Я не собирался пользоваться главным входом. Я не общался с Ребеккой с того момента, когда она уехала от меня прошлой ночью, так что не имел понятия о ее возможных передвижениях. Но помнил, что она отличный профессионал. Я ведь видел ее в действии и получил некоторое представление о том, как у нее работают мозги. Льюис пока считает, что ключ от шкафчика у меня украли. Значит, есть шанс, что похититель может заявиться в спортцентр и попытаться забраться в этот шкафчик. Стало быть, Ребекка вполне может наблюдать за зданием. И если заметит, что я вошел внутрь, то непременно последует за мной.
Посему я запарковал машину позади центра, на дальней площадке, предназначенной для тех, кто занимался на открытом воздухе, пользуясь наружными тренировочными снарядами. Там есть красная овальная беговая дорожка с намалеванными на ней белыми разделительными полосами, поле для занятий легкой атлетикой и трибуны, рядами поднимающиеся вверх. Вся эта территория сейчас была пуста и безлюдна.
Я прихватил сумку и пошел через беговую дорожку и травяное поле, мокрое от прошедшего ночью дождя. Влажная земля хлюпала под ногами, как болото, а мокрая трава приставала к носкам моих спортивных туфель. Я пересек дальний конец беговой дорожки. Ее резиновая поверхность, казалось, пружинит и прогибается у меня под ногами. Она тоже была мокрая от дождя. Внешнюю ее сторону огораживали металлические барьеры высотой до пояса. Я перебрался через них и подошел к тыльной стороне спортцентра.
В здание вели несколько дверей. По большей части пожарные выходы. Очень удобно через них выбегать при чрезвычайной ситуации. Но не так удобно для прохода внутрь. Но был там еще и неохраняемый вход с торца здания, соединяющий сам центр с наружными легкоатлетическими сооружениями. Сбоку от двери был приделан электронный замок, открываемый с помощью карточки. Я достал из кармана спортивных штанов портмоне и извлек из него свою членскую карточку НСЦ. На ней была магнитная полоска. Я провел карточку сквозь щель считывающего устройства замка, и дверь щелкнула и осела на своих петлях. Я повернул ручку, распахнул дверь и прошел внутрь.
Мензер следовал за машиной брата Лоры, пока тот не включил сигнал поворота и не свернул с дороги на небольшую парковочную площадку рядом с полем для занятий легкой атлетикой. Сам он проехал чуть дальше, припарковался на обочине, вылез из машины и прошел назад, к фургону братца. К тому времени, когда Мензер до него добрался, парень уже пересекал расползшееся грязное поле и поспешно двигался по направлению к большому кирпичному зданию с округлой металлической крышей. В руке он держал спортивную сумку.
Мензер подождал, пока парень войдет в здание, и пошел за ним.
Он не заметил внедорожника с четырьмя ведущими колесами и затемненными стеклами, который тихо въехал на парковку полминуты спустя.
Глава 40
В холле за задней дверью было пусто и тихо. Немногие сюда проникают таким путем. Спортивный зал располагался справа от входа. Служебные помещения – слева. Впереди были еще одни двойные двери. Я прошел через них, поднялся по ступенькам и подошел к стойке ресепшионистки.
Вращающиеся стеклянные двери, врезанные в стеклянную стену фасада здания, были в двадцати футах от меня. Если Ребекка наблюдает за входом с какой-нибудь удобной точки, возможно, она меня уже заметила. Но тут уж ничего не поделаешь.
Очереди к ресепшионистке не было, так что дежурная едва взглянула на меня, когда я протянул ей свою членскую карточку и сказал, что хотел бы посетить плавательный бассейн. Она даже не обратила внимания на то, что у меня рука на перевязи.
Я прошел через металлический турникет сбоку от стойки, потом через стеклянную дверь с резиновой окантовкой. Окантовка предназначалась для того, чтобы удерживать тепло внутри. Тепло от воды в бассейне исходило всегда. И сейчас оно охватило меня, омыло мне лицо и залило легкие, как будто я вдохнул горячий пар. Я направился по лестнице вниз, к раздевалкам. В воздухе пахло хлоркой и всякими чистящими жидкостями, которыми пользовались для мытья плиточного пола, а также смешанными ароматами разнообразных шампуней, гелей для душа и дезодорантов. Воздух был влажный, он так и лип к коже.
Раздевалки были общие, унисекс. По всему периметру помещения и посредине рядами располагались отдельные кабинки. А напротив каждого ряда кабинок находился ряд шкафчиков. Шкафчики и кабинки были одинаковой высоты. Чуть выше меня. И все выкрашены одинаково, в светло-желтый цвет. Там было, наверное, восемьдесят этих кабинок. И, кажется, штук двести шкафчиков. Шкафчики были задуманы таким образом, что в каждой вертикальной секции их располагалось по три штуки. Верхний и средний были одного размера. Нижний шкафчик – побольше.
