Ребекка что-то забормотала себе под нос.
– В котором часу произошла катастрофа? В пять утра?
– Чуть позже. Мама слышала, как Лора выехала. И решила, что у нее опять проблемы со сном.
Льюис снова что-то пробормотала. И снова начала покусывать нижнюю губу.
– В чем дело, Ребекка?
Она заморгала. Словно приходя в себя после какого-то затмения.
– Вернемся в машину.
Льюис выключила фонарь, отвернулась от меня и обошла багажник «Фиесты». Отсвет задних фар окрасил ее джинсы в вишневый цвет. Я посмотрел назад, на прорыв в ограждении, на почти исчезнувшую в темноте отмель. Прислушался к шуму волн. Потом последовал за спутницей к машине. Усевшись на пассажирское сиденье, нажал кнопку стеклоподъемника, поднимая боковое стекло, пока Ребекка отъезжала прочь с этого места.
Она включила дальний свет фар и сгорбилась над рулем, пристально всматриваясь в травянистую полосу сбоку от дороги. Дорога свернула вправо, и свет фар свернул туда же, осветив какую-то припаркованную машину. У капота, прижавшись друг к другу, стояли две фигуры. Они тут же порскнули в стороны, но я успел рассмотреть их лица. Молодой парень и явно поддатая девица. На номерном знаке их машины была буква «R». На острове Мэн разрешается водить машину с шестнадцати лет, но в первый год ваша машина должна иметь на номерном знаке эту самую букву.
Ребекка приглушила свет фар.
– Далеко мы не уедем, – сказал я.
– Я развернусь наверху.
Впереди начинался небольшой подъем, и дорога подходила к закрытым воротам на вершине. Справа тянулись фермерские поля. За оградой из колючей проволоки пощипывала травку одинокая овца.
– Вот над чем точно следовало бы подумать, – проговорила Ребекка, – так это над вещами, о которых ты даже не задумывался.
– То есть?
– Я хочу, чтобы ты подумал о своей собственной роли во всем этом. Прежде всего, как так получилось, что ты вообще оказался втянутым в эти дела?
– Вы же знаете как. Началось с того, что я разбился на мотоцикле. И Лена исчезла.
Льюис покачала головой:
– Нет, раньше.
Тут наши фары осветили брусья ворот. Ворота были закрыты и заперты на засов. Прямо рядом с ними начинался обрыв. Далеко впереди можно было разглядеть молочно-белый луч маяка на южном берегу, скользящий по поверхности моря.
Ребекка выкрутила руль вправо и развернула машину, направив ее обратно вниз по склону возвышенности. Свет от панели приборов придавал ее рукам и нижней части лица зеленоватое свечение.
– Ты туда поехал, чтобы починить водонагреватель, так?
– Ну да.
– И тебя вызвали по телефону? Ты получил сообщение от одного из тех парней. От того, которого звали Лукас.
– Я совершенно уверен, что именно от него.
– А как много инженеров-ремонтников в здешней телефонной книге?
Вопрос меня озадачил.
– Не знаю. Наверное, около сотни.
– В твоей рекламе были обещаны какие-то особые условия?
– Я заплатил дополнительно, чтобы ее поместили в цветной колонке.
– Другие тоже так делают?
– Само собой.
– И сколько таких?
– Примерно половина.
– Так. Совпадения, конечно, случаются. Не следует отметать эту возможность прямо с порога. Но если серьезно, насколько велика вероятность, что обитатели коттеджа наугад выбрали твое имя в телефонной книге?
Льюис посмотрела на меня, дожидаясь моей реакции. Бледно-зеленый свет освещал снизу ее лицо.
– Все еще не понимаешь? – Ребекка отняла руку от руля. – Мы предположили, что Лора каким-то образом была связана с Леной. Помогала ей. А потом из всех имеющихся в наличии ремонтников они вызывают именно тебя.
Я медленно выдохнул. Это был в значительной мере страдальческий выдох.
– Значит, возможно, Лора дала им мою визитку.
– Скажи-ка, а что там случилось с бойлером? В чем была проблема?
– Он нуждался в очистке и регулировке. – Я пожал плечами. – Но если не считать этого, то ничего серьезного. Некоторые провода разболтались в клеммах. Особенно один, отходящий от распределительного щитка. У меня не было с собой подходящей клеммы, чтобы это починить. Нужно было съездить за новой на замену.
– И насколько часто встречаются подобные поломки?
– Ну, может, пару раз в год. Горелка выходит из строя, если бойлер не закреплен должным образом, – скажем, если он установлен на наклонном полу и шатается. Через несколько лет от этого шатания разбалтываются клеммы подсоединения проводов.
Мы медленно проехали мимо припаркованной машины с юной парочкой внутри. На сей раз они не стали отстраняться друг от друга при нашем приближении. Видимо, решили, что мы приехали сюда с такими же намерениями.
– Но можно предположить, – продолжала Ребекка, – что если некто хотел вывести нагревательную систему из строя, то это был лучший способ?
– А зачем кому-то выводить из строя свою собственную водонагревательную систему?
