Заметив, что по щеке Бланки катится большая слеза, Альфонсо умолк и огляделся: с появлением наследницы престола присутствующие отступили, образовав вокруг его ложа широкий полукруг. Возле короля оставались только Бланка, Филипп и Констанца Орсини — сегодняшняя королева, завтрашняя вдова. Эта последняя значила что-то лишь для Альфонсо, а в глазах всех прочих она уже была тенью прошлого. На свою беду, она не смогла родить ни одного ребенка, чтобы после смерти мужа называться королевой-матерью.
Из всех присутствовавших в опочивальне умирающего короля сидел только один человек — Бланка.
— Не надо плакать, сестра, — ласково сказал Альфонсо. — Тебе нельзя плакать. Королевы не плачут. — Он повысил голос и громко произнес: — Мои могущественные вельможи, гордость и украшение всего государства нашего, подойдите-ка ближе.
Вперед выступили собравшиеся здесь кастильские гранды. Они приблизились к королевскому ложу и встали так, что Филипп оказался как бы в их числе. А впрочем, он ведь тоже был грандом Кастилии — как граф Кантабрийский.
— Господа, — сказал король. — Перед вами принцесса Бланка, моя сестра и старшая дочь моего отца, которая, согласно обычаям наших предков и по законам, освященным церковью Христовой, станет вашей королевой в тот самый миг, когда я, по воле Божьей, перестану быть вашим королем… — Он немного помолчал, собираясь с остатками сил. — Господа! Мои могущественные вельможи! Недавно вы единодушно одобрили мое решение лишить преступного брата моего Фернандо его преступной жизни и завещать престол сестре моей Бланке и ее потомкам.
Вельможи утвердительно зашумели.
— А сейчас, — спросил король, — не сожалеете об этом?
— Нет, государь, — ответил за всех грандов старейшина, герцог де Самора. — Мы свято чтим законы и обычаи наших предков и полны готовности исполнить вашу королевскую волю.
— И вот перед вами я, умирающий, — продолжал Альфонсо. — И вот вам моя последняя воля: служите верой и правдой своей королеве, служите ей не за честь, а за совесть. Она еще слишком юна, так что помогайте ей править, и не только мечами своими, хоть и они у вас доблестные, но и мудростью и опытом своим. Будьте ей надежным оплотом во имя вящего могущества, дальнейшего процветания всего королевства нашего и роста благосостояния всех наших подданных. Поклянитесь мне в этом!
— Клянемся! — дружно произнесли вельможи.
Тогда король посмотрел на Филиппа.
— Вам, кузен, я не вправе приказывать быть моей сестре верным слугой. Так будьте же ей верным другом, как были вы другом мне, и будьте ее верным союзником… А еще я завещаю вам свою месть — то, что я хотел, но не успел сделать при своей жизни. Уничтожьте эту мерзость, которая спекулирует именем Спасителя, сея ненависть и вражду среди людей. Очистите землю от этой скверны — ордена иезуитов.
— Теперь это мой долг, — просто ответил Филипп.
Альфонсо XIII, король Кастилии и Леона, скончался в ночь на 17 ноября 1452 года во втором часу пополуночи. В мертвой тишине, воцарившейся в опочивальне после этого известия, первый камергер короля закрыл покойнику глаза и снял с его иссушенного болезнью пальца золотой перстень с печаткой, который, согласно преданиям, принадлежал еще вестготскому императору Теодориху. Затем он преклонил перед Бланкой колени и протянул ей перстень.
— Ваше величество…
Бланка приняла из рук камергера этот символ королевского достоинства и судорожно сжала его в ладони, едва сдерживая слезы. Перстень был слишком велик для ее тонких, изящных пальцев — так и ноша абсолютной власти казалась непосильной для этой юной и хрупкой с виду девушки, которая, как наивно полагал кое-кто из присутствующих, нуждалась в крепком мужском плече, чтобы надежно опереться на него.
Бланка, новая королева Кастилии и Леона, обвела туманным взглядом собравшихся и остановилась на Филиппе. Прежде она гнала прочь мысли о возможной смерти Альфонсо, до последнего мгновения она надеялась на чудо, но, когда неизбежное произошло, она вдруг поняла, чтó это для нее значит.