Я прошел мимо ряда зеркал, подвешенных над длинной полкой, оснащенной набором фенов для сушки волос. Слева располагались общие душевые, там плескалась женщина в слитном купальнике, смывала с головы пену от шампуня. Я миновал первый ряд кабинок. Свернул к первому ряду шкафчиков. И обнаружил там девушку из обслуживающего персонала. Молодая девица с вытравленными светлыми волосами и длинными ногами. На ней были ярко-желтая майка с коротким рукавом и синие спортивные штаны, а на ногах – шлепанцы. Она осматривала кабинки раздевалки. Распахивала дверцы, заглядывала внутрь. Искала забытые вещи или брошенные полотенца. Я подождал, пока она закончит осмотр, и только после этого подошел к шкафчику номер 36.
Это был нижний шкафчик. По высоте он доходил мне до бедра. В такой много чего можно засунуть. Да что угодно.
Но это оказался вовсе не тот шкафчик, который был мне нужен.
В замке этого уже торчал ключ с зеленой пластиковой петлей, чтобы надевать на запястье. Дверца была распахнута. Шкафчик оказался пуст. Я наклонился и заглянул внутрь, просто чтобы удостовериться окончательно. Ничего. Голые металлические стенки.
Для меня тут явно ничего нет.
Я развернулся и направился обратно к входу в раздевалку. Потом вверх по лестнице. Снова через стеклянную дверь с воздухонепроницаемой резиновой окантовкой-уплотнителем.
Возле стойки ресепшионистки теперь стоял какой-то мужчина. Сама дежурная разговаривала по телефону. Мужчина был лысый, в темном свитере с высоким воротом и в спортивной куртке. Руки он заложил за спину, сцепив пальцы, и читал информационные сообщения, прикрепленные к доске объявлений.
Я направился вниз по лестнице, по которой вначале пришел сюда, потом свернул налево, в длинный коридор с серым, здорово вытертым ковром на полу. В дальнем его конце можно было разглядеть искусственный газон для боулинга в помещении. Рядом со мной и слева располагался вход в спортивный зал. Дальше по коридору и справа находились две раздевалки. Одна для мужчин, вторая для женщин. А вдоль стен по обе стороны коридора тянулись ряды зеленых металлических шкафчиков, один на другом.
Я нашел шкафчик номер 36. Он тоже оказался нижним, высотой мне до колен, точно такой же, как и первый. Дверца была закрыта. Ключа в замке не оказалось. Я поставил сумку на пол и присел рядом. Огляделся, проверил коридор. Достал из кармана свой ключ и сунул в замочную скважину. Не подходит, не срабатывает. Я повернул его в обратную сторону. Попробовал еще раз. Ничего не помогало, ключ был не тот. Он не открывал этот замок.
Явно не тот шкафчик, что мне нужен.
Я поднес ключ к глазам. Повертел его так и сяк. Сколько времени он хранился у Лены? По словам Эрика и Андерсона, Лена не покидала коттедж почти два месяца до того дня, когда мы познакомились. Ребекка выдвинула теорию, что ключ Лене передала Лора. В этом предположении есть своя логика. Я бы и сам с ним согласился хотя бы потому, что, как я знал, Лора часто посещала этот спортивный центр, когда бывала у нас на острове. Лора погибла чуть больше трех недель назад. Стало быть, ключ находился у Лены, по всей вероятности, минимум три недели и максимум два месяца.
Период в два месяца – это относительно долгий срок, чтобы шкафчик оставался занятым. Я ведь сам видел, как девушка в желтой майке проверяла кабинки возле плавательного бассейна. Возможно, она также проверяет и шкафчики. Возможно, обслуга проверяет все шкафчики, оставшиеся запертыми после того, как центр закрывается на ночь. Есть вероятность, что если какой-то шкафчик остается запертым слишком долго, его открывают с помощью запасного ключа, а содержимое либо выбрасывают, либо уносят на склад забытых и потерянных вещей, а в дверцу шкафчика вставляют новый замок, чтобы им снова можно было пользоваться.
Думаю, это вполне разумная мысль. И если так, то я попал впросак. Не думаю, что служащие спортцентра размещают найденное на складе забытых и потерянных вещей в соответствии с номерами шкафчиков. Скорее всего, просто сваливают в одну большую кучу. А поскольку я не имею представления о том, что рассчитываю здесь найти, то не могу просто заявиться к ним и потребовать вернуть мне то, что было в шкафчике.
Я еще поизучал этот ключ. Потом вздохнул, поднял с пола свою сумку и пошел обратно к лестнице. Прошел через двери с надписью «Гимнастический зал» и обнаружил, что попал в небольшое помещение с деревянной стойкой, за которой никого не было. На стойке лежал открытый журнал предварительной записи посетителей. К нему тесьмой была привязана шариковая ручка. Я просмотрел записи на левой странице. Судя по ним, в зале сейчас тренировались четыре человека.
Выйдя в коридор позади зала, я услышал ритмичную музыку, под которую разминались спортсмены. Быструю. Энергичную. Она доносилась с верхнего этажа.
Я уже был готов войти в мужскую раздевалку, когда вдруг резко остановился. Я же чуть не профукал самое главное!
Если Лора и впрямь передала ключ Лене, то наверняка это ключ вовсе не от шкафчика в мужской раздевалке! Этот шкафчик наверняка в соседней раздевалке! В женской!
Глава 41
Я постоял возле двери в женскую раздевалку. Прислушался. Трудно сказать, есть там кто-то или нет. И я решил просто открыть дверь, положившись на удачу. Если внутри кто-то есть, можно сделать вид, что я просто ошибся. Такое случается.