— Нам теперь пора уходить, — проговорил Стагарт. — Он теперь вполне в нашей власти.
— Я не знаю, может быть я галлюцинирую, — произнес я, — но чем больше я смотрю на этого Красного Джека, тем более мне кажется, что его я уже где-то и когда-то видал.
— Ты не ошибаешься, — ответил мне мой друг. — Этот Красный Джек — мой хороший друг. Ты удивишься его смелости, когда я заставлю его раскрыть свое инкогнито. Но, однако, пойдем. Еще не настало время захватить его. Мы сначала дадим ему возможность еще раз навестить кладовые Южно-Африканского банка.
Я не знаю, что повлияло на меня, пиво или воздух кабачка, но когда я поднялся, я почувствовал легкое головокружение. Нервы мои были неестественно взвинчены и Стагарт, вероятно, по глазам моим догадался о моем состоянии, так как он по спешно увлек меня к выходу.
Мы должны были пройти мимо стола, за которым сидел профессор.
— Это два сыщика, — проговорил чей-то голос.
— Надо бы их освежить, этих негодяев, — ответил другой.
Я видел, что большие синие очки были устремлены на меня.
Адская, невыразимо отвратительная усмешка появилась на лице Красного Джека.
— Болван! — произнес он, когда я проходил мимо него.
Страшная ненависть к этому человеку овладела мною.
Я потерял всякое сознание и в ту же минуту бросился на Красного Джека и покатился с ним под стол. Вдруг я почувствовал невыразимую боль в глазах. Я услыхал один за другим три, четыре выстрела, раздался целый хаос ревущих голосов и я почувствовал, что железная рука схватила меня и вытащила на улицу.
Боль в глазах прекратилась, но я не был в силах поднять веки.
— Это была остроумная выходка! — услыхал я голос моего друга, как будто откуда-то издалека.
Я пришел в себя и начал тереть глаза.
— Что это было, Стагарт? — спросил я, схватив Стагарта за руку, идя рядом с ним.
— Это была величайшая глупость, — ответил с досадой Стагарт. — Она могла тебе стоить жизни.
— Прости, — ответил я покорно, — я просто потерял голову.
— Ладно, — проговорил Стагарт, горячо пожимая мне руку. — Ты часто своевременно подавал мне помощь и этим спасал мою жизнь, так что мне очень приятно, что я мог тебе отплатить тем же. Все-таки мы еще не квиты.
— Но что же случилось? — спросил я, стараясь собраться с мыслями. Мне казалось, что я получил страшный удар в глаза, так что я почти потерял всякую способность мыслить.
— Ты бросился на Красного Джека, — ответил с усмешкой мой друг.
— Нападение было довольно удачное, — добавил он с юмором, — но ты еще слишком мало знаком с приемами этих людей, чтобы одержать верх. В тот момент, когда профессор почувствовал прикосновение твоих рук, он бросил тебе в глаза перец.
— А! так поэтому-то была такая ужасная боль!
— Конечно, не очень-то приятно получить заряд перца в глаза. Выплачься, мой друг, это принесет тебе облегчение.
Я невольно расхохотался.
— Но кто же это произвел выстрелы? — спросил я.
— Я, мой дорогой друг. Тебе это удивительно. Когда ты с Красным Джеком покатился под стол, в воздухе блеснула полдюжина ножей. Но мой револьвер образумил молодцов.
Молча продолжали мы наш путь. Когда мы встретили кеб, Стагарт подозвал его и мы поехали домой.
— Почему ты оставляешь так долго на свободе этого молодца? — задал я Стагарту вопрос. — Ты обыкновенно так не поступаешь.
— У меня есть на это причины, — ответил мой друг. — С твоей методой преступников не поймаешь.
Сконфуженный, я замолчал.
Мы сидели на следующее утро за чаем. Стагарт читал «Таймс». Вдруг он разразился громким смехом.
— Нет! Это слишком. Это невероятно! — вырвалось у него.
— Что случилось?
— На, читай.
Он протянул мне газету и указал пальцем на заметку.
Я начал читать.
Вот это было напечатано в газете:
Сегодня рано утром неизвестный субъект вторгся в квартиру директора Южно-Африканского банка, мистера Клингсфорда. Обстоятельства этого загадочного и дерзкого нападения не вполне еще выяснены.
Около четырех часов утра старая экономка проснулась от шума опрокинутой мебели. Так как она знала, что мистер Клингсфорд проводил ночь в банке, то она поспешно встала, зажгла электрические лампочки и вошла в кабинет директора. Она увидела субъекта, который был занят взломом железной кассы. Прежде чем она успела закричать, грабитель бросился на нее, связал ее и сунул ей в рот платок. В таком виде ее нашли сегодня утром. По ее описанию преступник — довольно плохо одетый человек среднего роста с густыми рыжими волосами и рыжей бородой и в больших синих очках.
Самое загадочное в этом дерзком грабеже то, что ни на входной двери, ни в дверях квартиры не оказалось следов взлома, и они сегодня утром были найдены крепко запертыми. Полиции остается разгадать тайну, каким образом грабитель проник в квартиру.
Я прочел заметку с возрастающим удивлением.
