— Значит, она остается? — догадалась она.
— Да. Но ты обязательно должна сказать этой леди — от моего имени, — что дальнейшая ее судьба зависит только от нее самой. Муж Меган имеет полное право знать, как ведет себя его половина, когда покидает дом. При встрече я постараюсь ввести сэра Реджинальда в курс дела, поэтому постарайся втолковать ей, что содержание этого разговора будет всецело зависеть от моего мнения о ее поведении.
— О сэр, я немедленно поставлю Меган в известность. Немедленно!.. Она с нетерпением ждет меня в моей спальне. — Улыбаясь, она поднялась и направилась к двери. Вдруг, словно опомнившись, она обернулась и присела в глубоком реверансе. — Благодарю вас, милорд.
— Ну, девочка… Не стоит делать этого. Кстати…
— Да, ваша светлость.
— Не обольщайся своим успехом, — очень серьезно произнес хозяин дома. — Тебе еще придется многое пережить после нашего разговора. Лично мне кажется, ты этого не заслужила. Впрочем…
Кейт поморщилась.
— Что вы, сэр, я прекрасно помню обо всем. Но вместе с Меган, которая — я верю! — станет моей подругой, мы постараемся поправить положение.
— Вполне возможно, — согласился лорд Стрэчен. — Ну, а теперь сама улаживай свои дела. У тебя не так уж много времени. Да, и не забудь сказать моей племяннице, — серьезно добавил он, — чтобы она присутствовала за столом во время ужина. Я не терплю, когда на меня дуются.
Мэри приняла последние слова его светлости к сведению и, окрыленная успехом своей миссии, поспешила к леди Саммервиль. У Меган сразу же отлегло от сердца, когда она узнала, что все уладилось. Но когда строптивица услышала о предстоящей беседе лорда Стрэчена с ее мужем, то снова принялась возмущаться, жаловаться на горькую долю и рыдать.
— Не береди душу, — порекомендовала Кейт. — Они могут встретиться не раньше, чем через две недели. Следовательно, у нас в запасе достаточно времени, чтобы все поставить на место, вернуть, так сказать, на круги своя. — Меган растерянно взглянула на Кейт. Та весело рассмеялась и подмигнула. — Все! А теперь… приведи себя в порядок, умойся, причешись. Не забудь — мы не имеем права опоздать на ужин.
— Нет, нет! Я не могу выйти к столу. После всех неприятностей у меня просто не хватит смелости встретиться лицом к лицу с моим дядей. Прошу тебя, дорогая, извинись перед ним за меня.
Вздохнув, Мэри повторила распоряжение лорда Стрэчена, после чего Меган и не подумала возражать. Она срочно занялась своим лицом, чтобы хотя бы в какой-то степени вернуть ему прежний цвет. Ее глаза все еще оставались красными и опухшими, но следы слез исчезли.
Леди Саммервиль смиренно последовала за Кейт в столовую. Казалось, она все-таки сумела овладеть собой. Они уселись за столом, но в течение трапезы Меган лишь делала вид, что ест. Ни ее тетя, ни Нэд не стали обращать внимания на заплаканное лицо леди Саммервиль, но обменялись многозначительными взглядами.
После ужина Мэри постоянно прислушивалась, стараясь предугадать появление Адама. К этому времени они уже перешли в гостиную, чтобы провести остаток вечера за рукоделием и разговорами. Кейт начала беспокоиться, а когда все отправились по своим спальням, она не на шутку разволновалась. Впрочем, расстраивалась не только она.
Лорд Стрэчен и Нэд, забыв о своих привычках, предпочли остаться с дамами. Все понимали, что в данную минуту Дуглас и его всадники преследуют бандитов и подвергаются опасности.
Видимо, усталость и переживания все-таки исподволь сломали сопротивление Кейт, и она совершенно неожиданно для самой себя захотела спать. Мэри улеглась под одеяло, но оставила дверь в комнату Адама приоткрытой, чтобы услышать, когда он возвратится. Не успела голова коснуться подушки, как Кейт мгновенно уснула, хотя и не собиралась этого делать.
Очнувшись на следующее утро, она увидела, что дверь закрыта. «Заглянуть или нет?» — задумалась Мэри, но так и не решилась.
В это время в спальню вошла Энни Джардин с кувшином воды. Она поставила его на умывальник и направилась к окну, чтобы открыть шторы.
— Энни, — обеспокоенно спросила Кейт, — это ты закрыла дверь в комнате сэра Адама или?..
Странно, но служанка ответила не сразу, она словно собиралась с силами. Застыв у окна, Джардин наконец едва слышно произнесла:
— Нет, госпожа, сэр Адам сам сделал это, чтобы не беспокоить вас.
— Выходит, он дома? — Мэри глубоко вздохнула. — А Сеси? Ее привели?
Энни медленно повернулась к Кейт.
— Миледи, она находится на своем месте. С ней все в порядке. А ваши драгоценности милорд запер в сейф, что находится в его библиотеке.
— Мои… драгоценности?
— Да. Вы разве не знали об этом? Они составляли часть вашего выкупа.
Мэри действительно ничего не ведала ни о сумме, которую потребовали разбойники, ни о том, что представлял собой сам выкуп. Если бы она не заторопилась в тот день с выездом из Стрэчен-Корта, ее часики тоже бы оказались в ящичке с прочими драгоценностями. Но поскольку Кейт почти не пользовалась украшениями, то бросила подарок мужа в коробку с безделушками, стоящую на туалетном столике. До этой минуты она даже не подозревала, что ее драгоценности исчезли. Впрочем, Мэри это не беспокоило. Она вернулась домой, ее любимица Сеси — на конюшне, а камни… Кейт могла прекрасно обходиться и без этой мишуры.
