[19] Дивизия совершала марш 26 и 27 декабря и 28 декабря перешла в наступление.
31 декабря 1941 года дивизия силами трех полков подошла к прикрывавшим подходы к Боровску селам Инютино и Ермолино, расположенным на возвышенности. Овладеть с ходу этими селами, где находились сильно укрепленные позиции противника, не удалось. После этого 122-й полк продолжил наступление на Инютино, а 92-й и 191-й полки получили приказ выдвинуться в тыл противника и выйти прямо к Боровску.
Эти рейды предстояло совершить в условиях лесистой, сильно пересеченной местности, в жестокую стужу, преодолевая глубокие снега. Полки вышли в тыл врага: 92-й полк – в ночь на 1 января 1942 года, а 191-й полк – на следующую ночь. Когда утром 2 января силы двух полков сосредоточились у села Редькино, были получены донесения разведчиков о том, что в Боровске находится значительный гарнизон гитлеровцев.
Предстояло перерезать шоссе, соединяющее Боровск с Наро-Фоминском, и захватить Редькино, чтобы обеспечить себе тыл. Редькино на следующий день, 3 января, было взято 92-м полком, и он повел наступление на Боровск. В Редькино были оставлены раненые и тыловые подразделения. Воспользовавшись этим, гитлеровцы при поддержке танков 5 января внезапно ворвались в Редькино и после издевательств расстреляли находившихся здесь 30 раненых бойцов Латышской дивизии.[20] После нескольких дней боев 122-й полк 10 января окончательно очистил Редькино от гитлеровцев.
Сражаясь в течение месяца, с 20 декабря 1941 года по 20 января 1942 года, дивизия вывела из строя свыше 7 тыс. солдат и офицеров противника, освободила села Инютино, Ермолино, Редькино, а всего 23 населенных пункта, захватила большие трофеи, в том числе 5 танков, 38 орудий разного калибра, 97 минометов, 113 пулеметов, 1 самолет.[21]
«Бойцы, командиры и политработники, – отмечал политотдел соединения, – дрались смело и решительно, отличались большим упорством и, несмотря ни на какие трудности, добивались выполнения боевых приказов».[22]
В другом документе политотдела сообщалось: «Характерны многочисленные просьбы раненых бойцов о том, чтобы их не отправляли в госпиталь, а разрешили вернуться в строй, чтобы все силы отдать на борьбу против немецких оккупантов».[23]
За мужество и героизм, проявленные в боях под Москвой, орденами и медалями был награжден 201 воин дивизии. Орденом Ленина были награждены командир пулеметного отделения И. Урбан и командир разведывательного взвода Я. Кезберис. Орденом Красного Знамени – 54 воина, орденом Красной Звезды – 82, медалью «За отвагу» – 43 воина, 20 человек получили медаль «За боевые заслуги». Позже все участники этих боев были награждены медалью «За оборону Москвы».
Так в ходе первых победных боев советских войск под Москвой состоялось боевое крещение Латышской дивизии.
15-16 января 1942 года части Латышской дивизии, пройдя Наро-Фоминск, вышли к станции Апрелевка для получения пополнения и проведения боевой подготовки. Дивизия перешла в резерв Ставки Верховного Главнокомандования.[24] На ее пополнение прибыли 4538 воинов. Из них 744 были эвакуированными гражданами Латвийской ССР, а остальные до войны проживали в центральных областях СССР. К началу боев личный состав дивизии состоял из граждан Латвийской ССР на 90 %, а теперь – на 60 %.[25]
После получения пополнения и краткой передышки для дивизии начинался период боев на Северо-Западном фронте. Здесь, в Ильменских болотах под Старой Руссой, воины дивизии будут сражаться более полутора лет.
Во второй половине января 1942 года Латышская дивизия была включена в состав 1-й ударной армии Северо-Западного фронта (командующий – генерал-лейтенант В.И. Кузнецов).
Начиная с 13 февраля части дивизии принимали участие в боях по окружению демянской группировки противника. В задачу дивизии входило отбросить противника от реки Полисть в районе деревень Бородино, Бракловицы, Чухново, Вошково.
Тем самым Латышская дивизия выполняла задачу расширить коридор шириной всего в 20 километров, отделявший окруженные немецкие части от войск, находившихся по внешнюю сторону «котла», и вытеснить противника из сел, расположенных на берегах впадающей в озеро Ильмень реки Полисть.
13 февраля перешли в наступление 92-й и 122-й полки, заняв села Выставка, Бородино, Бракловицы, несмотря на отчаянное сопротивление противника. 191-й полк вел особенно кровопролитные бои за деревню Утошкино. 18 февраля он смог пробиться к ее окраине, несмотря на массированные налеты немецкой авиации, и все же полк был вынужден отойти после танкового удара во фланг.
