и не был?
Муж Люды был мужчиной приземленным, толкованием сновидений не увлекался, он в третий раз зевнул и сказал:
– А что тут думать? В аду гастрономическими пристрастиями своих постояльцев точно не интересуются, так что демона не было. Ложись спать.
Не успела Люда лечь, а Вера – оторваться от шара, как в спальне дочери зазвонил мобильный. В один миг с Игоря слетела вся сонливость, он рявкнул в телефон:
– Здравия желаю, товарищ полковник! Капитан Богорадский слушает!
– Доброй ночи, капитан, – донесся из телефона рокочущий бас, – я по личному вопросу тебя разбудил: мой давний товарищ, майор Соболев, служит в спецподразделении полиции. Так вот: они вчера вернулись из тайги, где поселение сатанистов зачищали, и он утверждает, что видел там твою тещу, что в розыск объявлена.
– Мама!!! – завопила Люда и выхватила мобильный из рук мужа. – Она жива?!!
– Еще как жива, но это не телефонный разговор. Майор завтра утром улетает в Санкт-Петербург, так что если хотите с ним пообщаться – приглашайте в гости прямо сейчас. Чудные вещи он про вашу матушку рассказывает, девушка! Если бы не верил ему, как самому себе, не сидел бы с ним когда-то под чеченскими пулями – ни за что бы не поверил. И у него есть свидетели: все ребята из его группы, а среди них тоже лгунов нет. В официальный доклад эта информация никогда не попадет, так что очень советую лично поговорить с Соболевым.
– Да-да, пожалуйста, пусть приезжает! Мы ждем! – взволнованно прокричала Люда.
– Я дам ему ваш адрес и вызову такси. Скоро будет.
Мобильный телефон замолк, Люда бросилась одеваться, Игорь почесал в затылке и тоже стал вставать.
Вера поежилась и сжала до малых размеров синий шар. Ей совершенно не хотелось слушать рассказ майора! У нее других дел полно!
Глава 21. Давняя ошибка демона
– Хочешь родных навестить? – настороженно спросил Квазик.
Он пытливо всматривался в ее лицо, откровенно пытаясь понять по его выражению, в каком настроении сейчас Вера.
– Нет, пока точно не хочу, – отказалась от предложения нерадивая мать перепуганной дочери. – Ты сообщи Тану, что я жива, пусть не переживают зря.
– Давно сообщил.
В рассеянной задумчивости Вера взялась прибираться на кухне, вообразила изящную вазочку под оставшиеся апельсины и только развернувшись к столу заметила, что на нем уже ничего нет.
– О, ты все дематериализовал? И апельсины? – пожалела Вера настоящие ароматные фрукты, принесенные с Земли вместе с шампанским и конфетами.
– Я убрал их в холодильник.
– Зачем апельсины в холодильнике хранить? – удивилась Вера.
– Затем, что в космосе они замерзнут намертво, а из пространственного кармана ты не сможешь их самостоятельно достать.
– Обстоятельный ты мой, все продумал, – покачала головой Вера и переложила апельсины в вазочку на столе. – Пусть тут стоят – испортиться не успеют и теплыми будут. Какие твои дальнейшие планы на сегодня?
– Планы НАШИ! Мы отправляемся в Элеор – надо закрыть вопрос с их псевдо-гонцами и псевдо-посланиями.
– Согласна, но мне нужно буквально пять минут на одно дело. – В ответ на вопросительный взгляд Вера неохотно пояснила: – С Мими поговорить хочу. На суде я повела себя излишне нервно и самонадеянно, мне стоило бы прояснить этот момент сразу… памятуя о том количестве ошибок, что я совершила раньше, пытаясь жить в междумирье с оглядкой на земной опыт.
Проигнорировав вопросительное выражение на лице своего любимого демона, Вера вышла на порог, пересекла выращенную ею ромашковую полянку и смело вступила в серые мерцающие клубы тумана. Квазик шагал рядом, крепко обвив ее хвостом за талию.
Сразу за гранью стабилизированного мирка нахлынула дезориентирующая невесомость, но стоило пожелать – и под ногами сформировалась устойчивая поверхность, верх снова стал верхом, а низ – низом. Изначальная материя, не тронутая еще потугами творцов, окружила человека и хранителя миров бесформенным свинцовым киселем и гулкой тишиной. Вера прокашлялась, но туман безответно поглотил эти звуки, никак не отреагировав на явление гостей. Говорить в пустоту было бы слишком странно…
– Мими! – позвала Вера.
Откликнется или нет?
От общей колышущейся массы отделился более плотный серый шарик и замигал золотистыми глазками. Облегченно выдохнув, Вера протянула руку. Мими села на ладонь, но смотрела укоризненно.
– Печать сменила цвет, – сообщила Вера, не зная, как начать разговор.
«Да», – ответила Мими. Можно было поклясться, что ее мигание было насмешливым.
– Ах, да, это тебе и так известно, исполнение договора ты и отслеживаешь! У Тана печать пропала – получается, договор теперь двухсторонний, между мной и Квазиком.
«Да». Этот ответ сопровождался закатыванием золотистых глазок на макушку, словно Мими сочла вопрос совершенно риторическим.