– Может, затем, чтобы вызвать слесаря-ремонтника. Конкретного человека. – Ребекка подчеркнула последние слова особой интонацией, выделяя каждое, словно выдавала мне их одно за другим, предлагая взвесить каждое, ощупать, определить форму и попытаться вставить в нужные места того пазла, который она собирает. – Мне кажется, Лора действительно дала Лене твою визитку.
– Вы полагаете, что это Лена сломала бойлер?
– Абсолютно уверена.
– С какой целью?
– Если отталкиваться от одних голых фактов? Да чтобы ты вывез ее оттуда, из коттеджа, на своем байке.
– Все это только ради прогулки на байке?
Ребекка сбросила скорость, когда мы проезжали под арками в кирпичном сооружении, потом прибавила газу, когда мы проходили следующий поворот. Внизу показался променад Дугласа, ярко освещенный и слишком безвкусный, как курортный Блэкпул без своей знаменитой башни.
Льюис отрицательно качнула головой:
– Ты забываешь, что ваша поездка оборвалась в самом начале. А кто знает, куда Лена хотела отправиться?
И вот тогда-то последняя деталь пазла встала на место.
– Я знаю, – ответил я.
Глава 30
Лукас развернул ноутбук, чтобы мистер Зеегер и Андерсон могли увидеть документ, который он вывел на экран. Это было объявление о похоронах Лоры Хейл – то самое, с расплывающимся изображением Мелани Флеминг на первой странице.
– Это она, сомнений нет, – сказал Андерсон, постукивая пальцем по блестящему экрану.
– Согласен, – кивнул мистер Зеегер.
– Значит, она представилась фальшивым именем. Таким, которое нельзя проверить. Что означает, что она умна и хитра. Вопрос лишь в том, насколько?
– Объясни.
– Я вот что думаю, – проговорил Андерсон. – Насколько мы можем быть уверены, что она действительно мертва?
Лукас развернул ноутбук обратно экраном к себе и занялся делом. Этот вопрос уже приходил ему в голову, и он прилагал все силы, чтобы найти на него ответ. Он просмотрел архив браузера и вывел на экран страницу местной газеты.
Заметка была короткая, но информативная. В ней говорилось, что Лора Хейл, тридцати одного года, погибла в дорожно-транспортном происшествии на прибрежной дороге три с половиной недели назад. Другие транспортные средства в ДТП не участвовали, и у полиции смерть женщины не вызывает никаких подозрений. Там также сообщалось, что Лора постоянно проживала в Лондоне, а на остров приехала с целью навестить родителей и брата Роба. Еще там было указано, что ее отец, в прошлом известный мотогонщик Джимми Хейл, в конце 1970-х пару раз выигрывал мотогонки на острове Мэн на приз «ТТ».
– Это ничего не доказывает, – заметил Андерсон. Он выпрямился и упер руки в бока.
Мистер Зеегер откинулся назад в кресле. Свет торшера падал прямо на него. Он изучающим взглядом смотрел на Лукаса. Его синие глаза горели от напряжения и сосредоточенности.
– Когда она в последний раз была в коттедже? – спросил Эрик.
– Точно не помню, – ответил Лукас, понимая, что это звучит очень неубедительно.
– Даты совпадают?
Лукас кивнул, опустив взгляд.
– Нужно было раньше вывезти оттуда Лену, – сказал Андерсон. Это прозвучало так, словно он повторял аргумент, который выдвигал уже не раз прежде.
Зеегер махнул рукой:
– Меня не интересует, что нужно было сделать раньше. Я хочу понять, что нам делать теперь. Как ты намереваешься искать Лену?
Андерсон некоторое время молчал. Потом пришел к какому-то решению.
– Мелани Флеминг. Лора Хейл. Как бы мы ее ни называли, слишком уж подозрительным выглядит совпадение, что ее братец тоже в этом замешан. И не только он один, а еще и частный детектив. Мне это не нравится. Совершенно не нравится.
– И что предлагаешь?
– Я подсунул им «жучка», но он молчит. Думаю, эта женщина догадалась о моих действиях. А теперь самое лучшее – следить за ними. И постараться понять, что они задумали. – Андерсон повернулся к Лукасу: – Это потребует наших совместных усилий. Как думаешь, тебе удастся снова пробраться в их дом?
Лукас тем временем вывел на экран ноутбука новый документ. Это был один из счетов за ремонтные работы, проделанные Робом. Он скопировал адрес в навигационную систему, нажал на иконку «поиск». И передал компьютер Андерсону еще до того, как процессор прекратил жужжать. На экране появилась карта.
Андерсон кивнул.
– У меня машина внизу, – сказал он. – Я сам поведу. А ты будешь штурманом.
Андерсон спрашивал, не передавала ли мне Лена чего-нибудь, когда мы с ней встретились. Я сказал, что не передавала. И это было правдой. Но также и ложью.
Лена и впрямь кое-что мне передала. Дело лишь в том, что передала она мне это не напрямую, не из рук в руки. Она не отводила меня в сторонку и не сообщала, что намерена сделать. Она не вложила мне этот предмет прямо в ладонь, не сомкнула мои пальцы вокруг него и не стала объяснять, что он означает и насколько он важен. Не просила бережно его хранить. Вот я и ответил Андерсону, что Лена ничего не передавала, и это была истинная правда.