Джек оглядел широкую поляну. На всем огромном мерцающем пространстве не было ни малейшего признака жизни, за исключением нескольких канюков, плавно плывущих по воздуху, и двух или трех других, сидящих на почерневшей ветке дерева.
– Там какая-то мертвечина, – заметил Деннис.
– Где ты находишь индюков, Деннис? – спросил Джек.
– Находишь! – сказал Деннис. – Здесь, конечно. Где еще их найдешь?
Джек больше не задавал вопросов, и Деннис вскоре объяснил.
– Они не выйдут из леса до послеполуденной прохлады, когда станут кормиться. Тогда мы должны подкрасться к ним или затаиться, пока они не придут к нам. – Говоря это, он снова вытер лицо рукавом.
Потихоньку он стал заряжать свой мушкет: очень тщательно отмерил порох, завернул пулю в кусок засаленной ткани и с некоторым трудом загнал ее в ружье.
Джек сидел на поваленном бревне, наблюдая за ним, а Маленький Кофе, сидя на корточках, тоже наблюдал. После того как Деннис зарядил свой мушкет, он осторожно прислонил его к бревну, а затем растянулся на небольшом травянистом участке в тени дерева.
– Уф! – сказал он. – Жалко, что у меня нет ни глотка воды.
Пока Деннис не заговорил, Джек не осознавал, как ему самому хотелось пить.
– Я бы тоже не отказался, – сказал он.
– Ну, ты можешь просто тихо желать этого, – сказал Деннис, – и я тоже. И это лучшее, что мы можем сделать. Теперь будьте настороже, – сказал он, – и лучшая пара глаз первой увидит индюка.
Говоря это, он потянулся и закрыл глаза, как будто собираясь уснуть.
Солнце клонилось все дальше и дальше к западу, и тени от деревьев становились все длиннее и длиннее. Джек сидел, слушая и наслаждаясь теплом и уединением. Как странно и чудесно все это было; как далеко от той старой жизни, которую он оставил позади в Англии. Англия! Память вернулась в прошлое, сравнивая его с настоящим. Там была Англия – здесь была Америка.
– Смотрите, индюшки, масса Деннис! – внезапно прошептал Маленький Кофе, и Джек резко вернулся к осознанию окружающего с острым трепетом, который был почти болезненным.
Деннис вскочил с того места, где лежал, и посмотрел туда, куда указывал Маленький Кофе. Джек осторожно приподнялся и тоже посмотрел в том же направлении. Его сердце билось очень быстро. Индюки вышли из леса, и до этого момента никто из троих их не видел. Они паслись на открытом месте на расстоянии примерно в фарлонг и, может быть, в пятидесяти или шестидесяти ярдах от опушки леса.
Деннис встал и, не говоря ни слова, взял свое ружье. Затем, слегка пригнувшись, он прокрался обратно в лес и вдоль края поляны, Джек последовал за ним, а Маленький Кофе за Джеком. Так они прошли еще некоторое расстояние, а потом Деннис снова резко свернул к опушке леса. Он пошел вперед теперь очень медленно и осторожно, а Джек, все еще пригнувшись, следовал за ним. Он был сильно возбужден, во рту у него было сухо и липко, а в ушах сильно отдавался пульс. Он не замечал, как пот струился по лицу. Неужели Деннис действительно застрелит одну из индюшек?
– Подожди немного, – сказал Деннис, не оборачиваясь, – пока я не осмотрюсь.
Теперь Джек мог видеть сквозь заросли, что поляна была прямо впереди. Деннис осторожно пробрался вперед, а Джек стоял и наблюдал за ним. Вскоре он увидел, что тот делает ему знак подойти ближе. Он так и сделал, приближаясь очень осторожно. Деннис, присев на корточки, выглядывал из-за кустов, и Джек подошел к нему вплотную, Маленький Кофе последовал за ним. Он выглянул из-за листвы, в пятидесяти или шестидесяти ярдах от него были индюки – с полдюжины или больше крупных индюков. Джеку они казались очень большими и очень близкими.
– Похоже, если бы мы прошли немного дальше, – прошептал Деннис, – то приблизились бы к ним, но я хочу рискнуть выстрелить отсюда.
Он сидел на корточках и смотрел на индюков. Затем осторожно поднял мушкет и просунул его в развилку ветвей кустарника. Он долго и тщательно прицеливался. Джек ждал, едва осмеливаясь дышать, каждый нерв его напрягся, чтобы встретить гром выстрела.
Должно быть, что-то встревожило птиц, потому что один большой индюк внезапно поднял голову и резко посмотрел по сторонам, а затем все они некоторое время постояли, сильно вытянув шеи, внимательно оглядываясь. Внезапно раздался ошеломляющий, оглушительный выстрел из мушкета. Облако едкого дыма на некоторое время скрыло все вокруг; затем оно рассеялось.
Мог ли Джек поверить своим глазам? Один большой индюк хлопал крыльями и бился на земле.
Джек с криком вскочил и выбежал на поляну. Он услышал, как кричит Маленький Кофе позади него, когда бежал вперед по высокой, густой траве, перепрыгивая через пни, и видел, как остальные индюки с резкими пронзительными криками разбегаются в сторону леса – наполовину летят, наполовину бегут – затем он стоял над индюком, лежавшим на земле в высокой коричневой траве. Когда он добрался до птицы, она была почти неподвижна, а полузакрытые глаза все еще светились жизнью, которая покидала их. Индюк лежал, и Джек смотрел на него в восторге. Солнце освещало полированный металлический блеск перьев на шее – пурпурных, синих, зеленых. Его огромная ороговевшая лапа тщетно царапала воздух, пытаясь бороться, а затем он совершенно затих.
