Следующие полчаса Вера отыскивала всех своих подопечных, страшным голосом предупреждая – ровно в девять часов вечера по местному времени (над площадью висели большие круглые часы) они должны выйти в небольшой тихий сквер с противоположной от телебашни стороны и все вместе трансгрессировать в междумирье, а если кто-то не появится, то… Дальше шли угрозы переговорить с родителями, сообщить в паркол и нажаловаться в Элеор, а также напустить на непослушных главу рода Атарантидесонисов.
Увы, мирно дожить до указанного времени не удалось: один чернокожий абориген ухватил упирающуюся Ири за локоть и поволок в кусты, на него набросился Лари, толпа расступилась, но никто не кинулся на помощь: все стали делать ставки, кто с кого шкуру спустит. Остальные хранители спешили к месту происшествия, но явно запаздывали, а Вера воочию представила, как за злостное нарушение закона о ненападении на низших из паркола исключают Лари, а она смотрит в обвиняющие глаза его родителей. Не доглядела!
– Стой! – завопила на всю площадь Вера, подлетая к Лари и удерживая его занесенный кулак. – Не бей низшую расу!
Лари очнулся и отступил. Демоны быстро скучковались за спиной Веры, а море озверевших темнокожих лиц уставилось на единственную бледнолицую:
– Это кто здесь низшая раса?!! – хором взревела вся площадь.
– Мамочки! – пискнула Вера и проорала: – Трансгрессируйте!!!
Хлопки за ее спиной и исчезновение двух десятков демонов прошло незаметно для агрессивно наступающей толпы – лишь кое-кто удивленно протер глаза и снова сфокусировал их на неразумной белой даме, орущей в центре Гарлема о низших расах.
А в мозг Веры с сильным опозданием явилась разумная мысль:
«А я-то трансгрессировать не умею!»
– Твое последнее слово, снежинка, – прошипел в лицо Веры небритый детина.
«Что сказать? Мамочки, что сказать?!! Надо что-то объединяющее, зажигательное такое… А-а-а!!!»
– Бей врагов, спасай Россию! – пискнула попаданка и зажмурилась.
«Ой-ей! Не там я это сказала, ох, не та-а-ам! Упокоюсь с миром», – успела подумать Вера до того, как афроамериканцы сомкнули ряды.
Вдруг полыхнуло ярким светом. Толпу разметало по сторонам. Перед слепо моргающей от вспышки Верой возник Квазик в боевом облике. Все как помнилось: огненные волосики стоят дыбом и плюются сгустками пламени в окружающих, кожа покрылась панцирем, как у броненосца-переростка, длинные глазки заалели, клыки увеличились в числе и размере. Настоящий демон из ада, не удивительно, что все вокруг стонут от ужаса и истово крестятся. Квазик предупреждающе рыкнул и площадь мигом опустела. Вот тебе и любители комиксов – поклонники призрачного гонщика и прочих супергероев отнюдь не стремятся с ними познакомиться в реальной жизни.
– К-к-к-ва-а-азик-к! Ик! Ты очень вовремя! – вырвалось у Веры, и она прижалась к своему чудовищу, не обращая внимания на царапающиеся защитные выступы на его теле, на пылающую шевелюру и жуткие глазенки. От избытка адреналина Веру потряхивало, голова кружилась от нахлынувшего чувства облегчения. Уф, и дети спаслись, и она еще поживет.
– Вера, как?! Как, Вера?! Объясни мне, как ты умудрилась?! – трепал ее Квазик, как Тузик грелку, а она могла только испугано икать. – Кто переместил тебя на Землю?! Зачем ты опять влезла в драку?! Я летаю по всей Вселенной, пытаюсь тебя спасти, а ты чем занимаешься?! Ты можешь спокойно дома посидеть, я тебя спрашиваю?! За что мне такое наказание, изначальная материя? Хорошо, что сигналку установил, тебя же чуть не убили! Ты понимаешь или нет?!
Вера поспешно закивала, показывая, что она все понимает. Язык еще не слушался, онемев от пережитого страха. Вокруг нее зазолотился знакомый кокон, и Земля стала быстро удаляться, сменившись звездной чернотой космического пространства. Боевая трансформация Квазика сменилась привычным истинным обликом, и Вера приникла к своему демону теснее, время от времени тихонько икая. От мужского тела шел жар, согревая перепуганную закоченевшую женщину, лететь среди звезд в надежных объятиях было удивительно уютно и чудесно, поблескивающие далекие звезды создавали атмосферу романтики и уединения, и Вере хотелось бы лететь так вечно…
– Скажи, в твоем русском языке «бухгалтер» это неформальный синоним слов «дебошир» и «забияка»? – хмуро обратился к Вере Квазик. – Я никак не могу увязать в единое целое все твои слова и поступки. Мне всегда казалось, что для кропотливой работы с базами данных желательны такие черты характера как выдержка, усидчивость, сдержанность, невозмутимость и даже флегматичность, а не вечное стремление найти приключения на свою голову и самоубиться.
– Не поверишь, но мне тоже всегда так казалось! Я не стремлюсь найти приключения – они меня сами находят! Точнее – начали находить в твоем междумирье, похоже – они давненько прятались в этой серой мгле и меня поджидали, а теперь торжественно встречают всем скопом, – объяснилась Вера. – Мы домой летим?
