Она молча повиновалась ему, и он накрыл ее вторым плащом, подоткнув его ей под ноги.
– Я никогда не забуду, пока жива, что вы делаете для меня, – сказала она. – Я… – ее губы шевельнулись, но она больше ничего не могла сказать.
– Все хорошо, сударыня, – хрипло сказал Дред. – Не думайте об этом сейчас.
Джек долго и пристально смотрел на лицо молодой леди, бледное в свете растущей луны, которая искрилась в ее темных глазах; она выглядела необычайно красивой в этом белом свете.
– Куда ты правишь? – внезапно крикнул Дред. – Держись курса!
Джек, вздрогнул, пришел в себя и обнаружил, что ялик не слушается руля.
Дред снова уселся на свое место, освободив Джека от румпеля. Вскоре он достал свою трубку и набил ее табаком. Он высек огонь, зажимая при этом румпель подмышкой, затем раскурил трубку, некоторое время усиленно попыхивая ею. Ветер разметал волосы юной леди по лицу, и она подняла руку, чтобы убрать их назад. Джек полулежал на банке напротив, опершись на локоть и подперев щеку рукой.
– Послушай, – внезапно заговорил Дред, – как я подсчитал, нас не смогут начать преследовать раньше завтрашнего утра. Потребуется некоторое время, чтобы собрать команду для управления шлюпом, и может пройти часов десять, прежде чем они отплывут. Конечно, если у них будет команда, они довольно быстро догонят нас; но мы уже достаточно оторвались и, возможно, будем впереди, пока не войдем в пролив.
Джек слушал, ничего не говоря. Сам того не желая, он то и дело задремывал и вздрагивал, просыпаясь. Пока Дред говорил, слова доносились как бы издалека.
– Послушай, – окликнул его Дред, после того как раскурил трубку, и Джек снова очнулся от дремоты при звуке его голоса. – Послушай, что нам нужно будет сделать, так это проплыть по заливу Албемарла, мимо острова Роанок и далее в залив Карритак. Там мелководье, и даже если шлюп догонит нас, мы, возможно, сумеем уйти от него по мелководью. Старый залив Карритак – если он хоть немного похож на тот, каким я его знал три года назад, – таков, что мы можем пройти через него во время прилива по северному каналу, то есть мы сможем, если отмель его еще не перекрыла. Шлюп не сможет пройти через залив, у него слишком большая осадка. И если мы доберемся туда, слышишь, то окажемся в достаточной безопасности от любой погони. И наоборот, если они доберутся до Окракока, думая, что мы выбрали этот путь, то, учитывая, что мы так далеко ушли в залив и у нас преимущество в том, что мы раньше отплыли, у них почти не будет возможности догнать нас до того, как мы окажемся на мысе Генри. Понимаешь?
Джек было погрузился в дрему, но при последнем вопросе вздрогнул и проснулся.
– Что ты сказал, Дред? – спросил он. – Я не расслышал последних слов.
Дред пристально смотрел на него секунду или две, затем вынул трубку изо рта и выпустил облако дыма.
– А, не важно. Иди ляг и поспи.
– Не хочу, – сказал Джек. – Мне и здесь хорошо.
Он расположился на банке, подперев голову рукой. Пытался бодрствовать, но вскоре снова начал клевать носом, то и дело просыпаясь и обнаруживая, что Дред уверенно стоит у руля, а молодая леди неподвижно лежит напротив него. Наконец сон окончательно сморил его.
Проснувшись, Джек обнаружил, что уже рассвело, хотя солнце еще не взошло. Они шли примерно в четверти мили от берега. Темная, густая опушка соснового леса подходила близко к кромке воды. С наступлением дня бриз стих, и лодка плыла медленно, почти не кренясь.
Джек сел, оглядываясь по сторонам, а затем посмотрел на молодую леди, и там его взгляд задержался. Она выглядела очень бледной и изможденной, но спала глубоко и мирно, прикрыв длинные темные ресницы. Дред проследил за взглядом Джека, и его глаза тоже остановились на ней. Когда Джек пошевелился, разминая затекшие руки, Дред приложил палец к губам, и Джек кивнул.
Примерно в полумиле от носа лодки Джек мог видеть широкое устье притока, впадающего в залив. Он скользнул вдоль банки к Дреду.
– Что это за вода там? – прошептал он.
– Это устье Пунго, – сказал Дред. – Я собираюсь сойти на берег, и надеюсь, что ветер будет держаться, пока мы не доберемся до него. Там есть смотровое дерево, и я хочу посмотреть, нет ли каких-нибудь признаков погони. Хотя не знаю, доберемся ли мы туда без весел, – сказал он, – потому как ветер стихает. Вот что я тебе скажу, парень, тебе лучше свистнуть изо всех сил, чтобы задул бриз; потому что сейчас это для нас дороже серебра и злата, потому что чем дальше мы продвинемся, тем в большей безопасности окажемся. Скоро они там проснутся и обнаружат, что нас нет. Если нам придется пробыть здесь весь день, это даст им шанс сесть на шлюп и догнать нас. Скорее всего, они получат боковой ветер раньше нас, если он будет дуть с запада, как это обычно бывает.
Джек посмотрел через борт лодки вниз, в солоноватую воду, прозрачную, но коричневатую, окрашенную можжевельником. Ему показалось, что ялик еле ползет вперед.
– С такой скоростью, – сказал Дред, – мы не сделаем и двух узлов в час.
