Они оставили двуколку возле магазина драпировочных материалов и отправились к другим лавкам. Кейт купила булавки для волос и другие совсем ненужные ей мелочи. После этого чета Дугласов собралась спуститься вниз по торговому ряду, чтобы посетить Майкла Скотта и его жену Сибиллу, полногрудую, светловолосую молодую женщину с яркими голубыми глазами и миленьким веснушчатым носиком. В свое время Мэри просила ее подобрать комплект шелковых ниток для рукоделия.
— Поскольку мы здесь, — произнес, улыбаясь, Адам, — почему бы тебе не взглянуть на ткани. Ведь тебе понадобится новое платье на свадьбу Маргарет. — Он повернулся к владельцу магазина. — У вас найдется что-нибудь подходящее для моей супруги?
Майкл отрицательно покачал головой.
— Сэр, сейчас нет ничего стоящего, но в пути находится пароход с товарами. Он прибудет в конце недели. — Скотт улыбнулся Кейт. — Каким вы себе представляете ваш будущий наряд, миледи?
Она повернулась к мужу.
— Свадьба, наверное, будет очень представительной и шикарной, не так ли?
— Скорее всего, бракосочетание состоится в Холируде, — ответил Адам, — поскольку сам король согласился оказать честь молодым. Он будет присутствовать на церемонии.
В этот момент Сибилла Скотт, окинув фигуру Кейт внимательным взглядом, спокойно заметила:
— Миледи, вам очень пойдет что-нибудь зеленое. Полагаю, Майкл сможет специально для вас найти подходящий отрез изящного венецианского шелка.
Мэри вопросительно взглянула на мужа.
— Как ты смотришь на это предложение? Может, лучше взять ткань серебристых тонов? Или ее пустить на отделку прилегающего лифа и верхней юбки?
Дуглас отрицательно покачал головой.
— Только не такого цвета. Он совершенно не подходит для посещения Холируда. Пойми, в городе все еще действует ограничение в отношении нарядов. Даже жена графа не смеет появляться в эти дни на публике в платьях золотистых и серебристых оттенков. Кроме того, после окончания церемонии соберутся массы простолюдинов, чтобы поглазеть на молодых… Иаков болезненно отнесется к такого рода туалету.
— Но на нашей свадьбе я была в платье именно серебристого цвета!
— Гм… Это происходило в Нагорье, — напомнил Адам. — К тому же, наряд когда-то принадлежал твоей маме. Щеголять в такой одежде в Эдинбурге, где власть сосредоточена в руках кальвинистов, просто неразумно.
Кейт поникла.
— Что же мне делать? Может, пошить платье из чистой шерсти?
Сибилла, посмеиваясь, принялась заворачивать выбранный материал в коричневую бумагу.
— Сэр, нехорошо закутывать такую красивую женщину в подобные наряды, — заметила она. — Я считаю, нужно подобрать подходящие кружева. Молочно-кремовый цвет, как мне кажется, прекрасно гармонирует с зеленым шелком. Кстати, миледи, вы шьете?
— Ну… Говорят, я делаю это довольно хорошо. Но — вот беда! — у меня нет опыта в кройке. И мне совершенно необходимо научиться что-то делать по образцу, — смущенно добавила она, принимая пакет от жизнерадостной супруги владельца магазина.
— Знаете, можно обойтись и без этого, — улыбнувшись, вмешался в разговор Майкл Скотт. — У моей супруги есть рисунки модных французских и английских нарядов. Вы подберете что-нибудь подходящее для себя, а она поможет в остальном, если, конечно, вас устраивает такой вариант. — Он внимательно посмотрел на Дугласа. — Сэр, обратитесь к Элспет Кеннеди. Ее услугами пользовалась ваша матушка.
Услышав знакомое имя, Мэри непроизвольно вздохнула, но Адам ничего не заметил или просто не обратил внимания на такое незначительное обстоятельство. Он нахмурился и задумался.
— Хорошая идея, — наконец произнес Дуглас. — Впрочем, я мало знаю о самом Кеннеди. Поговаривают, он суров и плохо обходится со своей женой и дочерьми. Но мне нравится ваше предложение, Майкл. Тем более, Элспет сможет немного заработать. Ладно, мы поговорим с ней.
Запутавшись в собственных умозаключениях, Кейт не слушала продолжения их беседы. «Бесспорно, — про себя решила она, — эта женщина — мать Сусанны. Но как же Адам соглашается со Скоттом, не подумав о… Господи! Ну и положение!»
Приближалось время отъезда домой. Они спокойно вышли из магазина. Вслед неслись заверения Майкла, что как только прибудут новые ткани, он сообщит об этом в замок. Кейт подождала, пока Адам подгонит двуколку поближе, затем торопливо перебрала свертки и встревоженно всплеснула руками.
— О, дорогой, я оставила на прилавке пакет с заколками для волос. Помнишь, когда мы осматривали те странные свечи, сделанные в форме роз? Такой маленький коричневый сверточек… Ты не окажешь любезность? Пожалуйста, принеси его.
Дуглас, естественно, заворчал, как это принято при общении супругов. Если бы заколки остались в магазине Майкла Скотта, все было бы намного проще. Но лавочка, где продавались свечи, находилась в самом конце деревни. Адаму очень не хотелось идти туда, но не ехать же на двуколке по такой узкой улочке. Побурчав еще немного для приличия, он передал вожжи жене и спрыгнул на землю.
