит.
– И какое предположение высказала эта особа?
– Думает, что погибшие – случайные жертвы маньяка, устроившего русскую рулетку, в которой вместо патрона – яд.
– А что… Версия и правда лучше моей.
– Прикалываешься?
– Нет, я серьезно. На моей практике было дело, чем-то похожее на наше. Я в Камышине тогда жил, это по вашим, московским меркам небольшой город в Волгоградской области. За два месяца – четыре трупа. Все обнаружены в дни зарплаты на заводе стеклотары: в аванс и окончаловку. Все жертвы были убиты ударами по голове и ограблены. Думали, все из-за денег, ан нет. Душегуб оказался маньяком. Людей убивал из удовольствия, а кошельки отбирал для отвода глаз.
– Почему тогда именно в день зарплаты?
– Выпивал, как это положено у работяг, с получки и отправлялся в ближайший к заводу сквер, там всегда можно было подкараулить хмельного мужичка. Знаешь, как поймали?
– На живца?
– Точно. Приманкой был я.
– Тебя не Джорджи нужно было прозвать, а Володькой.
– Шараповым? Мечтал я в детстве быть на него похожим.
– Но тебе не повезло, и ты вырос копией Джорджа Клуни.
– Ну тебя, – отмахнулся Аркадий. – Я ж не про внешность.
– Да я понял, так прикалываюсь. Разряжаю обстановку, можно сказать. – Тарантино взял кружку с чаем, сделал глоток и поморщился. Горько. Про сахар он Аркадию ничего не сказал, тот его и не добавил. – А про Нурлана еще что рассказать можешь?
– Трудной судьбы человек. Неудивительно, что выглядит на сто лет в свои пятьдесят восемь. У меня отец его ровесник, так его за моего старшего брата принимают. Он, кстати, не седой, я в мать волосами пошел. Но я отвлекся. Возвращаюсь к Джумаеву. Его отца расстреляли за измену Родине, мать стала случайной жертвой бандитской разборки, сам Нурлан был в плену у чеченских боевиков и отсидел шесть лет за убийство.
Тарантино присвистнул. Да уж, трудная судьба у человека, ничего не скажешь.
– Через кого инфу раздобыл?
– Есть у меня хороший приятель в ФСБ, он помог. – Джорджи тоже принялся за чай и пил его с удовольствием. – Пока Нурлан отбывал срок, его квартирку к рукам прибрали, потому что он ее приватизировать не успел. Вышел, а жить негде. Прописали его в каком-то клоповнике. В общем, еще помыкаться пришлось.
– Но сейчас он миллионер?
– Миллиардер, если брать казахские деньги или наши.
– Откуда дровишки?
– Поди узнай.
– С легального бизнеса начал?
– Да. Мелкого, правда, но поднялся стремительно. За пару лет. И не подкопаешься – все законно.
– Где начальный капитал взял?
– Этого в досье нету. Но я думаю, подкинул кто-то из корешей. Нурлан большой умница. Он хоть и без образования, но головастый. Какой-то важняк решил, что вложение денег в его дело будет выгодным предприятием. И, возможно, неплохим прикрытием для какого-то теневого бизнеса.
– Тебя это ни на какую мысль не наталкивает?
– Серый кардинал решил убрать своего верного солдата? У Лаврушки уже появлялась похожая версия.
– Если она окажется верной, два глухаря нам обеспечены. – Тарантино еще раз глотнул чая. Но он стал крепче, а от этого еще противнее. – Дай мне карамельку, пожалуйста. Не могу без сладкого чай пить.
Аркадий взял конфету и кинул ее коллеге. Но Тарантино не смог ее подхватить. Карамелька упала на пол, он наклонился, чтобы ее поднять, и тут услышал:
– Еще раз здравствуйте, майор Марченко еще не приехал?
Тарантино замер. Он узнал голос Селезневой.
– Приехал. – Пауза. Костя предполагал, что Аркадий ждет, когда он выберется из-под стола, но так как он этого не сделал, то добавил: – Но тут же убежал куда-то. Кажется, в лабораторию.
– Понятно. Что ж, извините. Но Костя мне нужен, а я никак не могу его поймать.
– Он у нас такой… Неуловимый. Я скажу, что вы заходили…
– Вы разве знаете мое имя?
– Нет, но я вас опишу, и майор Марченко поймет, о ком я. Вы просто копия Сальмы Хайек. Но улучшенная.
– Скажете тоже, – не без кокетства проговорила девушка, а затем ушла, о чем свидетельствовал хлопок двери.
– Выбирайся из укрытия, бравый полицейский, – хохотнул Аркадий. – Опасность миновала.
Марченко разогнулся.
– Селезнева не похожа на Сальму, – первое, что сказал он, приняв нормальное положение.
– Нет. Но это было бы забавным, потому что она тоже снималась в фильме «От заката до рассвета».
– Я забыл у нее часы.
– А я думаю, что ты постоянно руку вздергиваешь.
– Да, мне их не хватает.
– Так пойди и забери.
– Боюсь.
– Ее?
– Себя.
– Ты с ней в одном здании работаешь, не сегодня, так завтра встретишь в лифте, коридоре, столовой. Не лучше ли сразу решить вопрос?