«Ого, целых семь хранителей высшего уровня в одной комнатке! – поразилась Вера и на всякий случай тоже поклонилась. – Вот это концентрация интеллекта! Ух, какие страшненькие, прям посмотреть приятно! Ой, а ведь в этой фразе нет логической ошибки – мне в самом деле приятно видеть их умные лица! Как настороженно они на меня уставились, только Квазик сильно сморщился, демонстративно отвернулся и молча занялся защитой Тана».
– Здравствуйте, Вера, – проявил вежливость один из незнакомых демонов высокого уровня. – Значит, вы согласились стать ильмирой и консумировали договор с Таном, раз пришли участвовать в гонках?
Ах, вот как восприняли ее появление в этом штабе!
– Нет, не соглашалась и жду суда, а пришла посмотреть на гонки и поболеть за друзей, – возразила Вера и шагнула к Квазику, который с несколько просветлевшим лицом изучал бледную, едва заметную печать Тана. – Ты защитные заклинания на племянника наложил? – с заметной усмешкой спросила Вера у своего «Отелло». Есть и польза от этих печатей – не надо кучу доказательств своей верности приводить, всё и так по запястью видно.
– Да, – глухо отозвался демон, – его заезд скоро, до суда еще успеете…
– …тебя образумить, – строго оборвала Вера. – Тан, регистрируйся и к друзьям иди, я сама Амирелоноделисталиэлю о нападении кадавра расскажу.
Вера решила, что не стоит звать домашним прозвищем своего ненаглядного перед коллегами – могут превратно истолковать, у них же длинное имя главы – это гордость всего рода.
– О нападении кадавра? Где, когда? За последние часы таких сообщений из миров нашего сектора не было, – нахмурились все хранители.
– Опять напали на тебя? – вскинул голову Квазик, встревожено окутав Веру зелеными лучами. – Когда? Почему моя сигналка не сработала?!
– Тогда, когда мы с Таном в трансгрессионном туннеле были, еле отбились от этой твари, а не то так и влетели бы в гостиную с кадавром на хвосте и тебе не пришлось бы спрашивать, зачем мы столько энергии в простой туннель вложили, – с вновь проснувшейся обидой известила Вера. – А твое заклинание не сработало, потому что добраться до меня кадавр не успел, так, наверное.
Вопросы посыпались, как из рога изобилия, из уст всех семи хранителей. Веру тормошили, ощупывали и расспрашивали, потом (спросив разрешения, конечно) визуализировали ее воспоминания с конца вояжа на Землю, с момента отлета демониц. Пронаблюдали бросок бронированной змеюки и просмотрели стереозапись всего случившегося вплоть до приземления Веры с Таном на пол гостиной. (Ага, не только Мими умеет такую штуку с воспоминаниями проворачивать, отличие было только в точке обзора: воспоминания Веры воспроизвелись так, как она сама видела, а не со всех сторон, как было у Мими.) Выяснили, что лишний «боец» в группе захвата появился в самом конце, и неясно, откуда именно.
– А каким образом вам удалось так усилить последний удар Тана? – хором поинтересовались шесть хранителей, а Квазик молча впился в Веру взглядом. – Вливание энергии было спонтанным или осознанным? Вы извините нашу навязчивость, но это новое, уникальное явление, которое требует подробнейшего изучения!
– Почему новое? Все в один голос говорят, что это обычная душевная энергия, хорошо всем знакомая, – пожала плечами Вера. – Просто я почему-то могу передавать ее хранителям.
– Вера, чтобы передать душевную энергию, необходимо испытывать душевную же привязанность к объекту передачи энергии, это всем известно и давно доказано! – как маленькой, растолковали научную проблему хранители. Квазик молчал. – А к бездушным демонам никто не привязывается сердцем, не испытывает к ним достаточно сильных чувств, понимаете? Совершенно непостижимо, каким образом произошла передача энергии, да еще и в таком количестве!
– Никакой тайны за семью печатями в этом нет, – с легким раздражением отмахнулась Вера. Квазик так и будет молчать?! – Не ведаю, с чего вы взяли, что нельзя испытывать к вашей расе душевную привязанность, если я совершенно точно ее испытываю, к Тану – в том числе.
– Удивительнейший экземпляр низшей человечки, – сообщили друг другу хранители миров и снова развернулись к Вере: – Но если вы испытываете душевную привязанность к Тану, то почему разорвали договор?!
Нет, ну честное слово – словно дети малые, что хранительницы (у тех хоть оправдание для впадения в детство было – легкое опьянение), что хранители.
– Привязанность бывает разная! К Тану у меня дружеское расположение, а договор продления рода подразумевает наличие несколько иных чувств, – развела руками Вера. – Собственно говоря, этот договор предполагает полное отсутствие каких бы то ни было нормальных чувств. Кто додумался естественную привязанность к своим детям в матерях убивать?! Я никогда на такое вмешательство не соглашусь и своих детей сама растить буду! Одного ребенка воспитала и других воспитаю не хуже.
– МЫ воспитаем, – весомо поправил Квазик, вставая за ее спиной и обвивая руками и хвостом. – НАШИХ детей!