Обнимающие Веру руки сжались крепче, черные глаза пытливо заглянули в ее лицо:
– Ты в самом деле считаешь домом не Землю, а мое пристанище в изначальной материи?
– Угу. По первости еще ощущала себя ежиком в тумане, но потом привыкла, – кивнула Вера. Икота отпустила, а сердце перестало биться, как сумасшедшее. – Так мы домой?
– Пока нет. – Когтистый палец осторожно очертил контур девичьего лица. – Ты и боевой трансформации не боишься? Так радостно ко мне кинулась там, на Земле…
– Еще бы мне не кинуться, – хрипло прошептала Вера, понимая, что ее сердечко не перестало изображать из себя спринтера, а просто сделало короткую передышку, что уже подошла к концу, – ты нормально относишься к белым и русским.
– Опять не понимаю, о чем ты, – горящие черные глаза заслонили от Веры звезды, да и Бог с ними, со звездами.
«Наклонись чуть ниже, Квазик…»
– Ты такая теплая… и ты сводишь меня с ума, – прошелестел тихий голос демона, его губы прикоснулись к губам Веры, и Вселенная взорвалась и утонула в жарком мареве.
БАБАХ!!!
С громким треском, как от разорвавшегося снаряда, целующаяся пара вывалилась из трансгрессионного туннеля, и только отличная реакция Квазика спасла их от позорного падения из-под высокого потолка на пол. Пол был устелен не паркетом, а мраморными плитами, так что приземлились они действительно не дома.
Глава 10. Право на имя
Отпрянув от своего мужчины, Вера осмотрелась: они прибыли в какой-то небольшой зал перед удивленные очи Старейшего хранителя и еще нескольких незнакомых гуманоидов. Судя по знакомой беспорядочности в расстановке приборов и мебели, это был один из залов Элеора.
– Зачем вкладывать столько энергии в простой туннель? – недоуменно спросил Старейший.
Квазик заметно покраснел и вымолвил, стараясь не смотреть в сторону Веры:
– Вливание энергии произошло случайно.
«Ах, это теперь так называется, – позабавилась Вера. – В этом странном междумирье и впрямь страстный поцелуй почище динамита будет. А с какой целью мы пожаловали в Элеор, хотелось бы знать?»
– Интересная особь низшей разновидности людей, – выдал один из неизвестных гуманоидов с длинными ушами.
Ого, вот и эльфа увидеть довелось: не зря Вера расы как следует изучила. Вежливостью, правда, и эльфы тут не отличались. Еще два ушастых и один нормальноухий индивид рассматривали Веру, делая пассы руками и посылая в ее сторону какие-то радужные прозрачные кольца и нити, видимо, безопасные для низших человечек, так как Квазик стоял спокойно, обнимая Веру одной рукой за плечи.
– Очень любопытно. – Первый заговоривший эльф приблизился к Вере и протянул к ней руку: – Позволите взглянуть на печать?
– Да, пожалуйста. К слову сказать, меня зовут Вера Ивановна Птичкина, я с планеты Земля галактики Млечный путь. Извините, но номер галактики и планеты в вашем реестре я не помню, – сухо улыбнулась Вера, протягивая руку запястьем вверх.
– Спорные утверждения, – рассеянно ответил тот, просвечивая печать голубым светом и вертя руку Веры в разные стороны.
Вера растерялась. Какое из ее утверждений спорно?!
– Все утверждения спорны, – столь же рассеянно ответил эльф. Он читает мысли?! Или она вслух это спросила? – Вера – это общемировое понятие и в качестве имени собственного при официальных встречах может использоваться только с разрешения Совета Сектора или Коллегии Верховного Суда, что же касается других имен – в данный момент вы Атарантидесонисова. Вы не с планеты, в настоящий момент вы постоянно проживаете в изначальной материи. Учетный номер вашей прежней галактики и планетки вы вряд ли знали, поэтому не можете «не помнить».
Ей нужно чье-то там разрешение на собственное имя?! Ну, знаете ли! Зато теперь ясно, почему Квазик в мире Таисхали по имени ее не представил – у нее не было разрешения на свое родное имя!!! Вот о чем они с Ортелем тогда промолчали: глава Таисхали хотел знать, есть ли у нее дозволение именоваться «Верой», а Квазик тогда отрицательно покачал головой!
– Не спорь, – умоляюще шепнул Квазик, почувствовавший, как напряглись плечи девушки под его рукой и распрямилась спина. – Официальные встречи бывают редко, а у тебя сейчас мало шансов дожить до следующей – с черной печатью долго не живут! – И он уважительно обратился к эльфу: – Какими будут ваши выводы, почтенный Элистэль?
– Удивительно, что она еще жива, – ответили ему, выпуская руку Веры.
– Удивительно, – поддакнули другие неизвестные и не представившиеся гуманоиды.
– Расскажите, как вы провели цикл? – яркими зелеными глазами уставился на Веру стоящий рядом эльф по имени «почтенный Элистэль».
– Проснулась, съездила в гости, вернулась, – кратко перечислила Вера, не желая рассказывать об эскападе учащихся паркола и навлекать на друзей Тана гнев родителей и ректора.
– Хм… Какие чувства вы испытывали в течение того, как просыпались, ездили в гости и возвращались? Сильные эмоции были?
– Были, с лихвой, – согласилась Вера, вспоминая панику, злость, волнение, страх и горячую страсть напоследок.