Это невзначай брошенное сообщение о сумасшествии Ренальда едва ли обнадежило ее и убедило в собственной безопасности. Кейт была перепугана с того самого момента, когда бандиты показали, на что они способны. Теперь страх заставлял непроизвольно сокращаться каждый мускул ее тела. Она почти не дышала, хотя сердце продолжало колотиться с бешеной силой. Неужели эти звери в человеческом обличье издевались над бедной Эллин Кеннеди? Значит, ей самой суждено повторить ее судьбу? Боже, нужно же было уезжать из Стрэчен-Корта! Почему не отсиделась в спальне, причем в полной безопасности?
Главарь протянул руку и провел грубым грязным пальцем по нежной щеке Мэри. От неожиданности она подпрыгнула в седле и еще больше разволновалась.
— Не беспокойся и не мучай себя, дорогая. Нам не хотелось бы причинять тебе боль — это повредит нашим планам. Ведь мы желаем получить за тебя довольно приличную плату.
— Что вам нужно? — еле слышно прошептала Кейт, так как от страха голос почти полностью пропал.
— Я хочу провернуть небольшую, но выгодную сделку. Тебя, девочка, мы обменяем на наших парней, находящихся в заточении в Фоксбурге. Конечно, нам придется попросить кое-что в придачу… Дуглас просто купается в золоте. Пусть немного поделится с моими честными ребятами. Впрочем, их это не совсем устраивает. Лучше бы он сам оказался в наших руках. Ну, а теперь, будь добра, передай мне поводья, если не желаешь занять теплое местечко за моей спиной.
Мэри молча подчинилась и позволила главарю вести ее лошадь в поводу. Его люди построились в колонну, потому что впереди протекал ручей и его пришлось форсировать вброд. Миновав водную преграду, бандиты повернули коней на юг. Они оставили исхоженную тропу далеко позади. Сейчас их путь проходил по узкому и скалистому краю лощины. Кейт все еще находилась в неведении, куда направляются разбойники, а солнце пряталось за тучами и не могло помочь сориентироваться.
Бандиты передвигались по незнакомой ей местности гораздо медленнее, чем она предполагала когда-то. Неожиданно из неведомых глубин сознания выплыла мрачная мысль: «А вдруг Дуглас воспримет мое исчезновение как очередной побег? Я ведь хотела вернуться домой еще до начала переполоха. Но теперь это уже нереально». Кейт даже вздрогнула, представив себе гнев Адама, когда он не обнаружит ее в спальне. Скорее всего, Дуглас рассвирепеет настолько, что откажется освободить заключенных в тюрьму разбойников. А может, размеры выкупа покажутся ему неимоверно большими?
Мэри пристально посмотрела на детину, гарцующего перед ней на лошади. Появилось страстное, почти непреодолимое желание хорошенько ударить по его мерзкой ухмыляющейся физиономии. Остальные всадники напоминали ей безмозглых баранов. Тот ужасный парень по имени Ви Ренальд мало того, что напоминал вышеупомянутое животное, но еще и был действительно немного не в себе. Хвала Создателю, их предводитель имел над ними безграничную власть и не позволял своим парням ничего лишнего.
Пока Кейт осматривалась и обдумывала положение, в которое попала из-за собственной прихоти, группа бандитов уже преодолела путь через скалистую долину и теперь пробиралась по чащобе, за которой открывался участок леса, расчищенный под поле. В его дальнем конце располагалась низкая, сложенная из камня и покрытая соломой хижина.
Не выпуская из рук поводья Сеси, главарь спрыгнул на землю и помог спешиться своей пленнице. Когда его ладони обхватили талию Мэри, одна из них, будто случайно, ласково коснулась ее груди. Рассерженная и оскорбленная, она надменно вскинула голову и отвернулась от разбойника, сделав вид, что наблюдает, как остальные члены преступной шайки покидают седла своих скакунов. Предводитель тихонько застонал от приятного ощущения и приказал Ви Ренальду немедленно обследовать лачугу.
— Если потребуется, — крикнул он вслед, — приведите хижину в божеский вид. Нам нужно поудобнее расположить нашу пленницу. — Атаман шайки повернулся к Кейт. — Это пристанище мало походит на привычное для вас жилище, но вам придется провести в нем некоторое время. Как только приедет Дуглас, мы вас выпустим.
Он внимательно посмотрел на Мэри, но та ничего не сказала.
Кейт не проронила ни слова. Но когда несколько бандитов за ее спиной разразились звонким смехом по совершенно непонятному ей поводу, она испугалась, и в расширившихся от ужаса глазах вспыхнули искорки страха.
— Не бойся, девочка, парни не тронут тебя, — ободрил Мэри главарь банды. — Они не причинят никакого вреда. Я ведь уже говорил об этом. Какая бы похоть их не одолевала, ребята прекрасно понимают, что сэр Дуглас за любое поползновение на честь его жены не только накрутит им хвоста, но и голову оторвет. Так что люди строго следуют моим указаниям. Я смогу достичь намеченной цели лишь в том случае, если ты останешься для них запретным плодом. Мне очень нужны парни, находящиеся в заточении. Естественно, мы получим деньги, а сэру Адаму придется гарантировать безопасность узников.
Мэри отбросила страх и подумала, что Дуглас обязательно должен приехать за ней. Как только он узнает о похищении, его сердце не выдержит. «Хорошо бы, чтобы все закончилось благополучно, — подумала она. — Хотя малая толика страданий не помешает. Совсем чуточку… Этого вполне хватит, дабы смягчить ярость Адама».
Вздохнув еще раз, Кейт посмотрела в глаза предводителю шайки.