— Я не понимаю, что ты находишь смешного во всем этом, — сказал я, отдавая газету моему другу. — Я вполне доверяю тебе и вполне признаю твои способности, которые ты уже не раз доказал на деле. Но в данном случае, мне кажется, твое поведение настолько легкомысленно, что оно, в конце концов, будет стоить мистеру Клингсфорду жизни.
— Успокойся, — ответил Стагарт. — Я действую по заранее составленному плану. Конечно, это новое обстоятельство не было предусмотрено, и если я расхохотался, то только потому, что в этом новом преступлении есть комическая сторона. Во всяком случае, — добавил он с серьезностью, — на этот раз я стою перед такой странной психологической задачей, что я сам с напряжением жду развязки, которая мне разъяснит некоторые непонятные обстоятельства.
— Поторопись с завтраком, — с нетерпением добавил он. — Нам предстоит сегодня много работы.
Он дал мне пилу и сам запасся отмычкой, долотом, щипцами и буравом.
— На всякий случай, — проговорил он с улыбкой, видя мое удивленное лицо.
— Зачем тебе все эти инструменты? — спросил я. — Не для взлома же?
— Как раз для этого. И ты будешь моим помощником в этой воровской экспедиции.
— И ты решишься на это среди белого дня?
— Конечно. По крайней мере, не нужно будет работать с потайным фонарем.
Я не мог понять его слов.
— Это имеет отношение к Красному Джеку? — спросил я.
— Ты угадал.
— Ты, значит, намереваешься провести грабителя и произвести взлом?
— Да, совершенно верно, — ответил Стагарт со своей стереотипной иронией.
— Это страшно интересно.
— Ты удивишься результату, к которому нас приведет моя мера, — сказал Стагарт.
Мы снова отправились по подземной железной дороге в Уайтчепель и зашли в один дом, находящийся вблизи того кабачка, в котором мы были накануне вечером.
Это было довольно старое, почти развалившееся двухэтажное здание. С уверенностью человека, явившегося сюда не впервые, вошел Стагарт в подъезд и поднялся на лестницу. Насколько я мог заметить по первому взгляду, дом был необитаем. Тем не менее, на лестнице виднелись свежие следы.
Стагарт остановился перед дверью второго этажа и начал без всякого стеснения взламывать замок.
После десятиминутной работы дверь открылась, и мы вошли в квартиру, состоявшую из трех бедно обставленных комнат.
Стагарт внимательно осмотрелся и тотчас же направился в одну из комнат, в которой стоял большой железный шкаф.
— Что ты хочешь делать? — спросил я испуганно, видя, что он намеревается взломать шкаф.
— Ты это отлично видишь, — ответил нетерпеливо мой друг.
— Но кому принадлежит эта квартира? — продолжал я расспрашивать.
— Красному Джеку.
При этих словах он ударил в дверцы шкафа ломом, и они поддались первому же удару.
Я увидал ящик, наполненный доверху золотом, кредитными билетами и ценными бумагами.
Стагарт, улыбаясь, обратился ко мне.
— Знаешь, сколько здесь денег? — спросил он, перебирая бумаги.
— Не имею понятия.
— Около миллиона. Жаль, что мы не профессиональные воры.
Я расхохотался.
В то время, как Стагарт в лихорадочном волнении осматривал все углы квартиры, я задумался над всем случившимся.
Каким образом могло случиться, что один человек без всякой посторонней помощи проследил неизвестного человека из Сити в Уайтчепель и нашел его пристанище, и таким образом добился неслыханного успеха?
Но я уже имел так много почти невероятных доказательств гениальных способностей моего друга, что я не сомневался в нем ни минуты.
Вошел в комнату Стагарт с большим рыжим париком, несколькими палочками румян и большими синими очками.
Он весело подмигнул мне и произнес:
— Теперь мы поймали Красного Джека. Остается захватить вора на месте преступления.
— Как? — воскликнул я. — Разве Красный Джек и вор не одно и то же лицо?
— И да и нет, — ответил мой друг. — Это одно и то же лицо, но, как мне кажется, две совершенно разные натуры.
— Я тебя не понимаю, — проговорил я.
— Ты меня, может быть, сегодня поймешь, — ответил серьезно Стагарт. — Поедем теперь обратно.
Уходя, друг мой запер железный денежный шкаф и входную дверь.
— Что ты намерен теперь делать? — спросил я по дороге в Сити.
— Мы попытаемся попасть этой ночью в Южно-Африканский банк, но так, чтобы об этом не знала ни одна человеческая душа. Поэтому нам нужно туда отправиться теперь же.
Войдя в главное помещение банка, мы смешались с публикой и при наступлении вечера прокрались незаметно в ту комнату, которая находилась перед лестницей, ведущей в кладовые.
Там мы спрятались за шкафом.
Хотя мне было непонятно, к чему все это делается, тем не менее, я с величайшим волнением ждал наступления ночи.
Мало-помалу в банке все стихло. Последние служащие ушли и около 11 часов мы услыхали шаркающие шаги сторожа, обходившего банк; он вошел в комнату, в которой мы находились, окинул ее быстрым испытующим взглядом, но нас не заметил.