Заключенный сглотнул.
— Конечно, лорд-маршал, это честь для меня.
— А что с принцем Ладиславом? — негромко спросил Берр.
Вест глубоко вздохнул и опустил взгляд.
— Принц Ладислав… — Вест покачал головой. — На нас внезапно напали всадники и захватили штаб. Все произошло так быстро… Потом я искал его, но…
— Ясно. Ладно. Значит так. Ему вообще нельзя было командовать, но что я мог сделать? Я отвечаю только за чертову армию! — Маршал по-отечески положил руку на плечо Весту. — Не корите себя. Я уверен: вы сделали все, что могли.
Вест не смел поднять глаз. Он боялся подумать, что сказал бы Берр, узнай он, что произошло на самом деле — там, на стылом склоне.
— Были еще выжившие?
— Горстка. Всего лишь горстка, и жалкая. — Берр рыгнул, поморщился и потер живот. — Приношу извинения. Проклятое пищеварение просто замучило. Эта здешняя еда и… А… — он снова рыгнул.
— Простите, сэр, каково наше положение?
— Прямо к делу, да, Вест? Мне всегда это нравилось в вас. Прямо к делу. Что ж, скажу прямо. Когда я получил ваше сообщение, мы планировали двинуться обратно на юг, чтобы прикрыть Остенгорм, но погода была невообразимая, и мы едва могли двигаться. Северяне были словно повсюду! Видимо, Бетод держал значительную часть армии около Кумнура, но и здесь он оставил достаточные силы, чтобы нам пришлось несладко. Постоянные налеты на наши линии снабжения, бессмысленные и кровавые стычки и беспорядочные ночные вылазки, которые чуть не вызвали настоящую панику в дивизии Кроя.
Поулдер и Крой. Неприятные воспоминания снова начали закрадываться в голову Веста — и простые физические лишения путешествия на север показались чуть ли не привлекательными.
— Что с генералами?
Берр взглянул из-под тяжелых бровей.
— Вы поверите, если я скажу, что хуже, чем прежде? Их нельзя оставить в одной комнате, чтобы они не начали цапаться. Мне приходится проводить с ними совещания в разные дни, чтобы избежать рукопашной в штабе. Это просто абсурд! — Берр, сложив руки за спиной, принялся ходить по палатке. — Но весь вред от них меркнет по сравнению с холодом. Есть солдаты с обморожением, с лихорадкой, с цингой — санитарные палатки переполнены. На каждого убитого врагом приходится двадцать потерянных из-за зимы, а те, кто еще в строю, не слишком рвутся в бой. А разведка, ха! Лучше даже не вспоминать! — Он сердито хлопнул по картам на столе. — Все карты этих мест — игра воображения. Они бесполезны, а опытных разведчиков у нас почти нет. Каждый день — туман, снег, и с одного конца лагеря не видно другого! Говоря правду, Вест, мы понятия не имеем, где сейчас главные силы Бетода…
— Теперь он движется на юг, сэр, очевидно, в двух дневных переходах позади нас.
Берр поднял брови.
— В самом деле?
— Да. Тридуба и его северяне внимательно следили за ними во время нашего движения и даже приготовили несколько неприятных сюрпризов для их разведчиков.
— Примерно такие, как для нас, а, Вест? Вроде веревки поперек дороги? — Берр рассмеялся. — Говорите, два дневных перехода? Полезная информация. Чертовски полезная!
Берр поморщился и положил руку на живот, снова подходя к столу. Взяв линейку, он принялся измерять расстояния.
— Два дневных перехода. Значит, примерно здесь. Вы уверены?
— Уверен, лорд-маршал.
— Если он направляется в Дунбрек, он пройдет недалеко от позиций генерала Поулдера. Возможно, мы сможем навязать ему бой, прежде чем он обойдет нас — может быть, даже устроим ему сюрприз, которого он не забудет. Неплохо, Вест, неплохо! — Берр бросил линейку. — Теперь вам нужно отдохнуть.
— Я бы предпочел сразу приступить к своим обязанностям, сэр…
— Знаю, и дел невпроворот, но в любом случае отдохните день-два, мир не обрушится. Вам пришлось испытать слишком много.
Вест сглотнул. Он вдруг ощутил ужасную усталость.
— Разумеется. Я только напишу письмо… сестре. — Было странно говорить о ней. Он не думал о сестре все эти недели. — Нужно сообщить ей, что я… жив.
— Прекрасная мысль. Если вы мне понадобитесь, полковник, я пошлю за вами. — Берр повернулся и согнулся над картами.
— Я не забуду, — шепнул Пайк на ухо Весту, когда тот вышел из палатки на холод.
— Не о чем говорить. Вас обоих в лагере не хватятся. Снова сержант Пайк, вот и все. Свои ошибки оставьте в прошлом.
— Я не забуду. Теперь я ваш, полковник, что бы ни случилось. Ваш!
Вест хмуро кивнул, уходя в снег. Война убила многих. Но кому-то она дала второй шанс.
Вест помедлил на пороге. Внутри слышались голоса, смех. Давно знакомые голоса. От них Весту должно было стать уютнее, теплее, спокойнее, но не стало. Голоса беспокоили его и даже пугали. Они наверняка знают. Они будут тыкать пальцами и кричать: «Убийца! Предатель! Преступник!»
Вест отвернулся. Снег мягко укутывал лагерь. Ближайшие палатки казались черными на фоне белой земли, дальше стояли серые. Следующие казались смутными привидениями, а дальше за пеленой тонких снежинок только угадывались неясные силуэты. Никакого движения. Тишина. Вест глубоко вздохнул и ткнулся в полог.