Круглое и красное солнце поднималось над верхушками деревьев на дальнем берегу, и ветерок становился все легче и легче. Время от времени парус, который стоял почти ровно, начинал трепетать. Вскоре гик слегка качнулся внутрь, и ровный луч света упал на лицо молодой леди. Она слабо провела рукой по лицу, потом открыла глаза. Джек и Дред пристально смотрели на нее. Сначала на ее лице появилось растерянное выражение, затем недоумение, а затем проблеск понимания. Она внезапно села.
– Где я? – спросила она, растерянно оглядываясь вокруг.
– Пока вы в безопасности, сударыня, – сказал Дред. – И я рад, что вы проснулись, потому что нам давно пора браться за весла. У нас какое-то время будет штиль. – Он пару раз резко дернул румпель. – Пойдем, Джек, – сказал он. – Я разберусь с парусом, а тебе придется подналечь на весла.
– Отлично, – сказал Джек, – это меня вполне устраивает.
Он с грохотом вытащил весла и вставил их в уключины. Затем бросил быстрый взгляд на нос, поплевал на руки и взялся за весла. Когда он начал грести, парус качнулся над лодкой, и Дред удержал его одной рукой, держась за румпель другой. Он направил нос лодки на маленький кипарис, который выступал из воды на краю мыса. Джек греб и греб, а берег фут за футом приближался, и вскоре они медленно обогнули мыс и вошли в небольшую бухту, защищенную лесом с обеих сторон. Затем нос лодки заскрежетал по песку, и Дред поднялся с того места, где сидел.
– Вот мы и пришли, – сказал он, потягиваясь.
За пологим берегом был небольшой песчаный обрыв высотой три или четыре фута, а за ним простирался сосновый лес, за деревьями – с их гигантскими стволами, серебристо-серыми от смолы, – открывался далекий вид на лес, покрытый мягким ковром коричневых иголок.
– Мы ненадолго сойдем здесь на берег, – сказал Дред. – Ты пойдешь со мной, Джек, и мы сходим к смотровому дереву. Не бойтесь, что мы ненадолго вас оставим, сударыня; мы скоро вернемся.
– Я бы тоже хотела ненадолго выйти из лодки, – сказала она, – потому что очень устала.
– Ну, конечно, – сказал Дред. – Джек, помоги ее светлости сойти на берег.
Они расстелили на песке один из плащей и устроили ее так удобно, как только сумели. Солнце, которое уже поднялось над верхушками деревьев, ярко и тепло освещало широкую ровную полосу гладкой воды. Молодая леди сидела, глядя вдаль.
– Мы скоро вернемся, – сказал Дред. – Пойдем, Джек.
Она посмотрела на них и улыбнулась, но ничего не ответила.
– Мне кажется, ей уже лучше, – заметил Джек, когда они с Дредом уходили вместе.
– Да, – коротко отозвался Дред.
Они прошли некоторое расстояние вдоль песчаного берега, а затем по небольшому узкому перешейку на другой берег реки. Огромная одинокая сосна возвышалась над более низкой порослью, и в ее ствол были вбиты клинья, они шли от самой земли к ветвям наверху.
– Вот мы и на месте, – сказал Дред. – А теперь оглянемся назад.
– Я собираюсь сойти на берег
Он отложил в сторону свой камзол, а затем начал взбираться на дерево по клиньям. Джек наблюдал за ним, пока он взбирался все выше и выше, пока не добрался до раскидистых ветвей, похожих на крышу. Там он перекинул одну ногу через самый верхний клин и, крепко держась за сук, сел, пристально глядя на запад, его рубашка белела среди ветвей на фоне неба. Он оставался там долгое время, а потом Джек увидел, как он снова спускается вниз. Спрыгнув на землю, он ловко отряхнул руки, а затем надел камзол.
– Ну, – сказал Джек, – ты что-нибудь видел?
– Нет, – сказал Дред, – не видел. Немного туманно. Но, насколько я смог разобрать, погони пока нет.
Молодая девушка, когда они вернулись, прогуливалась взад и вперед по берегу. Увидев их, она заколебалась, затем нерешительно сделала шаг или два им навстречу и замерла в ожидании.
– Я пока ничего не заметил, сударыня, – сказал Дред, когда они подошли к ней. – Вроде как мы вдали от погони.
– Вы очень добры ко мне, – сказала она. – Я просто думала о том, как вы добры ко мне. – Говоря это, она перевела взгляд с одного на другого, и ее глаза наполнились слезами. Джек выглядел смущенным при виде ее волнения, а Дред прикоснулся большим пальцем ко лбу, довольно смущенно отдавая честь. Они постояли немного, не зная, что сказать.
– Ну что, парень, – сказал Дред нарочито громко, делая обманный финт, словно хотел ударить Джека, – придется опять отправляться при полном штиле, раз ничто другое не приходит нам на помощь. Как понимаешь, каждая миля, которую мы пройдем сейчас, стоит десяти последующих. Что касается еды, перекусим на ходу. Давайте, сударыня, поднимайтесь на борт, и мы отчалим.
Он помог молодой леди сесть в лодку, а затем они с Джеком оттолкнулись от берега. Джек зашлепал по воде и, поднимая брызги, запрыгнул на борт.
Глава XXXVIОстановка на ночь
Когда день клонился к закату, снова поднялся ветер. На западе сгущалась пелена тумана, сквозь которую солнце светило все слабее и слабее по мере приближения к горизонту, а затем померкло и пропало. Ветер, дувший все сильнее, сбивал воду в гребни, которые подхватывали ялик, подгоняли его и оставались далеко позади. Дред, казалось, ликовал.