...
Марта посмотрела на обречённо склонённую голову Луизы и отрезала:
— Я ничего не буду делать для Анжелы, Луиза. Запомни это раз и навсегда!
Марта поднялась к себе и задумалась над собственным поведением. Поразительно, но ей даже не пришло в голову позвонить Сезару и рассказать об обыске. Его наверняка нет в офисе. Обедает где-нибудь с Лейлой. Да и что она ему скажет? Они так отдалились друг от друга, что даже беда не сблизила их.
К вечеру она и сыновья собрались в гостиной. Дети остались ночевать у Селести, к которой относились как к матери. Да она и была им замечательной матерью: ласковой, тёплой, заботливой. Их отсутствие невольно обрадовало Марту: ей хотелось тишины и покоя. Покоя!
Энрики присел рядом, обнял, прижал к плечу и ласково спросил:
— Тяжёлый выдался денёк? — Он налил себе в стакан немного виски. — В офисе также был обыск. И тоже ничего не нашли!
Александр подсел к ним:
— Я был сегодня у комиссара, судя по всему, заявление Клементину рассматриваться не будет — никаких доказательств причастности отца к взрывам, кроме записной книжки Клементину, нет. Более того, усилились подозрения против самого Клементину... — Он замолчал, задумавшись. — Здесь всё равно что-то не так. Я же сам видел в столе у отца эту книжку, видел схемы. Если её подложили, то кто? Анжелы ведь нет!
— Анжелы нет... — Теперь пришла очередь задуматься Энрики. — Сегодня ко мне подходила Одети и интересовалась, навещал ли я Анжелу.
— А у меня Луиза просила денег на адвоката. — Марта встала и прошлась по комнате. — Энрики, неужели у Анжелы нет денег на адвоката? Я не верю!
— Деньги у Анжелы были всегда. Вопрос в том, куда они подевались. — Энрики повернулся к брату. — Александр, а можем ли мы на законных основаниях покопаться в банковских счетах Анжелы?
— Лучше не пытайся. Банки строго хранят тайну вкладов. У нас могут быть крупные неприятности.
Марта посмотрела на часы. Было за полночь. Энрики взял её за руку, помог подняться.
— Ужин у отца затянулся? — Энрики участливо улыбнулся. — Ты из-за этого переживаешь?
— Я переживаю из-за всего. Из-за отца, из-за Бруну, из-за Клементину. Я даже переживаю из-за денег Анжелы.
Марта не спала и слышала, как появился Сезар. Часы показывали половину третьего ночи. Она слышала его крадущиеся шаги, шелест одежды. Он лёг, и до неё донёсся лёгкий запах незнакомых духов.
Идея проверить счета Анжелы всё больше и больше привлекала Энрики. Селести, которой он, конечно же, рассказал о денежных проблемах Анжелы, его поддержала.
— Я думаю, что можно обойтись и без банковских счетов. У неё же должны сохраниться банковские выписки. Анжела вряд ли их выбрасывала.
В очередной раз Энрики поразился простоте и логичности предлагаемого Селести решения.
— Не думаю, чтобы она держала их в кабинете.
Селести хлопнула в ладоши:
— Знаю! Они наверняка в тех ящиках, которые я отвезла из её квартиры в хранилище. Ты ещё не знаешь последней новости! Я, кажется, уговорила дону Марту сдать квартиру Анжелы Леде. На днях Леда должна переехать в свою новую, — Селести заколебалась, — или в свою старую квартиру. А вещи Анжелы я проверю сегодня же.
Энрики всё больше и больше гордился своей невестой. Потрясающая любовница, прекрасная мать, добрая подруга. Умна, выдержанна, спокойна. Он невольно позавидовал сам себе.
Селести вернулась нерадостная — выписок в вещах Анжелы не оказалось.
— Буду искать в кабинете или на тех дискетах, что хранятся в коробке под столом Одети.
Энрики отослал Одети получать новые компьютеры, её помощницу Веру отпустил пораньше. Селести отправила домой и его:
— Ты мне всё равно не поможешь. Жди меня дома.
...Удача улыбнулась Селести, и поздно вечером они сидели с Энрики, склонившись над компьютерными распечатками.
Огромные суммы, которые время от времени снимала со счетов Анжела, привели их в изумление: сто пятьдесят, триста, ещё раз сто пятьдесят тысяч долларов.
— Да у неё было целое состояние! — Энрики не мог удержаться от возгласа.
— А ты, случайно, не помнишь, когда взорвали Центр?
— Отлично помню, 15 июля. А почему тебя это интересует?
— Потому что в этот день Анжела сняла со счёта два миллиона долларов...
Наутро они сделали заявление в полицию и поехали в контору к Александру. Энрики горел желанием запросить банк о том счёте, на который Анжела переводила деньги. Этим счётом, несомненно, владел тот, кто взорвал Центр. Александр отмахнулся от брата: если нет постановления суда, то браться за это не имеет смысла. Александр увлечённо рассматривал столбцы цифр, пока не воскликнул:
— Перевод денег пятнадцатого июля — это полдела! Смотрите дальше. Она всё тратит и тратит крупные суммы денег. Регулярно с момента взрыва она снимает со счёта деньги. — Он обвёл взглядом Селести и Энрики.
— Я думаю, её шантажировали, — предположил Энрики.
— Я тоже так думаю, ещё я думаю, что Анжела ненавидит этих людей и у неё есть желание поквитаться с ними. Мне кажется, единственный способ узнать правду — съездить к Анжеле и поговорить с ней. — Александр поднял глаза на брата.
