Охотился он ночью. Днем укрывался в яме около вывороченного огромного корневища столетней ели. Ему помогали быть незаметным его красновато-серый цвет и желтоватые яйцевидные пятна на спине.
Таился он и прятался от людей, конечно, не из-за застенчивости. Он с особым интересом глядел на окружающий мир. Но этот интерес его состоял целиком из одного: можно ли своего нового знакомого проглотить или нет?
Такой опасный хищник повстречался нашим путешественникам. И сейчас он искал себе новую добычу.
Его маленькая голова с тремя темными продольными полосами и противными глазками два раза приподнялась из травы, и взгляд устремился на тушканчика Тишу. Удав выбрал его.
…Почувствовав неладное, тушканчик спружинил на своих замечательных задних ногах и молниеносно ушел от опасности, оказавшись по другую сторону куста боярышника.
И бобр Боря не растерялся. Едва удав метнулся к нему, он схватил горящую головешку и бесстрашно ткнул ее в пасть бандиту. Сам кубарем покатился по обрыву к воде.
Так миновали наши путешественники еще одну опасность.
…Утром, когда они вернулись к потухшему огню, удава там не было.
– Я понял, почему жаба Жанна не вернулась к нам на плот, – сказал тушканчик Тиша.
– Почему? – спросил бобр Боря.
– Она не испугалась. На нее напал удав. Я видел: она поплыла от нас к этому дереву.
– Верно, – согласился скворушка. И горько вздохнул.
Всем было очень жаль решительную жабу.
Путешественники забрали свое снаряжение и поплыли дальше.
Погода стояла ясная.
Вода была не такой, как накануне, свинцово – тяжелой. Она была теплая и легкая! Казалось, что весь мир наполнен добрыми друзьями.
Скворушка Сережа сидел на мачте. Он – вперёдсмотрящий. Бобр Боря привычно управлял плотом с помощью большого весла, укрепленного сзади на самом толстом бревне.
Тушканчик отсыпался под навесом. Ему предстояло нести ночную вахту.
Удава обнаружил через неделю первоклассник Степка – внук учителя Степана Ивановича. Он побежал к деду в школу и рассказал ему о своей находке.
Степан Иванович позвонил куда надо, и вскоре приехали работники зоопарка.
Удава выманили из укрытия на приманку. Положили ему у входа несколько серых мышей.
Едва он выполз, набросили на него крепкую сетку.
– Так тебе и надо! – деловито сказал Степка.
Жаль, конечно, что наши путешественники не повстречались со Степкой. Хороший, видно, парень.
Может, это случится, когда они будут возвращаться назад?..
Ловкачка
Едва путешественники проплыли около мили, случилась неполадка.
Оказывается, от больших волн порвалась вязь, скрепляющая плот. И теперь бревна одно за другим стали отрываться от плота и уплывать.
Друзья успели причалить, когда осталось только три бревна. На них и удалось спасти снаряжение.
С вязовых и липовых стволов Боря надрал лыко и затем начал делать из них ровные заготовки.
За всем этим внимательно наблюдала с верхушки осокоря серая ворона.
С утра она смотрела, как чайки ловят рыбу. Долго так сидела на торчавшем из воды бревне и училась. Наконец решила попробовать. У нее получилось. Когда она поймала трех маленьких рыбок и съела их на берегу, ей захотелось отдохнуть.
И тут ворона увидела наших путешественников. Ей стало интересно смотреть, как ремонтируют плот.
Долго следила за ними, как и за чайками. Потом ей это наскучило. Она оживилась, когда заботливый скворушка вернулся на плот с пищей для дрозда.
Он отыскал в лесу куст вишни и теперь кормил друга ягодами. Ворону это заинтересовало.
Когда скворушка в очередной раз прилетел к кусту вишни, на нем уже сидела нахальная ворона. Тонкие ветки не выдерживали тяжелого вороньего тела. Она взмахивала большими крыльями, пытаясь сохранить равновесие.
Ей удалось схватить одну ягоду. Но веточка обломилась, и ягода выпала из ее клюва.
Ворона, недовольно каркая, взлетела. Потом села рядом на осиновый сук и стала недобро глядеть на скворушку.
А он ловко сорвал ягоду, освободил ее на траве от ядра и полетел в очередной раз, неся добычу в клюве, к плоту. Там он складывал сочную ягоду в кузовок.
Ворона снялась с ветки и почти бесшумно, не спеша, последовала за ним.
Когда скворушка улетел снова за вишней, разбойница проникла под навес, схватила за ручку кузовок в клюв и удалилась.
Хорошо, что дрозда не тронула.
Так обидно всем было, что лишились кузовка. В нем были еще подсолнечные семечки, ягоды боярышника и немало других запасов, взятых из дома.
– Не грусти, – покладисто сказал бобр Боря скворушке, – все вместе наберем еще. Что с ней поделаешь, с воровкой? Такая ловкачка.
Он взял холщовый мешочек, и они направились в лес.
Когда вышли к вишне, в кустах метнулся лисий хвост. Потом они увидели в траве и свой кузовок. Он был пуст. Вокруг него разметаны вороньи перья. Видимо, замешкалась азартная разбойница-ворона, когда лакомилась ягодами из кузовка. И попала в лапы рыжухи.