Деннис торопливо приближался рысцой с мушкетом, висевшим на плече. Маленький Кофе прыгал вокруг. Деннис подошел к тому месту, где стоял Джек. Он скрыл то ликование, которое, возможно, испытывал, под напускным безразличием.
– Это был довольно рискованный выстрел, – сказал он, – и я думал, что промахнусь. Но это был мой единственный шанс.
Говоря это, он вытирал лицо рукавом. Он поднял птицу и держал ее на расстоянии вытянутой руки. Ее крылья раскрылись, когда он это сделал. Затем он снова тяжело уронил ее на землю.
– Ну, – сказал он, – во всяком случае, для Намы есть свежее мясо.
– Я отнесу его к тебе домой, Деннис, – сказал Джек.
– Можешь, если хочешь, – сказал Деннис.
Тени становились все длиннее и длиннее, когда они снова углубились в лес, повернув к дому. Джек вскоре обнаружил, что ноша была очень тяжелой, и рад был разделить ее с Маленьким Кофе. Он связал ноги большой птицы одним из своих обувных шнурков, затем, перекинув его через ветку, взял на плечо один конец, а Маленький Кофе – другой. Затем они снова пошли, Деннис шел впереди.
Солнце уже село, и первые сумерки начали сгущаться, когда они снова вышли из леса и увидели Насест. Когда они подошли к ряду домиков, им навстречу вышел Кала.
– Ма-астар, он недавно вернулся домой, – сказал он. – Он искал тебя.
Джек встал как вкопанный.
– Что, Кала? – спросил он.
– Ма-астар, он вернулся домой, – повторил Кала. – Он искал тебя.
Почему-то Джек не мог поверить в то, что услышал.
– Ты хочешь сказать, что мистер Паркер вернулся? – спросил он.
– Угу, – ответил Кала, кивая головой.
Глава XXIБорьба
Джек и Маленький Кофе положили мертвого индюка на землю. Не сказав больше ни слова, Джек побежал к дому. Приближаясь, он услышал голоса; они смолкли при звуке его шагов, когда он вошел в дом. Он обнаружил мистера Паркера в шляпе застывшим посреди холла, Пегги Питчер стояла, опершись на тонкие перила, на полпути вверх по лестнице.
– Во всяком случае, для Намы есть свежее мясо
– А вот и он, – сказала Пегги, когда Джек вошел. – И больше нет смысла бушевать и ругаться на меня. Я же говорила вам, что я не имею отношения к тому, что он ушел.
Джек никогда прежде не видел мистера Паркера в таком состоянии. Он слышал, как другие обитатели Насеста говорили о тех временах, когда «хозяин впадал в один из своих приступов гнева», но сам он еще никогда не видел ни одного из этих ужасных настроений. Теперь он заметил, что глаза хозяина налились кровью. Мистер Паркер не пил, но его лицо было багрово-красным, а вены на шее и лбу вздулись и округлились. Когда Джек вошел, хозяин бросил на него хмурый, тяжелый взгляд, и Джек под этим неприветливым взглядом замер и уставился в пол.
– Подойди сюда, – сказал наконец мистер Паркер мрачным голосом. Джек медленно и неохотно шагнул вперед. – Сюда, я говорю, – повторил он, когда Джек замешкался на некотором расстоянии, и Джек снова двинулся вперед.
Когда он подошел достаточно близко, мистер Паркер протянул руку и схватил его за воротник камзола. Джек не пытался сопротивляться, он стоял совершенно спокойно, на душе у него было тяжело от немого предчувствия того, что с ним должно было случиться.
– Миссис Питчер сказала мне, что она просила тебя не уходить из дома, – сказал мистер Паркер, – но, несмотря на это, ты ушел, оставив свою работу незавершенной. Что ж, тогда я оставлю на тебе свой след… клянусь, ты не скоро его забудешь и не убежишь снова, когда тебе велят оставаться дома!
Говоря это, он потащил Джека через комнату, и Джек, боясь сопротивляться, подчинился воле хозяина. Только когда мистер Паркер снял со стены тяжелый хлыст для верховой езды, он вполне понял, что его хозяин намеревался с ним сделать. Его первым инстинктом была защита, и когда мистер Паркер поднял руку, он тоже потянулся, едва осознавая, что делает, и схватив хозяина за рукав, буквально впился в него.
– Ваша честь! – воскликнул он, голос его стал хриплым и сухим. – Ваша честь, я очень сожалею о том, что сделал, и обещаю вам, что никогда больше не сделаю ничего подобного. Я больше никогда не убегу, ваша честь, действительно не убегу! Прошу вас, не бейте меня, ваша честь!
– Отпусти мою руку! – резко крикнул мистер Паркер. – Что это значит, ты держишь меня за рукав? – Он попытался высвободиться из хватки Джека, но Джек вцепился еще сильнее.
– Я обещаю вам, – кричал он, задыхаясь, – я обещаю вам… я больше никогда не уйду. Я обещаю вам, что теперь буду вести себя так, как вы хотите, но… но… не бейте меня. Я очень сожалею о том, что я сделал… я сожалею… но не бейте меня!
– Отпусти мою руку, говорю тебе! – закричал мистер Паркер и попытался высвободиться. Но Джек все еще крепко держал его.