Кейт внимательно наблюдала, как супруг отправился исполнять свой долг вежливости, и молила Бога только об одном — лишь бы он не повернул назад. Вот Дуглас исчез за дверью небольшого магазинчика… Его долго нет…
Наконец он появляется на крыльце, сжимая в ладони небольшой сверточек…
Кейт резко ударила лошадь кнутом и, когда та рванулась вперед, закричала:
— А теперь, сэр Дуглас, можете наслаждаться прогулкой по свежему воздуху. Да, кстати, вспомни по дороге о бедной Сусанне! Приятного пути!
Оглянувшись еще раз, она яростно дернула вожжи, заставляя лошадь скакать во весь опор. Подпрыгивая и грохоча, двуколка понеслась по неровной дороге.
Когда Мэри добралась до замка, несчастное животное тяжело дышало и было покрыто крупными каплями пота. К счастью, на конном дворе она не встретила Джорди Эллиота, который непременно отругал бы ее, увидев загнанную лошадь. Швырнув вожжи тощему рыжеголовому конюху, Кейт приказала занести в дом покупки, а затем по винтовой лестнице поднялась в комнату для отдыха.
Придя немного в себя, она послала служанку найти и привести к ней Сусанну Кеннеди. Мэри хотелось хоть с кем-то поделиться своим триумфом. А кто порадуется вместе с ней этому успеху, как не Сусанна? Разве она не страдала? Итак, Дуглас, обманувший и покинувший молоденькую женщину, потерпел очередное поражение. Теперь счет складывается явно не в его пользу. Что ж, наглость должна быть наказана.
Спустя несколько минут скрипнула дверь, и в комнату бочком вошла Кеннеди. Кейт бросилась ей навстречу.
— О, Сусанна, ты ни за что и никогда не угадаешь, что я сотворила!
Молодая женщина теперь выглядела отдохнувшей и держалась довольно бодро.
— Госпожа, я прямо-таки сгораю от любопытства. У вас такой довольный вид…
— Так вот, я отплатила ему за нас обеих. Мне удалось оставить его в деревне. Теперь он меряет дорогу шагами.
Сусанна глубоко вздохнула и недоуменно посмотрела на хозяйку.
— Госпожа, простите, но я ничего не могу понять. Итак, что же вы сделали?
— Боже, я знала! — Мэри закружилась в танце. — Понимаешь, это совершенно восхитительное наказание. Однажды он тоже предпринял нечто подобное по отношению ко мне.
— Вы вернулись домой без хозяина?! — Сусанна от изумления широко открыла рот. Наконец-то до нее дошел смысл слов Кейт.
— Да, черт побери, да! — Мэри еще раз мысленно поздравила себя с победой. Ее ликованию не было ни конца, ни края. — Я проучу его, чтобы он ни на минуту не забывал, с кем имеет дело. Послушай, Сусанна, в деревню мы приехали на двуколке… По счастливому стечению обстоятельств у меня в руках оказались вожжи… Я бросила его, оставила стоять посреди улицы! О, видела бы ты лицо моего мужа! Как жаль…
— Однако, миледи, — перебила ее Кеннеди, — он придет в ярость! В самое настоящее бешенство! О, моя госпожа, нет ничего хорошего в том, что вы не подождали хозяина. — Служанка потрясла головой, словно пытаясь избавиться от наваждения и боли. — Он будет готов убить вас! Иного и ждать нечего.
— Ну вот еще! Стоять и ждать, пока Дуглас пешком догонит меня — это уж слишком! — заносчиво произнесла Кейт, совершенно не принимая в расчет замечание Сусанны.
— Почему пешком? Госпожа, в деревне полно лошадей! А он ведь хозяин! Неужели ему трудно взять любую из них?
— Оооо… Я как-то не подумала об этом, — смешалась Кейт. — Интересно, почему же он в таком случае не догнал меня?
Осознав неподдельную тревогу Сусанны, Мэри начала понимать остроту и опасность создавшегося положения, в которое она попала по собственной прихоти. Как только в ее голове оформилась мысль о возможности отомстить мужу, Кейт действовала чисто импульсивно, без учета возможных последствий. Конечно, она предполагала, что Адам рассвирепеет, но надеялась на его чувство юмора, считала, он расценит ее выходку как иронию судьбы, как маленькую шалость в отместку за пешую прогулку по берегу Спай. Теперь эта уверенность пропала, хотя Мэри старалась убедить себя, что не лгала мужу. Она действительно оставила пакетик на прилавке свечного магазинчика. Пусть это было сделано с определенной целью, но факт есть факт. А ведь Дуглас просил ее не лгать. Ей вспомнилось, как Адам заклинал не демонстрировать свои претензии на публике… Кейт попыталась успокоить себя, мысленно уверяя, что деревенская мостовая — совсем не публичное место, однако…
— Так ты считаешь, хозяин и в самом деле разгневается не на шутку, не так ли, Сусанна?
Радость победы мгновенно померкла, голос зазвучал хрипло и как-то неуверенно, скорее, даже испуганно.
— Да, госпожа.
— Что он может сделать? — Мэри не ждала ответа на этот вопрос, так как прочитала его в широко открытых глазах Кеннеди. — Ничего. Я уже преуспела в том, что заставила его прийти в ярость… Дуглас, скорее всего, не разрешит мне поехать в Эдинбург на свадьбу Маргарет или… Или придумает более жестокое наказание? — Она с трудом глотала эти собственноручно приготовленные пилюли. — Может быть, Адам даже поколотит меня. Да, да… Точно. Он поколотит меня.