Надо было видеть лица остальных хранителей при этом показательном выступлении Квазика! Уж лучше бы и дальше молчал, право слово. Ошеломление друзей Тана при новости, что Вера собралась жить с хранителем уровня эль, не шло ни в какое сравнение с той бурей скепсиса и смятения, что отразилась на взрослых полосатых лицах. Юные умы легче воспринимают новое, в них проще пускают корни революционные идеи, а личностям с давно сформировавшимся мировоззрением трудно переосмыслить основы основ своей жизненной философии.
– Не боишься пройти по тернистому пути Старейшего, Амирелоноделисталиэль? – обратился к Квазику один из хранителей. – В твоем случае боль от предательства будет куда горше!
– Не боюсь, – крепче прижав к себе Веру, ответил на непонятное предостережение ее мужчина. – Мне поздно бояться, обратного пути для меня уже нет.
– Ты о чем? – шепнула Вера, разворачиваясь к демону, в короткий срок ставшему для нее близким и родным.
– О том, что человек не может искренне и на всю жизнь привязаться к хранителю. О том, что рано или поздно он откажется от своей привязанности в угоду высшим целям или настоящей любви. О том, что хранителю крайне сложно будет пережить эту потерю. О том, что я уже сейчас ее не переживу.
– Тебе и не придется ее переживать! – горячо заверила Вера. Квазик усмехнулся, а его черные глаза остались грустными и безнадежными. Ну, нет, она его уверит в своей верности и сделает это прямо сейчас!
Обхватив рогатую голову, Вера смело притянула ее к своему лицу и жарко поцеловала, и без разницы, что за ними наблюдают заинтересованные свидетели. Квазику не хватило силы воли, чтобы противостоять пламенному напору, и он ответил со всем пылом страсти, разогретой недавней жгучей ревностью и страхом скорой потери. Упоительный поцелуй подернул дымкой женское сознание, унес его в страну грез и не обещал вернуть обратно. И если бы не треск разряда над головой, землянка так и не увидела бы черные гонки…
Подскочив на месте от рычания любимого демона, Вера рискнула высунуть любопытный нос из-под прикрывающих ее широких мускулистых рук. Оглушительный треск, потихоньку сходящий на нет, издавала подвешенная над их головами прозрачная дугообразная трубка, соединенная белыми светящимися нитями с каким-то громоздким прибором, которого раньше тут не наблюдалось. Не наблюдалось ранее и множества других приспособлений и агрегатов, что теперь занимали все пространство комнатки и демонстрировали на своих экранах и экранчиках зигзагообразные линии, пики и диаграммы. Высунув нос чуть дальше, Вера испугалась маниакального выражения увлеченных исследователей на лицах шестерых хранителей миров, которые обступили их парочку, потрясая тонкими планшетами, черными приборчиками с поблескивающими стереокамерами и снопами разноцветных лучей в руках.
Оказывается, Вера всю жизнь боялась не тех: бандиты, воры и убийцы – это ерунда, ученые – вот настоящий ночной кошмар! Не верите? Вам просто очень повезло ни разу не оказаться в роли любопытнейшего экземпляра…
– Вы почему остановились?! – дружно и гневно завопили хранители, смотря на их парочку, как на врагов всей мировой науки. – Продолжайте сию же секунду! Так, давайте сперва медленно и непрерывно, в режиме пассивации, а после команды пойдете по нарастающей. Такой эффект! Коэффициенты нелинейных преобразований зашкаливают, треки элементарных частиц выходят за пределы невырожденного пространства…
Один миг – и взбудораженные ученые со своими приборами исчезли, а вместо них перед Верой возникла комната, показавшаяся знакомой. Ах, тут когда-то прихорашивался Квазик перед важной встречей, и хвост в штаны прятал!
Глава 14. Концепция семейной жизни
– И где это мы? – насупилась Вера, окидывая неприязненным взглядом небольшое помещение, в котором кроме отделенного знакомой полосой душа, большой кровати и зеркала больше ничего не было, причем дверей и окон не было тоже.
– В виртуальном пространстве, вроде того, в котором ты побывала в мире Таисхали. Тут не очень удобно жить на постоянной основе, а ты и вовсе в одиночестве жить бы здесь не смогла, но иногда сподручней отдохнуть в этом месте, чем лететь домой. Переход в виртуальность не требует временных затрат, в отличие от линейной трансгрессии в реальном пространстве. Извини нетактичное поведение моих коллег. Боррелоноделисталиэль курирует большинство экспериментальных исследований, проводящихся Элеором, и он никак не мог пройти мимо такого феномена, как ты. Честно говоря, на их месте я бы тоже с приборами на нас накинулся.
– Ничуть в этом не сомневаюсь, – посмеялась Вера над таким признанием сконфуженного демона. – Слушай, Квазик, предупреждаю сразу: если увижу в этом гнездышке хоть одно крыло – на помилование не рассчитывай!
– Какое крыло? – недоуменно спросил хранитель.
– Сильфидное!
Недоумение на полосатом лице усилилось, но хранители уровня эль не зря славились своим умом: в черных длинных глазах промелькнуло понимание, а потом откровенное довольство.