– Я – ильмира Квазика? – Наученная горьким опытом, землянка была полна решимости задавать простые, конкретные вопросы, не допускающие обтекаемых многозначных ответов, которые можно превратно истолковать.
Мими комично изобразила пожатие пушинками.
– Не совсем, – высказался демон. – Договор хранителя миров с ильмирой заключается только раз в жизни, и мой был почти две сотни лет назад. Сейчас на наших руках печать не такая, на ней совершенно уникальное плетение.
– Это ладно, вопрос в другом – Мими, зачем ты изначально включила в договор Тана?! – воскликнула Вера.
Пушистик нахохлился, гневно посверкал глазками на Квазика, крутнулся на ладони и потрещал пушинками, высказывая свое неодобрение. Видя, что ее не понимают, Мими, наконец, изволила открыть ротик.
– Не я. Амирелоноделисталиэль.
– ЧТО??!!!
Вера живо развернулась к своему демону за разъяснениями. Тот выглядел ошеломленным. Потерев рога, Квазик сказал:
– Я призывал ильмиру для Тана, при заключении соглашения ты видела Тана и согласилась на договор с ним. Ты прилетела уже с печатью, подтверждающей твое согласие стать его ильмирой! Его, а не моей! Меня ты тогда и в глаза еще не видела! Увидев печать согласия, я просто доплел нить договора!
Глазки Мими снова укатились на макушку, а Вера стала в очередной раз перетряхивать воспоминания о своем первом прибытии в междумирье и знакомстве с Квазиком. Боженьки, знать бы заранее, что тогда каждый миг, каждое слово имели ключевое значение для ее судьбы! Что-то было неправильно в последних словах ее демона, но что?!
Прижав свободную от Мими руку к своей многострадальной голове, Вера силилась вспомнить все. Квазик хотел что-то еще сказать, но она на него зашипела и замахала рукой.
Вот оно – несоответствие слов и реальности! Нашла!
– Я прилетела без печати! – выпалила Вера. – Она появилась после того, как я увидела тебя! Увидела и примирилась с мыслью, что второй стороной договора будешь ты.
Квазик застыл на месте. Потом заорал:
– Почему сразу не сказала?!
Боже, и мужчины еще смеются над женской логикой! Их-то логика где?!
– Ты шутишь?! Ты не спрашивал! Откуда я знала, когда эта печать появиться должна и какое значение имеет момент ее появления?! Я тогда перепугана до смерти была! Потом присмотрелась к тебе, решила, что ничего – к внешности привыкнуть можно, тут-то печать и появилась.
Левый глаз демона нервно дернулся.
– Так это и был момент твоего согласия – согласия на договор со мной! – прорычал Квазик. – Но мне в голову не могло прийти, что ты МЕНЯ в качестве ильмира рассматривать можешь!
– Да я тебе на следующий же день после знакомства с Таном внятно сказала, что с самого начала считала ильмиром тебя! Это давным-давно уже было!
Отношения выясняли пылко и долго, а Мими висела рядом и насмешливо трещала пушинками. В результате долгих разбирательств Вера сделала верный вывод:
– Это ты все запутал! Мими прекрасно понимала, что нормальной ильмиры для юного хранителя из меня не выйдет, потому и предназначила меня тебе, а ты все с ног на голову перевернул. Тоже мне, хранитель уровня эль! Договор с самого начала был заключен с тобой! Мог бы и сообразить, когда после отказа не посещать сильфид твоя печать почернела!
В пух и прах отруганный Квазик в последний раз тихонько пробурчал, что если бы он знал, когда эта самая печать возникла, то конечно бы сразу же все понял. Вера (тоже в последний раз) гневно фыркнула и снова развернулась к пушистой подружке:
– Ты могла бы все-таки снять почерневшую печать, ты же понимала, что я не в курсе, какой именно договор разрываю! Я не знала, что отказываюсь от договора с Квазиком!
Мими вновь открыла свой устрашающий ротик:
– Зачем снимать? Чтобы вы следующие десять лет вокруг да около ходили и друг в друге сомневались? Так быстрее все сложилось.
М-да, трудно спорить с разумной вечной материей.
Вера взглянула на серый шарик, гордо раздувший пушистые бока и невероятно довольный своей предприимчивостью и дальновидностью. Подкатил смех. Нет, ну не может она воспринимать свою Мими, как грозную и ужасную праматерь всех миров! Особенно теперь, когда стало ясно, что подружка и не думала ее предавать, а лишь в очередной раз «ненавязчиво подтолкнула в верном направлении», как с теми молниями на Земле. Может, низший разум землянки не способен объять все безмерное величие этого забавного пушистика, может, к Вере у Мими особое отношение, но воспринимать ее как нечто всесильное и высокоинтеллектуальное не получалось. Разум твердил Вере одно, но сердце упорно видело одинокую малышку, нуждающуюся в ласковом слове и тарелке блинов на завтрак. Или на ужин…
– Вечером блины жарить буду: большие, тоненькие, с сахарком. Заглянешь? – с показной небрежностью спросила Вера. Вдруг, Мими, как в суде, раздуется в важную даму и перестанет с ней общаться, раз своего уже добилась и все неясные моменты прояснила?
Чпок! – отпружинила от ее ладони Мими, радостно мигая глазками. Чпок!