ною справятся (что далеко не факт), остается его непогашенная условная судимость, которая после драки наверняка превратится в реальное лишение свободы. А я спокойно продолжал:
– Поэтому чего тебе за Кристи бегать и стремиться вернуть? Смирись да найди себе другую бабу, попроще. Мало их, что ли, вокруг? И слушай: до сих пор я тебе по-хорошему говорил. А вот по-плохому: я-то в Москву уеду. Но связь у нас с тетушкой Марго налажена, и если я вдруг узнаю, что ты хоть пальцем Кристинку тронул или даже словесно оскорбил – я тебе спуску не дам. Как ты видишь, связи у меня обширные, я тебя здесь, в Тальянове, из Москвы достану. Понял меня?
Я видел – по лицу, по глазам, – что ему страшно хочется накостылять этому москвичу (то есть мне), выпустить свою дурную энергию, поддаться стихии, выплеснуть адреналин. Но было ему в то же время ужасно боязно: похоже ведь, все, что говорит этот мужик (то есть я) – правда, а начнешь на него (меня) залупаться, и впрямь – последуют санкции.
– Давай, Артем. Счастливо тебе оставаться. И помни: я слежу за тобой.
Я развернулся и спокойно пошел обратно, в сторону домика тетушки Марго. Я ничуть не боялся поворачиваться к врагу спиной, потому что был уверен: он на меня сейчас не нападет. Да и никогда больше, пожалуй, не нападет.
Что еще могу я рассказать в рамках вышеизложенного дела?
По моему совету Маргарита Борисовна прямо на следующий день серьезно поговорила с Кристинкой и предложила, в обмен на пожизненный уход, завещать принадлежащий ей дом с участком. Девушка согласилась на это предложение, и даже с восторгом.
Еще через день я уехал обратно в Москву.
С тех пор прошло три месяца.
Кристина из своей мазанки переехала в дом тети Марго, и, насколько могу я судить по скайповым и вотсаповским переговорам, живут они душа в душу. Я не обольщаюсь, характеры у обеих сложные, и наверняка еще последуют меж ними непонятки и разборки. Но начало положено, и пока Маргарита Борисовна своей юной компаньонкой нахвалиться не может: заботливая, аккуратная, исполнительная.
С Кристиной я тоже недавно разговаривал. Спрашивал, не возникал ли на горизонте ее былой любовник, ревнивец Артем. Оказалось – нет, и даже, говорят, видели его в поселке с какой-то другой бабой. А к Кристине он ревновать и цепляться перестал.
Что ж, неплохой итог моего недолгого курортного пребывания в Тальянове! Если не считать, конечно, поколотых для тети Марго дров и починенного смесителя.
Дарья КалининаСемейный отель
Легкий ветерок пронесся по саду, лишь слегка пошевелив листву деревьев, но так и не принеся желанной прохлады отдыхающим людям. Под раскидистой кроной абрикоса был расстелен большой ковер, на котором в тенечке на послеобеденный отдых устроились две супружеские пары. Как же хорошо! Сквозь ветки абрикоса, сплошь усыпанные созревающими золотистыми плодами, виднелось ослепительно-синее небо. Оно было таким ярким, что долго смотреть на него было невозможно, начинали слезиться глаза.
– До чего жарко сегодня! – произнесла одна из молодых женщин. – Утром сходила на море, пока вернулась, уже снова была вся потная. По три раза в день душ приходится принимать.
Была она небольшого росточка, с хорошеньким круглым личиком и ясными карими глазами. Свои длинные каштановые волосы она разложила на солнце, чтобы просохли после душа получше.
– В комнатах просто невозможно находиться.
– Рая, говори уж прямо, – пробормотала другая женщина. – Скажи своему брату, что нужно, наконец, установить в комнатах кондиционеры. Сколько можно это еще обсуждать!
Она перевернулась на спину, и теперь можно было рассмотреть ее лицо. Оно было правильной формы, с большими серо-голубыми глазами, которые очень выигрышно смотрелись на ее покрытом загаром лице. Она была повыше ростом и постройней, но при этом двигалась плавно и неторопливо.
– Сама разговаривай со своим мужем, – отказалась Рая. – А я не могу!
– Он же твой брат.
– И что? Он меня не слушает.
– Будто бы меня он слушает. Слышишь, Вовик?
И она ласково потрепала темные волосы своего мужа. В ответ Вова приоткрыл один глаз, но так, слегка, чтобы убедиться, что вокруг ничего не изменилось.
– Мы с твоей сестрой интересуемся: ты кого-нибудь из нас когда-нибудь вообще слушаешь?
Но муж не отреагировал. Он сорвал с дерева спелый абрикос. И его все устраивало.
– Кондиционеры – это вредно для здоровья, – вмешался в разговор другой мужчина.
Звали его Вадим, он приходился Рае мужем.
– Они сушат воздух, от них всякие болячки.
– По-твоему, так лучше в жаре париться!
– Если вам с Аллой так уж нужно охладиться, сходите на кухню или на ресепшен. Там кондиционеры есть.
– При чем тут мы? Гости жалуются, что им в номерах душно.
– Они на море приехали, чтобы в номерах лежать или все-таки на море купаться?
– На море, конечно.
– Вот пусть идут на пляж и плещутся там в прохладной водичке. И возвращаются к нам вечером, когда и так уже не жарко.
– Нет, ты это слышала? – повернулась Рая. – Эти лентяи всех клиентов нам распугают!
