Впрочем, они быстро взяли себя в руки.
‹Вперед, Оберон! Время охоты! › – мысленно заорал я.
Волкодав отбежал от меня, а я начал вбирать энергию земли, наслаждаясь магией, струящейся по моим жилам. Замысловатый орнамент поднимался от стопы правой ноги к щиколотке, доходил до мышц живота и стремился к плечу – а затем, точно синий водопад, стекал до середины бицепсов, обвивал их пять раз, спускался по другой руке и заканчивался (если так можно сказать про бесконечный кельтский орнамент), сделав петлю на тыльной стороне моей ладони. Татуировки навечно впечатались в мое тело, и через них я имел доступ к природной стихии, из которой всегда черпал силу и мощь. На практике это означало, что я не устану во время сражения, хотя в принципе я вообще никогда не знал подобного чувства. Ну а в случае необходимости я мог сплести заклинание против врагов или призвать на помощь тугой клубок магии, который позволил бы мне завалить гризли.
Прошло очень много времени с тех пор, как я призывал столько силы! Если честно, последний раз я оказывался в похожей передряге несколько лет назад – когда я затесался в толпу буйствующих фэнов группы «Пантера». Но девять фир болгов – нет, уже восемь! – я на такое и не рассчитывал…
Поэтому я передвинулся на несколько футов, чтобы мескитовое дерево было прямо у меня за спиной на тот случай, если фир болги решат меня окружить, и приступил к активным действиям.
– Конни, – произнес я, наставив палец на первого врага, который пересек границу моих владений.
«Конни» означает «держи» или «останови» – и почва вздыбилась, повинуясь моей воле. Пласт земли обхватил ножищи фир болга, накрепко приковав его к себе.
Фир болг вытаращил глаза, и началось представление!
Из-за могучей инерции, толкавшей фир болга вперед, его кости не выдержали. Они хрустнули и сломались в самый неподходящий момент. Что ж, у фир болга не было выбора. Обломки костей разорвали кожу на икрах монстра, и фир болг, оглушительно завыв, пропахал носом землю.
Признаюсь, я не думал, что все произойдет именно так. Я-то думал, он сумеет остановиться и станет чем-то вроде щита между мной и своими соплеменниками. Ну и ладно.
Зато его дружки продолжали наступать, обозленные падением товарища: они напрочь позабыли об осторожности. Значит, мне следовало отразить атаку трех монстров, вооруженных копьями (их острые наконечники были направлены в мои жизненно важные органы).
Настоящие сражения выглядят совсем не так привлекательно, как в эпических военных драмах. В кино они являются постановочными эпизодами, особенно когда речь идет о боевых искусствах, где они практически превращаются в грациозный танец. В жизни же ты не становишься в балетную позу, чтобы нанести удар. Ты просто пытаешься убить неприятеля, прежде чем он успеет прикончить тебя, и даже «грязная победа» не вызовет у тебя угрызений совести. Брес не понимал столь простой истины, что и помогло мне с ним расправиться. Фир болги не знали термина «самоуверенность», но и не нуждались в том, чтобы пополнить свой словарный запас. Но теперь я не сомневался в одном: их самоуверенности чуть-чуть поубавилось. Еще бы – Лейф разобрался с их вожаком прямо на улице, а другой их товарищ лишился ног на моей лужайке.
Однако ребята, нацелившие на меня копья, продолжали кичиться своим численным превосходством, и я задумался.
Я мог бы увернуться от одного фир болга и отбить копье другого, но третье обязательно меня бы прикончило. Если бы я подпрыгнул или отскочил назад, я бы запутался в ветках мескитового дерева. Если бы перекатился вперед, фир болги бы сразу же затоптали меня. По моим прикидкам, парни весили около шестисот фунтов, поэтому мне совсем не хотелось оказаться в эпицентре их чечетки.
Получалось, что у меня имелось меньше секунды, чтобы совершить чудо. Фир болги, стоявшие по центру, расставили свои ножищи и приготовились сделать бросок – их глаза так и сверкали.
Фир болг, находившийся слева от меня, использовал вместо опоры своего обезноженного приятеля, который продолжал громко вопить.
Оценив расстановку сил, я метнулся к парочке центровых.
Фир болги были удивлены моим пируэтом, а я, недолго думая, направил меч на наконечники двух копий и раскрошил их волшебным клинком. Фрагарах не подвел меня, правда, фир болги напыжились и успели навредить мне, поранив древками копий мое плечо и живот. Я отлетел назад и сильно ударился о ствол мескитового дерева. А ведь я планировал нанести изящный удар по противнику!
Фир болг, попиравший своего подельника, бросился на помощь товарищам. Он издал воинственный клик, кинул в меня копье… и промахнулся. Оружие не задело меня и лишь со свистом рассекло воздух. Монстр насупился и приготовился к новому броску.
– Конни! – выкрикнул я, указав на него, и фир болг внезапно обнаружил, что его парализовало.
Пока он пытался сообразить, как ему выпутаться из столь неприятной ситуации, я повернулся к первым двум великанам, которые не выпускали из лап сломанных копий (надо сказать, что монстры выглядели весьма устрашающе).