— Мой супруг знает, где я нахожусь?
Ее голос звучал четко и уверенно, как и подобает истинной леди благородного происхождения из рода Дугласов и Макферсонов.
Главарь кивком головы указал на хижину.
— Войди в помещение, девочка. Сэр Адам очень скоро узнает о твоем похищении, но никто не скажет ему о месте твоего пребывания до тех пор, пока он не заплатит выкуп. Возможно, это случится завтра.
Она пристально взглянула на разбойника, чувствуя, как горло снова сжимается от страха.
— А почему не раньше?
— Мы решили дать сэру Дугласу немного времени, чтобы реально прикинуть свои возможности. Кроме того, нам крайне интересно, какую цену он предложит за свою прелестную женушку.
— А если он не пойдет на это? — Решившись задать такой вопрос, Мэри собрала все свое оставшееся мужество. Ее очень интересовало, что может случиться в противном случае. — Мой муж будет злится на меня. Ведь я нарушила его приказ и выехала без сопровождения, — пояснила она главарю.
Главарь окинул ее взглядом с головы до ног, словно раздевая. Его кривая ухмылка вызвала у Кейт повторное желание избить негодяя.
— Естественно, твой дорогой супруг будет стараться выиграть время… Ладно, посмотрим на твое поведение. Ну, а теперь добро пожаловать во «дворец», миледи. — Предводитель шайки разбойников галантно отступил в сторону. Мэри нерешительно шагнула вперед и переступила порог хижины.
Внутри убогой лачуги оказалось довольно сухо. Грязный пол не подметался в течение долгого времени. Это ясно говорило о том, что здесь давно никто не жил. Около единственного маленького окошка стоял колченогий расшатанный стол. У закопченного камина — узкая, но массивная скамейка. Очаг, кстати, был без дымохода, и Кейт, несмотря на холод, поблагодарила Бога, что его не затопили, иначе бы дышать стало невозможно.
Главарь внимательно осмотрел помещение и приказал Ви Ренальду принести несколько теплых одеял. После этого он вытащил из кармана куртки два засаленных кожаных ремня.
— Нехорошо связывать такую красивую девку, — буркнул атаман, — но ничего не поделаешь. Так будет спокойнее и тебе, и мне. Двое моих парней останутся за стеной хижины, на улице. Я не могу доверять им, хотя снаружи и холодновато. Правда, я не верю и тебе, дорогуша, поэтому на ночь не оставляю в одиночестве. Знаешь, нет желания рисковать головой и… денежками.
Мэри не стала возмущаться. Однако присутствие — пусть и за пределами лачуги — двух охранников напрочь отметало всякую надежду на побег. Это угнетало и рождало в душе Кейт мрачные предчувствия.
Пока ей связывали руки, она стояла возле скамейки, а затем села на нее. Предводитель разбойников тут же надежно спутал ноги Мэри, а оставшийся свободный конец ремня продел в отверстие сиденья и затянул хитроумным узлом. Еще раз внимательно проверив путы пленницы, атаман довольно прищелкнул языком и произнес:
— Если станет совсем холодно, у тебя есть возможность прилечь на одеяла. Вот, посмотри, Ви бросил их у твоих ног. Не переживай, девонька, все будет хорошо.
Через несколько минут Кейт услышала удаляющийся стук копыт — и все кругом притихло, словно природа перед грозой.
В хижине царил мрак. С открытой дверью еще что-то было видно, но теперь, когда ее закрыли, Мэри едва могла рассмотреть собственные ноги. Слабый свет, идущий от так называемого окна, не достигал и середины небольшого помещения. Кстати, ей предусмотрительно не закрыли рот кляпом, чтобы она имела возможность в случае необходимости позвать одного из охранников. Впрочем, «церберы» могли войти и сами в любую минуту.
От сидения на жесткой скамье тело вскоре занемело. Однако Кейт стиснула зубы и принялась внушать себе, что нельзя опускаться на пол — в конце концов, это просто унизительно для дамы ее положения. Она всеми силами старалась сохранить чувство собственного достоинства. Правда, как Мэри не извивалась и не подергивала плечами, мышцы болели все сильнее, а усталость брала свое. Она уже была не в состоянии выдерживать эту пытку. Потянуло на мягкие одеяла, лежавшие на полу, но Мэри решила не поддаваться этому желанию.
Отыскивая более удобную позицию, она обнаружила, что можно сесть боком. Хотелось откинуться на спину, прислониться к стене, но скамейка словно прилипла к грязному полу и не сдвигалась с места. Наконец Кейт поняла, что долго сидеть в таком положении она просто не сможет. Колени сводило судорогой, мышцы спины одеревенели и почти ничего не чувствовали.
Страх ни на минуту не покидал ее. Она никак не могла сосредоточиться и успокоиться. В голову сами собой лезли всякие мрачные мысли. Почему-то снова вспомнилась Меган Саммервиль, которая по-прежнему находилась в Стрэчен-Корте. Уж теперь-то она воспользуется отсутствием Кейт в полной мере. Скорее всего, Меган сейчас обольщает и очаровывает Дугласа. От ярко представившихся сцен искушения мужа кровь Мэри закипела от возмущения… и ревности. Она почувствовала, что еще несколько минут таких «радостных» раздумий — и можно сойти с ума. «Нет, так дальше нельзя! — мысленно прикрикнула на себя Кейт. — Нужно вспомнить о чем-нибудь другом, более приятном. Кстати, который сейчас час? Не мешало бы подкрепиться. Господи, о каком ужине может идти речь? И все же, неужели меня не покормят?»