– Это тоже мой ученик, – встрепенулась Софья Григорьевна, – они с Витей в школе не разлей вода были.
– В своем сообщении Виктор сказал, что очень хочет извиниться перед родителями, перед вами. Надеется, что вы его простите.
– Я его давно уж простила.
– А что он такого совершил?
– Совершил и совершил, – махнула рукой бывшая учительница, – дураком был. Он деньги у меня украл. Дело в том, что моему сыну потребовалась серьезная операция. За нее денег попросили – кто ж сейчас за бесплатно лечить будет: не в Советском Союзе живем, где все даром было. Только цену за лечение Бори назвали такую, что хоть волком вой! Если бы эту квартирку продали, все равно не хватило бы, да и куда мы с ним потом? Я на пенсию копеечную жила, он из-за болезни работы лишился. Решила я по крохам эти деньги собрать. Соседи по дому помогли, ученики мои бывшие собрали. Почти миллион рублей… Хотя нужно было раз в десять больше. Деньги у меня в доме хранились, и вот однажды кто-то взломал замок, проник сюда и все, что скоплено было, утащил. Полиция искала вора, но не нашла. Я уж поняла, что денег не увижу, да и сына скоро потеряю. Слава богу, мир не без добрых людей. Помог мне один человек, дай бог ему здоровья. Так что про те деньги я забыла и Витьку простила.
– А это точно был он?
– Родители у него нашли остатки тех денег. Он же после кражи загулял – не сразу, чтобы никто не догадался. А когда машину себе купил, то уже все поняли. Соседи пошли к его родителям разбираться, а те сразу ему позвонили и потребовали, чтобы он немедленно домой спешил. Витя все понял и на своей машине укатил. И вот уже года три о нем ни слуху ни духу. А он, оказывается, с Павловым общался. Тот, правда, всегда его покрывал.
– Судя по письму, Корнеев в самом деле раскаивается и переживает.
Хозяйка квартиры вздохнула и посмотрела на гостя:
– Вы ему поможете? Если нужны деньги, скажите, сколько надо. У меня есть…
– Не надо никаких денег. Как можно наживаться на чужой беде.
– Но ведь какие-то затраты у вас будут.
– Копейки. Приехать, забрать Витю, поговорить с другими…
Петр не успел договорить – открылась дверь второй комнаты, и на пороге гостиной появилась девушка. Она шагнула внутрь, но остановилась на пороге, разглядывая Петра.
– Это – Леночка, – представила ее хозяйка квартиры, – моя родственница, приехала в наш город учиться.
Петр поднялся и представился:
– А я – Петя Елагин. Пришел сюда по делу.
Девушка внимательно посмотрела на него, пройдясь взглядом с головы до ног, ничего не ответила и обернулась к бывшей учительнице:
– Софья Григорьевна, неужели вы не видите, что это мошенник? За бесплатно он все сделает. Да это он с дружками такими же прилизанными захватил вашего соседа, а сейчас выкуп требует.
– Я ничего не требую… Я просто хочу помочь.
– Ага. Совершенно безвозмездно, то есть даром. А рубашки от Массимо Альба и костюмчики от Канали тебе в качестве благодарности освобожденные рабы дарят? Каналья и есть! Запомнил, где дверь? Так что попрошу на выход. Не захочешь сам уйти – вылетишь мигом.
– Леночка, – прошептала испуганная Софья Григорьевна, – ну нельзя же так!
– С такими только так и надо поступать.
Бывшая учительница посмотрела на Петра в растерянности, не зная, как ей поступить: то ли извиниться перед гостем, то ли попросить его уйти.
Елагин достал из кармана документы и положил на стол.
– Вот мой паспорт, водительские права и удостоверение частного детектива. И прошу вас, Лена, внятно объяснить мне, почему я пришел вымогать деньги не к родителям несчастного парня, а к обворованной им пенсионерке? К бывшей учительнице, у которой, кроме этой квартиры, за душой ничего, кроме доброты, – Елагин посмотрел на хозяйку, – простите меня, Софья Григорьевна.
– Это вы нас простите. Просто сейчас время такое, что все обманывают.
– Надеюсь, вы ошибаетесь. Обманывают не все: честных людей тоже достаточно, плохо только, что подлецы лучше организованы. А теперь что касается итальянских брендов. Если вы, Лена, такой специалист, то могли заметить, что это модели позапрошлого сезона. Я приобрел их в этом году, каюсь, в Италии на распродаже в городке Кастель Романо под Римом. Все, что на мне, включая ботиночки Марио Бруни, обошлось в восемьсот евро, что ниже моей месячной зарплаты.
Лена скептически посмотрела на него, а потом произнесла:
– Я знаю все автомобили, которые стоят перед домом. Сейчас там появился черный внедорожник «Тахо», на котором вы, судя по всему, и прибыли сюда. Во сколько он вам обошелся?
– Автомобиль служебный, приобретен для поездок за город. На нем я с коллегами планирую отправиться за Виктором Корнеевым и другими. Если вы не верите, что кто-то может оказывать бескорыстную помощь, то оплатите нам стоимость бака бензина. Такой вариант вас устраивает?
Лена молчала.
– Может, чайку попьем? – предложила старая учительница.