Я, конечно, был уверен, что остальные фир болги тоже отчаянно хотят до меня добраться, но предположил, что Лейф и Оберон держат оборону и пока не дадут меня в обиду. Тем не менее мне нельзя было расслабляться, так что я набрал воздуха в легкие и ринулся в гущу сражения.
Я мог только гадать о том, что творится за пределами лужайки, поэтому сосредоточился на конкретных врагах. Фир болг, находившийся раньше по центру, наконец-то решил, что пора забрать копье своего павшего товарища, поскольку тот просто истекал кровью и стонал.
Когда он наклонился, чтобы поднять оружие, его сосед подумал, что неплохо было бы поиграть в гольф моей головой. К счастью, он не представлял для меня проблемы. Я выставил Фрагарах перед собой, остановил выпад фир болга и скривился от боли: рана в плечо давала о себе знать.
От удара в плечо сильно пострадала мышца, но я понимал, что целительство пока надо отложить. Рана в живот оказалась более серьезной, и хотя мои внутренние органы не пострадали, я обильно истекал кровью. Что же до позвоночника, то я оказался счастливчиком: я ничего не сломал, и моя спина находилась в прекрасном состоянии – мануальный терапевт пускал бы слюнки от восторга.
Однако я не сумел сдержать вздоха сожаления – увы, волшебная палочка, из которой сыплются разноцветные искры, разящие врагов, являлась полнейшим вымыслом – хотя мне бы она сейчас действительно очень пригодилась…
Друидская магия работает по иному принципу. Я мог приступить к процессу исцеления и даже ускорить его, мог временно притупить боль, но был не в силах ее прогнать. Поэтому я сделал то, на что был способен: я активировал исцеляющий оберег своего амулета, тот блокировал мое недомогание, я приступил к лечению ран, а потом переключился на противника. Игрок в гольф готовился к новому броску. Центральный нападающий уже схватил копье своего приятеля и намеревался использовать оружие в качестве вертела. Однако он до сих пор не мог сдвинуться с места: в бессильной ярости швырнув в меня свою палку без наконечника, фир болг потерял равновесие и едва не плюхнулся на землю.
И я понял, что мой час настал.
Я присел и прыгнул, подобно Лейфу, призвав на помощь стихию земли. Нацелился я на того самого фир болга, которому не давали покоя лавры звезды гольфа Фила Микелсона. Монстр разгадал мое намерение и поднял щит, на что я и рассчитывал: я нанес удар сверху вниз, пробив щит и заодно череп фир болга. Врезавшись плечом в поврежденный щит, я соскользнул на землю вместе с его хозяином.
Фир болги достойны самых высоких похвал за свирепость в бою. Товарищи убитого мной великана, не обращая на бедолагу ни малейшего внимания, принялись искать слабые места в моей стратегии. Мне пришлось снова взмахнуть Фрагарахом, чтобы остановить копье, которое в меня швырнул прилипший фир болг, затем я нейтрализовал выпад другого громилы.
– Конни! – выкрикнул я, и еще один фир болг остолбенел.
Сейчас я мог вплотную заняться остальными, а с неподвижным типом разобраться позже.
Какой-то фир болг попытался обойти меня с фланга, но оказался слишком близко к моему дому. Он случайно активировал защитные обереги и был вынужден сражаться с вьющимися стеблями бугенвиллии, которые опутали его жесткой зеленой сетью. Разумеется, колючки тоже не доставляли ему никакого удовольствия.
Изучив обстановку, я увидел, что повержено еще двое врагов. Один лишился головы, а к шее другого припал Лейф, который жадно пил кровь.
Третий фир болг неуклюже вертелся на месте против часовой стрелки и наносил копьем удары по невидимому врагу. Я сразу понял, в чем дело: мой бесстрашный Оберон атаковал ноги великана.
Я не мог допустить гибели друга, поэтому кинулся Оберону на помощь. Когда фир болг на миг потерял бдительность, я отрубил ему руку с зажатым копьем до самого локтя, после чего вонзил Фрагарах монстру между ребер, положив этому безобразию конец.
‹Спасибо! – пролаял Оберон, когда великан тяжело рухнул на тротуар. – Я не думал, что у них такая твердая шкура. Мне удалось только его пощекотать›.
‹Ты молодец, дружище! Продолжай в том же духе›.
Я окутал себя заклинанием невидимости, подобрался сзади к двум неподвижным фир болгам и поочередно вонзил в каждого волшебный Фрагарах. Трусливый поступок? Ха! Вот что я вам скажу: давайте поговорим о чести и посмотрим, кто из нас проживет дольше.
Последний фир болг, залитый кровью, задохнулся в переплетении ветвей бугенвиллии.
Ослабив чары, я позволил земле отпустить ножищи великанов. Итак, каков итог битвы?
«Сбросив» заклинание невидимости, я огляделся по сторонам и покачал головой. Каков результат: девять трупов фир болгов и море крови! Пожалуй, мы отлично справились с задачей.
Но камуфляж фир болгов уже истаял в воздухе, и передо мной возникла очередная серьезная проблема. Мне следовало срочно навести порядок.
Но я не хотел тревожить земную стихию, чтобы она поглотила тела великанов – я и так слишком много у нее попросил, а кроме того, у меня было мало времени. В отличие от Флидас я не умел ловко манипулировать крупными пластами земли, к тому же я не сомневался, что кто-то наверняка вызвал полицию.