— Встречаться с ней лицом к лицу? — В голосе Энрики сквозило сомнение. — Мы ведь с Селести помогли арестовать её, и она ни за что не доверится мне.
— Если она поверит, что ты хочешь ей помочь, возможно, она и откроется тебе. Как я понимаю, ей сейчас помощь нужна. — Александр свернул распечатки. — Я считаю, ты должен навестить её. Это шанс, и его нельзя упускать.
— Только не ты и только не к Анжеле, — взмолилась Селести. — Это же не женщина, это — дьявол!
Энрики успокоил её: конечно, он не помчится к ней сломя голову. Но и он, и Александр, и Селести отлично понимали, что другого выхода у них нет.
Энрики приехал в тюрьму несколькими днями позже. Он долго ждал, прежде чем в комнату для свиданий ввели Анжелу. Сердце Энрики дрогнуло: исхудавшая, с кровоподтёками на лице, в грязной одежде.
Она не хотела, чтобы он видел её такую, вырывалась, закрывала лицо руками, требовала увести её. Но его тихий голос и фраза: «Я хочу помочь тебе» сломили её. Анжела кинулась к нему на шею и зарыдала:
— Энрики! Вытащи меня отсюда! Ради Бога. Я больше не могу!
Сердце Энрики разрывалось от жалости к ней, и он с трудом заговорил о деле. Анжела сразу насторожилась, глаза её блеснули зловещим огоньком.
— Ты пришёл сюда не ради меня! Решил воспользоваться моим отчаянием, чтобы поторговаться. Я тебе — имя шантажиста, ты мне — адвоката?
— Анжела, я пришёл помочь тебе. Но и мне нужна твоя помощь.
Она поднялась и застучала в дверь, и стучала, не оборачиваясь, до тех пор, пока надзирательница не увела её.
Энрики вернулся домой в подавленном настроении, перед глазами стояла несчастная Анжела с разбитыми губами. Но Селести, с которой он тут же поделился впечатлениями, осталась безучастной и только в сотый раз попросила больше не ездить к Анжеле.
— Но она на грани срыва! Ей очень плохо...
— Ничего, она найдёт способ и там устроиться...
Они почти что поссорились, но тут Селести бросилась ему на шею:
— Ты только раз поговорил с ней, а мы уже ссоримся. Она дурная, подлая женщина. Пообещай мне...
Энрики крепко обнял её:
— Забудь об Анжеле. Всё забудь. Есть только ты и я!
Вечером в гостиной он подробно рассказал матери и Александру о поездке в тюрьму. У Александра тоже были новости: он советовался с Лусией, показывал ей распечатки.
— У неё есть другая версия, которая заслуживает внимания. Лусия считает, что Анжела платила, чтобы кто-то продолжал закладывать взрывчатку. Только одно непонятно: зачем ей это нужно? Ни я, ни Лусия не можем дать приемлемого объяснения.
— Здесь, несомненно, есть какая-то тайна, — задумчиво проговорила Марта.
Никто из них не заметил появившуюся Сандру. Она застыла в дверях и внимательно прислушивалась к их словам.
— Ты опять виделся со своей поганкой?
Александр вскочил и резко оборвал Сандру:
— Замолчи! У нас серьёзная проблема.
— У вас, сеньор адвокат, личная проблема!
Энрики впервые видел своего брата таким взбешённым. Александр смотрел на жену ненавидящими глазами:
— Я думал, что ты изменилась, а ты всё такая же... Только о себе и думаешь. Я не позволю тебе оскорблять Лусию. Если ты не можешь сдерживать себя — собирай вещи и проваливай к Бруну.
Их скандал затих с появлением Сезара. Он попросил сыновей зайти к нему в кабинет.
— Только что Акину обнаружил в распределительном щите взрывчатку.
Сандра крепко обиделась на мужа, но злость на Лусию была сильнее и требовала выхода. На следующий день она заявилась в контору и устроила скандал Лусии. На её голос примчался Александр и силой вывел Сандру из кабинета Лусии. Он пытался по-хорошему убедить её, что его роман с Лусией закончился, Сандра упорно продолжала оскорблять Лусию, вырываться из его рук и грозить в сторону кабинета Лусии.
— Или ты прекратишь скандал, или переедешь к Бруну. Я — адвокат и не позволю тебе портить мою репутацию!
Сандра хлопнула дверью и, воспользовавшись советом мужа, направилась к Бруну. Там она в сердцах плюхнулась на диван и изложила другу свою просьбу: найти кого-нибудь, кто убьёт «эту поганку». Бруну онемел, он слишком хорошо знал свою подопечную, знал её способность приводить в исполнение все свои самые невероятные планы. Ему стало страшно: в глазах мило¬видной хрупкой девушки мелькнул отсвет безумного пламени, сжиравшего её. Он оставил Сандру у себя на ночь, попытался успокоить её.
Сандра понемногу приходила в себя и за чаем веселила Бруну рассказами о своей подружке Бине.
Бина собиралась замуж. В ближайшую субботу у неё с Эдмунду и у Жаманты с Лузенейди свадьбы. Я буду подружкой невесты.
Сандра вспомнила свою свадьбу, где подружкой была Бина, вспомнила каждое мгновение своей замужней жизни. И снова ненависть к «поганке Лусии» захлестнула её. Пусть Бруну изображает из себя святого, непонимающего, Сандра сама найдёт кого надо...