– Умна ворона, а лисица – хитрей. Не зря говорят, что у нее тридцать три хитрости и уловки, – сделал вывод рассудительный капитан Боря и направился с кузовком к вишне.
Друзья последовали за ним.
Великодушный граф
Граф был старый. Ему шел уже пятнадцатый год. Пес давно стал во дворе никому не нужен. Он часто уходил на берег реки и там лежал подолгу на теплом песке. Ему вспоминались его сыновья, которых уже нет и которые есть.
Вспоминая, он грустил.
Сегодня, когда хозяин вышел кормить собак, сын Графа, лохматый кобель Амур, пока сам не поел, не подпустил отца к еде.
Граф думал, что хозяин поможет ему, но тот сказал:
– Разбирайтесь сами. У вас свои законы.
И ушел.
«А что тут разбираться? Кто сильнее, тот и прав, – считают молодые. Что с этим поделаешь?» – с такими мыслями Граф провожал взглядом хозяина.
Когда Амур ушел к своей конуре, в миске ничего не осталось. Так было уже не в первый раз. Теперь Граф часто не доедал. Он стал слепнуть, и у него порой кружилась голова.
Он лежал и смотрел, прищурив больные глаза, на серебристые речные волны.
Да, когда-то и он был сильным. Везде поспевал: караулил бахчи, склад, школу. Многим помогал.
Теперь оказался не у дел.
Так часто бывает: любят тебя и окружают друзья, когда ты сильный и красивый. Старый Граф это понимал. Он никому не жаловался на свою долю.
Все чаще чувствовал себя виноватым, что так долго живет.
Сейчас с высокого берега Граф видел, как Амур помчался к воде. Там внизу плыли шумные путешественники. Они что-то пели забавное. Один из них, бобр, вздумал купаться. Он плюхнулся в воду и стал плавать. Амур, увидев плавающего бобра, с веселым лаем бросился в воду.
Бобр хлопнул своим плоским хвостом по воде и нырнул, обдав брызгами Амура.
Как только бобр вынырнул, Амур поплыл к нему, а тот вновь пропал в воде. Бобр забавлялся, дразня молодого шалопая. Им было весело. Но старый Граф забеспокоился. Он замечал прежде, что в этом месте из толщи воды показывается большая рыба. Это был сом. Он жил здесь в глубокой яме.
Один раз Граф видел сома совсем рядом. Тогда усатое чудище оказалось в грозу на мели. Сома чуть было не поймали рыбаки. Но он порвал огромный прочный бредень и ушел в глубину.
Обычно сомы подкарауливают свою добычу, спрятавшись за корягу или камни. Граф это знал.
Он встал и как мог поспешил туда, где барахтались Амур и бобр, где была огромная позеленевшая коряжина.
В это время Амур вышел из воды и стал шумно отряхиваться.
Бобр Боря продолжал беспечно плавать возле плота. Из воды сейчас у него торчали одни ноздри.
Чутье не подвело старого Графа. Сом в это время таился как раз у большой коряжины, дожидаясь добычи. Громадная его голова была облеплена пиявками. Он слегка шевелил своими червеобразными большими усами. Так он подманивал доверчивых рыб. Спина его и края плавников, окрашенные в черно-голубой цвет, зеленовато-черные с оливково – зелеными пятнами бока, сливались с дном реки.
Он только что проглотил двух неторопливых осторожных язей, принявших его усы за червей и опрометчиво подплывших совсем близко. Бросок – и язи пропали в бездонной сомовьей пасти.
Увидев бобра Борю, сом стал медленно приближаться к нему, готовясь схватить добычу.
В этот момент Граф что было сил метнулся с лаем к воде. Бобр Боря оглянулся. Увидел сома и, быстро сообразив, проворно нырнул. Обогнув плот, он выскочил на пологий берег.
Зловещая пасть со множеством острых зубов показалась над водой. Но было поздно. Бобр Борис сидел, укрывшись за старым пеньком.
Когда Граф подошел к нему, появились тушканчик и скворушка, которые обследовали ближайший лесок.
Дрозд, ничего не понимая, выглянул из-под навеса на плоту.
Сом ушел в глубину. Опасность миновала. Но вот беда: плот продолжал плыть по течению. Он был неуправляем. Дрозд не мог с ним справиться.
– Ничего! – воскликнул Граф. – Там за поворотом реки песчаная коса, туда сом не заплывет – мелко. Надо бежать быстрее вдоль берега, если успеем, на мели плот перехватим!
Все согласились с таким предложением.
– За мной! – помолодев от собственной решимости, скомандовал Граф.
И они помчались вдоль реки.
Скворушка Сережа летел над бегущими и как мог подбадривал.
Один Амур побрел в свою конуру. Он был хотя и молодой, но ленивый.
И, кроме того, не понимал, как это важно: иметь в жизни друзей. И как бывает радостно, когда ты им нужен!
Необычный квартет
Дрозд лежал под навесом в тени и ждал, когда заживет крыло. Как это скучно – болеть. Другое дело, если бы взлететь на самую верхушку мачты и ранним утречком запеть. Вот бы новые друзья обрадовались. Они счастливые – у каждого из них есть свое дело. Дрозд начал шевелить клювом и что-то шептать. Тушканчик поинтересовался:
– Ты что бубнишь?