Бои эти носили исключительно упорный характер, так как немецкие войска здесь получили прямой приказ Адольфа Гитлера: не отступать.[26]
После неоднократных атак 122-м полком был взят опорный пункт – село Бородино и деревня Вошково, 92-м полком – деревни Выставка и Чухново. Неоднократные атаки 191-го полка с целью овладеть деревней Утошкино были отбиты отчаянно оборонявшимся противником. Несмотря на всю стойкость своих бойцов, дивизия не смогла сломить сопротивление противника и овладеть деревнями Подсосонье, Большое и Малое Толочно, Сыроежино. В ходе этих атак дивизия понесла большие потери – в стрелковых батальонах оставалось не более чем по сто человек, за время боев из девяти комиссаров батальонов семь были убиты или ранены.[27]
6 марта 1942 года командующий армией приказал командиру Латышской дивизии перейти к обороне на рубеже Выставка – Бородино – Бракловицы, укрепив линию обороны дзотами и другими оборонительными сооружениями.
За три дня до этого в специальном приказе по армии от 3 марта 1942 года была дана оценка деятельности командования Латышской дивизии в ходе наступления на Большое и Малое Толочно и Подсосонье. В приказе указывалось на недостатки в работе штаба дивизии по руководству войсками: плохое взаимодействие между артиллерией и стрелковыми подразделениями, оторванность командного пункта от войск и т. д. Были назначены новый командир (полковник А.С. Фролов) и комиссар дивизии (полковой комиссар И.А. Андреев).[28]
Бои, которые вела Латышская дивизия начиная с 13 февраля 1942 года, содействовали окружению 20 февраля в районе Демянска войсками 1-й ударной, 34-й (командующий генерал-майор Н.Э. Берзарин) и 11-й армий (командующий генерал-майор В.И. Морозов) семи дивизий 2-го и 10-го армейских корпусов (около 100 тыс. человек) 16-й немецкой армии[29] – группировки, еще в сентябре 1941 года прорвавшейся у Старой Руссы в глубь обороны Северо-Западного фронта. Демянский котел стал одним из первых окружений столь крупных сил противника в ходе войны, бои носили затяжной и упорный характер.
В феврале – марте 1942 года в расположение Латышской дивизии прибыла группа в 200 человек – бывших бойцов и командиров 1-го и 2-го латышских рабочих полков, отступивших с боями из Латвии и Эстонии в Ленинград, которые только с открытием Дороги жизни через Ладогу смогли выбраться из города, находившегося в блокаде.
В жестоких боях дивизия была истощена. Память об этих кровопролитных сражениях хранят сооруженные у многих деревень памятники воинам Латышской дивизии на братских воинских кладбищах.
Для деблокирования окруженной группировки немецкое командование, подтянув силы, в том числе из Франции, создало в районе южнее Старой Руссы корпусную группу «Зейдлиц». Сосредоточив пять своих дивизий, с утра 21 марта 1942 года немцы нанесли удар изнутри и извне котла в стыке 1-й ударной и 11-й армий на узком четырехкилометровом участке. Латышская дивизия, занимавшая вместе со 2-й гвардейской стрелковой бригадой оборону на направлении главного удара, проявила исключительную стойкость в обороне. На стыке 1-й ударной и 11-й армий противник прорывался к населенному пункту Рамушево на реке Ловать. Наступавшие на позиции 92-го полка дивизии у деревни Выставка, где находился командир дивизии А.С. Фролов, предприняли четыре атаки, которые были отбиты. Немцы смогли продвинуться вперед на этом участке только после того, как все оборонявшиеся погибли – но никто из солдат и командиров не покинул своего места в боевом строю. Командир 92-го полка майор А. Кириллов в этот день был смертельно ранен.
Бывший начальник штаба дивизии О. Кинцис писал по поводу этого боя: «По сути дела, нельзя сказать, что подразделения 92-го стрелкового полка отошли под исключительно сильным давлением значительно превосходящих сил противника. Это было бы исторической неправдой, так как с переднего края отошло всего лишь несколько минометчиков, которые остались без мин. пехотинцы не отходили, они оставались на своих позициях и погибли смертью героев».[30]
Прорыв немецких войск к деревням Ожедово, Кудрово, населенным пунктам Рамушево и Черенчицы у реки Ловать создал угрозу окружения не сдававшей своих позиций Латышской дивизии, правый фланг которой оказался оголенным. С 30 марта дивизия попала в полуокружение.
Подтянутые командованием армии подкрепления заняли оборону в районе деревень Соколово, Ратча, Лосытино, Чернышево и прикрыли правый фланг дивизии. Затем в целях сокращения фронта обороны командование 1-й ударной армии отдало приказ на отход дивизии на линию Леушино – Взгляды на реке Полисть, где она и заняла оборону.[31]