Но вместо Аллы ответил Вадим.
– Так уж и всех! – хмыкнул он. – На весь сезон все номера забронированы!
– Вот и не все!
– Ну, один-два остались пустовать. Так что с того?
– А были бы в них кондиционеры, – стояла на своем Рая, – и в них бы люди жили. Ты вот на телефоне не сидишь, а я знаю – первое, что люди спрашивают, далеко ли до моря и есть ли в номерах кондиционер. Если кондиционера нету, многие прощаются.
– Зато до моря у нас три шага.
– Купим кондиционеры, установим хотя бы в нескольких номерах. Уже толк будет. Вова, ты как?
– Купите, – сонно согласился Вова, переворачиваясь набок и сладко зажмуриваясь. – Установите. А я, пока вы там работаете, тут вздремну.
Рая встала, заявив, что с нее хватит. Она пошла выбирать в интернете подходящие им кондиционеры и заказывать их доставку и установку. Следом за ней ушла в дом и Алла. Ей хотелось проконтролировать процесс. А Вова с Вадимом остались под деревьями. Женщины могут чесать языком, сколько им заблагорассудится, но в итоге работу придется исполнять мужчинам. Так что они считали себя вправе поднакопить немного сил. Установка кондиционеров дело не такое уж простое, а в жару и вовсе немыслимое.
Но если мужчины думали, что им удастся спокойно насладиться спелыми абрикосами, а потом подремать, то они здорово ошибались. Даже маленькое предприятие требует постоянного хозяйского глаза. А их семейный мини-отель за последние годы сильно разросся вширь. Оброс пристройками, в которых располагались номера для отдыхающих. И даже в глубине сада стояли два хорошеньких новых домика, в каждом из которых могли остановиться от четырех до восьми человек.
Сейчас курортный сезон был в разгаре, и отель оказался переполнен. Те два номера, которые пустовали, постояльцам, честно сказать, и не предлагались. В одном зимой протекла крыша, и там требовался ремонт. А в другом стоял бильярд. В планах Вовы было соорудить бильярдную, в которую этот бильярдный стол и должен был переместиться. Но так как комнату нужно было еще где-то соорудить, то бильярд уже второй месяц стоял в одном из номеров, чем сильно нервировал женскую часть семьи, неустанно подсчитывающую убытки от такого нерационального использования номера.
И вот в саду появилась грузная женская фигура. Вова поднял голову, узнав поступь своей мамули.
– Вова, я тебя предупреждала, чтобы ты ремонт начинал делать в гостевом номере? – громогласно возвестила она еще издали. – Предупреждала? Но ты его так и не сделал. Вот теперь пеняй на себя!
– Что это значит?
– Приехал гость. Ему позарез нужен номер. И я вселила его к твоему бильярду.
Вова вскочил на ноги. Всю сонливость как рукой сняло.
– Как это? – возмутился он. – Выгони его!
– И не подумаю! Он уже перевел нам деньги и вселился.
– Как ты могла? И куда мне девать теперь бильярд?
– Никуда. Будут жить вместе. Гость и твой бильярд.
– Он же испортит сукно! Поцарапает полировку!
– Можно подумать, клиенты твоей будущей бильярдной станут молиться на этот стол!
К этому времени пришел и отец.
– Не волнуйся. Ничего страшного не случилось, – попытался разрядить он обстановку. – Бильярд твой мы сдвинули к стенке. А постоялец одинокий, он сказал, что стол ему совершенно не мешает.
Но Вова все же решил сходить и посмотреть сам. Он прекрасно помнил, что бильярд занимал почти все пространство номера. И какой ненормальный согласился занять оставшиеся жалкие метры? Гостя в номере не было. А вещи… Вещей тоже не было. Сколько ни осматривал Вова, ни в шкафу, ни на столике не прибавилось ни единого предмета.
– Хм…
Конечно, многие приезжают летом налегке. Но все-таки какой-то минимальный набор личных вещей у них при себе имеется. У этого гостя не было ничего. Что же это за странный персонаж поселился у них? Какое-то нехорошее предчувствие царапнуло Вову за сердце. Но тут к нему пришла Алла, которой требовалась консультация по поводу кондиционеров. И Вова забыл про нового постояльца.
Он увидел его позднее, уже за ужином, когда все собрались в столовой. Тамара Анатольевна ловко раскладывала салаты по тарелкам, Рая сражалась с горячим. Алла была в кухне, она заканчивала припудривать десерт. Сегодня было ее коронное блюдо – булочки с заварным кремом, и к ним мороженое. В их отеле старались угостить постояльцев на славу. Наверное, это и еще плюс дружелюбная легкая обстановка располагали к тому, что почти все постояльцы возвращались к ним вновь и вновь. А те, кто думал остаться на недельку, не больше, задерживались у них по месяцу, а то и по два.
Этого постояльца Вова увидел сразу. И сердце его снова неприятно стукнуло. Зачем только мама согласилась поселить его? Будь на ее месте он, ноги бы этого типа у них не было. И Рая бы нашла предлог, чтобы отказать такому типу. Да и мама бы по своей воле не стала его принимать. Наверное, постоялец наткнулся на папу. Вот в чем все дело! Ну, а папу можно было уговорить на все, что угодно. Папа не умел отказывать людям. Поэтому близкие старались ограничить общение папы с новыми клиентами, но только не в этот раз.