Она снова тяжело вздохнула. Может быть, теперь появится возможность спокойно поговорить с Дугласом, рассказать ему, что пришлось ей пережить, находясь в заброшенной хижине среди леса. «Интересно, как чувствовал себя Адам, пока меня не было?» — подумала Кейт и взглянула на Энни.
— Послушай, все люди вернулись домой? Никто не ранен?
— Все в порядке, миледи, — отозвалась Джардин. — Они захватили всех бандитов. Никто не ушел. Вилли говорит, что большая часть разбойников со своим предводителем сейчас находится под надежной охраной, а четверо из них — на пути в Фоксбург-Толбут, где они смогут встретиться со своими товарищами. Словом, все, как и обещал хозяин. А вот что касается ранений и увечий… — неохотно произнесла она. — Сэр Дуглас пострадал от удара мечом. Его левая рука… Нет, нет, не беспокойтесь, Тротер оказал ему помощь и сказал, что ранение пустяковое. Кроме того, один из всадников хозяина повредил ногу. Впрочем, все не так уж и страшно. Лишь бы раны не начали гноиться. Даст Бог… — прервала свой рассказ Джардин и изумленно приоткрыла рот, увидев, что Кейт стремительно соскочила с кровати.
Мэри сразу не поняла, о чем говорит служанка. Она просто побелела, услышав о ранении Адама.
— Энни, подай одежду! И побыстрее! Который час?
— До обеда еще далеко, миледи. Можно не торопиться. Леди Стрэчен предполагала, что вы будете спать допоздна, и не велела вас беспокоить. — Джардин говорила, тщательно подбирая слова, словно хотела что-то скрыть.
— Мне нужно увидеть сэра Адама, — потребовала Кейт. — Обязательно увидеть, даже если он спит. Я хочу убедиться, что он здоров и его жизни ничего не угрожает.
— Простите, миледи, но его здесь нет, — тихо произнесла Энни.
— Нет?! Не говори чепухи, дорогая. Что ты имеешь в виду?
— Госпожа, послушайте, пожалуйста… он уехал в Фоксбург, а оттуда направится прямо в Эдинбург. Да, да, в Эдинбург… Сэр Дуглас заезжал домой только для того, чтобы немного поспать перед дорогой. Пока он отдыхал, Тротер собирал его дорожные сумки.
Мэри пристально взглянула на служанку.
— Записку… Сэр Дуглас оставил мне записку?
Энни посмотрела на нее с опаской и отвела взгляд в сторону.
— Нет, миледи. Впрочем, я не знаю. Он, скорее всего, передал сообщение для вас через хозяйку или леди Саммервиль.
Кейт прекрасно понимала, что здесь что-то не так. Конечно, Дуглас мог попросить мать передать своей жене несколько вежливых слов, но не более того. Значит, Адам уехал, не поговорив с ней. Она очень рассчитывала, что он, несмотря на распоряжение отца, отругает ее, чтобы унять свой гнев, возникший вследствие всех злополучных приключений и потрясений, которые ему пришлось пережить из-за нее. Однако, как выяснилось, Дуглас даже не пожелал разговаривать, хотя они и не виделись в течение почти сорока часов. Это выглядело намного хуже, чем любое наказание. Выходит, в Эдинбург ей придется ехать без мужа. Господи, что только подумают люди?! Словом, возникла совершенно непредвиденная ситуация.
— Энни, умоляю тебя, подай расческу. Я понимаю, быть вестником неприятных известий не совсем приятно. Улыбнись!
— Миледи, простите меня, — еле вымолвила Джардин, — мне не хотелось огорчать вас. Наверное, сэр Адам не собирался уезжать столь поспешно. Так уж получилось. Он никому не доверил сопровождать ваших похитителей до Фоксбурга. Ему, скорее всего, хочется, чтобы они больше никогда не смогли заниматься своими злыми и подлыми делами.
— Ладно, хватит меня успокаивать! — резко оборвала служанку Мэри.
Ей стало неловко за столь очевидное проявление грубости, но она быстро утешила себя мыслью, что неприлично обсуждать подобные вопросы со служанкой. Энни — всего лишь горничная, а не близкая подруга.
Обед прошел довольно спокойно. Лорд Стрэчен во время трапезы дал оценку успешно проведенной операции по захвату банды, а его жена удовлетворенно заметила, что все прошло гладко и никто из небольшого отряда Дугласа не получил серьезного ранения. Но никто не коснулся вопроса о срочном отъезде Адама из Стрэчен-Корта.
После обеда Меган настояла, чтобы Кейт вышла вместе с ней погулять на свежем воздухе. Вскоре они уселись на каменную скамью посреди внутреннего дворика.
— Мэри, у тебя просто ужасный вид, — расстроенно произнесла леди Саммервиль. — Скорее всего, вы с Адамом снова поссорились? Ну, пожалуйста, не скрывай того, что и так видно.
В таком тоне Меган еще никогда не разговаривала с Кейт. Нотки участия, прозвучавшие в ее голосе, заставили Мэри говорить откровенно.
— Я хотела бы поссориться, но… Мне даже не довелось увидеть своего мужа. Господи! «До свидания» и то не сказал… — Ее глаза наполнились слезами. Леди Саммервиль словно не замечала этого и продолжала довольно бессмысленный разговор.