– Я бы не отказался, – согласился Елагин.
– Слишком много чести, – произнесла Лена уже не так жестко.
Она посмотрела на Петра и тут же отвела взгляд.
Чай пили долго, потому что никто никуда не спешил. Обсуждали планы освобождения Виктора. Правда, на обсуждение это было мало похоже. Елагин рассказывал, как он предполагает действовать.
– Место, откуда Корнеевым было отправлено эсэмэс-сообщение, определено точно, – говорил он. – Спутниковые снимки подтвердили наличие там сельскохозяйственного предприятия: тепличное хозяйство, поля с длинными грядками – скорее всего, на них выращивают клубнику. А еще есть фруктовые деревья. Общая площадь огороженной территории около шести гектаров. Для ее постоянного обслуживания требуется не менее десяти человек. Может быть, их даже пятнадцать там, хотя вряд ли, потому что владельцы земель обычно экономят на всем – даже на питании для своих рабов, спецодежде и так далее. На огороженной территории только одно здание, судя по конфигурации и форме крыши, бывшая конюшня. Скорее всего, именно в нем ютятся рабы. Есть еще небольшое помещение, в котором живут охранники, но их не более пяти человек, а может, и того меньше. Завтра туда отправятся люди с целью наблюдения за территорией, подсчета сил и средств, которыми обладает противник. Будет составлен план действий, скорее всего, такой. Сначала подъедет автомобиль, в котором прибудут пара-тройка человек, они представятся оптовиками, ищущими новых поставщиков. Начнут изучать товар, прицениваться, торговаться, договариваться об объемах поставок и формах оплаты. Они отвлекут внимание. Главное, чтобы их провели на территорию, а там уж по обстоятельствам. В любом случае оперативная группа будет наготове, чтобы подскочить в нужный момент и решить исход дела.
– А вдруг охрана будет вооружена, – испугалась Софья Григорьевна, – и они начнут стрелять?
– Так и мы тоже будем с оружием.
Его ответ не успокоил бывшую учительницу.
– Может, лучше сразу в полицию заявить?
– Ничего у вас не получится, – вступила в разговор Лена, – надеяться на то, что охрана пропустит на территорию трех здоровых мужиков, которые представились оптовиками, не стоит. Пропустят в лучшем случая одного и будут его сопровождать. Потом, охрана не занимается торговлей. Для этого есть продавец, или сам хозяин станет договариваться. Это еще один соперник, а может, и не один, если он со своим телохранителем. Забор взять штурмом не получится, потому что сразу начнется стрельба, в которой у охраны преимущество, потому что все точки пристрелены и план действий на подобный случай есть. Мое предложение такое: к воротам подъедет автомобиль, в котором будут мужчина и женщина. К такой паре доверия больше, и сомнений в том, что это настоящие оптовые покупатели ни у кого не останется. Пару запустят на территорию, и там они начнут действовать по обстоятельствам.
– Очень хороший план, – согласился Елагин, – только где мы найдем такую парочку?
– Я готова помочь, – сказала Лена, – а вы, Петр, умеете драться?
– Вообще-то я – бывший профессиональный боец, а до того был чемпионом по дзюдо. Я даже провел одну схватку с непобедимым алтайским шаманом и не проиграл ему. Полчаса продержался, не знаю как, но выдержал.
Девушка посмотрела на него очень серьезно, а потом улыбнулась:
– Просто он вас пожалел.
– Леночка, а ты тоже собираешься драться? – удивилась хозяйка дома.
– Да я вообще хулиганка, – ответила девушка, – я еще в школе всех мальчиков била.
– Но так ведь нельзя. То есть в школе можно, если только на переменах или во дворе. А вообще…
– Не переживайте, Софья Григорьевна, драться не придется. Меня Петя защитит, если что.
– Обязательно, – подтвердил Елагин, – я теперь для того и жить буду, чтобы вас оберегать.
– Хорошая шутка, – оценила Лена и улыбнулась.
– От чистого сердца, – признался Петя.
И старая учительница посмотрела на них обоих очень внимательно.
Глава девятнадцатая
Они вошли в офис, и Елагин поинтересовался у дежурного, на месте ли Вера Николаевна. Тот ответил, что отъезжала на какое-то время, но потом вернулась полная сил, а то утром была сама не своя.
– Мне чуть разнос не устроила, даже не знаю за что, – признался Петр, – свяжись с ней и спроси, сможет ли она принять меня прямо сейчас. Но я не один, как видишь.
Лена стояла рядом с ним и оглядывалась.
Дежурный по сектору сообщил Бережной, что прибыл Елагин с девушкой и просится на прием.
– Симпатичная девушка? – поинтересовалась Вера так громко, что Лена оглянулась по сторонам, словно хотела удостовериться, что, кроме Петра и дежурного, этого никто не слышит.
– Очень, – сказал дежурный.
Как раз в этот момент открылась дверь одного из кабинетов, и в коридор выглянул невысокий человек в потертом джинсовом костюме. Он помахал Елагину рукой и широко улыбнулся Лене:
– Привет, ребята! Если вы к Бережной, то я следующий.
Входя в кабинет к начальству, Петр пропустил вперед девушку, а потом вошел сам.