Внутри три офицера сидели вокруг хрупкого складного столика, подвинутого ближе к пылающей печке. Борода Челенгорма доросла до размеров лопаты. Каспа намотал на голову красный шарф. Бринт, укутанный в темную шинель, сдавал карты.
— Запахни чертов полог, выдувает… — У Челенгорма отвисла челюсть. — Нет! Не может быть! Полковник Вест!
Бринт подскочил, словно укушенный в зад.
— Черт!
— Я говорил! — закричал Каспа, роняя карты и расплываясь в улыбке. — Я говорил — вернется!
Они окружили Веста, хлопали по спине, пожимали руки, втащили в палатку. Ни наручников, ни обнаженных мечей, ни обвинений в измене. Челенгорм провел его к самому лучшему креслу — к тому, которое не грозило немедленно развалиться, Каспа дышал в бокал и пальцем счищал что-то, а Бринт вытащил пробку из бутылки с деликатным хлопком.
— Когда вы прибыли сюда?
— Как вы добрались сюда?
— Вы были с Ладиславом?
— Вы были в сражении?
— Погодите, — сказал Челенгорм, — дайте ему минутку!
Вест махнул рукой.
— Я прибыл сегодня утром и явился бы к вам в ту же минуту, если бы не два очень важных свидания — одно с ванной и бритвой, другое — с маршалом Берром. Я был с Ладиславом, был в сражении, а сюда добирался пешком по лесам, с помощью пятерых северян, девушки и человека без лица.
Вест взял бокал, залпом осушил его и уже начинал радоваться тому, что решил войти.
— Не стесняйтесь, — сказал он, протягивая бокал.
— Пешком по лесам, — прошептал Бринт, наполняя бокал, и потряс головой. — С пятью северянами. С девушкой, говорите?
— Точно. — Вест нахмурился, думая, чем Катиль занята прямо сейчас. Вдруг ей понадобится помощь… вздор, она может о себе позаботиться.
— Вы доставили тогда мое письмо, лейтенант? — спросил он Челенгорма.
— Несколько холодных и беспокойных ночей в пути, — улыбнулся здоровяк. — Но я справился.
— Только теперь — капитан, — вмешался Каспа, усаживаясь на табурет.
— В самом деле?
Челенгорм скромно пожал плечами.
— На самом деле благодаря вам. Лорд-маршал взял меня в свой штаб по моем возвращении.
— Однако капитан Челенгорм еще находит время общаться с нами, маленькими людьми, храни его Бог. — Бринт облизнул кончики пальцев и принялся сдавать на четверых.
— Боюсь, мне не на что играть, — смутился Вест.
— Не беспокойтесь, полковник, — улыбнулся Каспа. — Мы больше не играем на деньги. Без Луфара, который бы нас всех раздевал, это неинтересно.
— Он так и не вернулся?
— Его сняли с корабля — Хофф послал за ним. С тех пор мы о нем ничего не слышали.
— Высокопоставленные друзья, — горько сказал Бринт. — Разгуливает себе по Адуе, занимается какой-нибудь ерундой и вольничает с женщинами, пока мы тут задницы отмораживаем.
— Скажем честно, — бросил Челенгорм, — он достаточно вольничал с женщинами, даже когда мы были там.
Вест нахмурился. К сожалению, это была чистая правда.
Каспа взял со стола свои карты.
— Одним словом, мы теперь играем на чистый интерес.
— Хотя откуда тут что-нибудь чистое, — съязвил Бринт. Партнеры расхохотались, а Каспа забрызгал спиртным бороду. Вест поднял брови. Ясно, что они пьяны, и чем раньше он их догонит, тем лучше. Он одним махом прикончил бокал и потянулся за бутылкой.
— И вот что я вам скажу, — говорил Челенгорм, сортируя карты непослушными пальцами. — Я чертовски рад, что мне не нужно будет сообщать вашей сестре скорбные новости о вас. Я неделю почти не спал, думал — как это сделать, и ни одной мысли.
— У тебя никогда не было мыслей в голове, — сказал Бринт, и снова раздался хохот. Даже Вест на этот раз улыбнулся.
— Как прошла битва? — спросил Челенгорм.
Вест уставился на бокал.
— Плохо. Северяне устроили ловушку Ладиславу, и он прямиком угодил в нее, потеряв кавалерию. Потом внезапно опустился туман — нельзя было разглядеть руки перед носом. Их всадники налетели, мы не успели понять, что происходит. Меня, кажется, ударили по голове. Следующее, что я помню, я лежал навзничь в грязи, а на меня несся северянин. Вот с этим. — Вест вытащил из-за пояса тяжелый меч и положил его на стол.
Три офицера завороженно уставились на клинок.
— Черт побери, — пробормотал Каспа.
Бринт смотрел во все глаза.
— И как же вы с ним справились?
— Никак. Я говорил вам про девушку…
— Ну!
— Она вышибла ему мозги молотом. Спасла мне жизнь.
— Черт побери, — пробормотал Каспа.
— Уф! — Бринт тяжело откинулся на спинку. — Вот это женщина!
Вест хмуро уставился на бокал в руке.
— Так и есть. — Он припомнил, что ощущал, когда Катиль спала рядом, дыша ему в щеку. — Именно так и есть.
Вест осушил бокал и поднялся, снова убирая северный меч за пояс.
— Уходите? — удивился Бринт.
— Мне нужно кое о чем позаботиться.