«Знаю, сейчас даже думать об этом негоже, — как будто говорил ее взгляд. — Знаю… И мне очень стыдно за свои мысли. И все же… Ведь теперь галльская корона не стоит между нами. Вместо нее я предлагаю тебе корону Кастилии — ничем не хуже, а может, и лучше галльской…»
Филипп виновато опустил глаза.
Лишь после того, как забальзамированное тело Альфонсо XIII перенесли в собор Санто-Кристо де ла Лус, чтобы народ мог попрощаться со своим королем, Бланке удалось встретиться с Филиппом наедине.
Они долго стояли молча, пристально глядя друг другу в глаза. Бланка была одета во все белое — цвет траура для королев, лицо ее было бледным, под стать траурным одеждам, и только на щеках еле заметно проступал слабый румянец.
— Итак, — наконец произнесла она. — Ты уже принял решение?
— Да, — понуро кивнул Филипп. — После похорон Альфонсо я еду в Рим и там женюсь на Анне Юлии.
— Но почему? Ты уже разлюбил меня?
Филипп опустился в кресло и тяжело вздохнул:
— Милая моя девочка! Пойми, когда речь идет о государственных интересах, о чувствах следует позабыть. Я люблю тебя, родная, очень люблю, но я не могу жениться на тебе. Прежде всего я государь, и лишь потом — человек. И как человек, я хочу быть с тобой, я так хочу любви, счастья, обыкновенного человеческого счастья, хочу, чтобы мы жили вместе, вместе воспитывали наших детей… К сожалению, обстоятельства оказались выше нас, и мы должны смириться с этим, достойно принять этот удар судьбы. Если бы ты знала, с каким трудом мне далось это решение, как велик был соблазн поступить по-человечески, а не по государственному…
Глаза Бланки потемнели:
— Ты врешь, Филипп! Просто ты разлюбил меня, я уже надоела тебе. И теперь тебе наплевать на нашего ребенка. — Она гневно топнула ножкой. — Какой же ты подлец!.. Милый!.. — Из груди ее вырвалось сдавленное рыдание.
Филипп встал с кресла и подошел к ней.
— Ну, нет, Бланка. Так не годится. Ведь ты королева, старшая дочь Кастилии. — Он обнял ее за плечи. — А я сын Галлии. И я не вправе допустить расчленение моей страны, что неминуемо произойдет, если Гасконь подпадет под влияние кастильской короны. Прованс и Савойя не замедлят присоединиться к Германскому Союзу — и тогда всему конец, галльская государственность будет подрублена на самом корню. Это тем более недопустимо сейчас, когда у меня есть уникальный шанс объединить Галлию, превратить ее из союза самостоятельных княжеств в мощное централизованное государство… Мало того, мне предоставлена возможность положить начало объединению всех галльских земель в Великую Галлию — и если я упущу эту возможность, мне не будет прощения. Современники станут презирать меня, а потомки назовут меня преступником и негодяем.
— А ты и есть негодяй! — в отчаянии воскликнула юная королева. — Жестокий, бессердечный негодяй!
— Бланка, Бланка! — почти простонал Филипп, лицо его исказила гримаса боли. — Не разрывай мне сердце, милая моя, любимая… И прости меня, родная…
Он опустился перед ней на колени и совершенно неожиданно для себя зарыдал — громко, безудержно, безутешно. Слезы обильно текли из его глаз, увлажняя снежно-белую ткань траурных одежд Бланки. Так горько и больно ему не было еще никогда, даже когда умерла Луиза, ибо только становясь взрослыми, мы начинаем в полной мере осознавать, какая это большая ценность — любовь, и что значит ее потеря.
А Бланка изо всех сил сдерживала слезы — королевы не плачут.
И спустя много-много лет, листая в памяти пожелтевшие от времени страницы прошлого, Филипп скажет, что именно тогда, в тот самый день закончилась его юность, и он сделал самый главный во всей своей жизни выбор. В тот день он окончательно и бесповоротно выбрал себе страну — всю Галлию, от Бретани и Нормандии до Пиренеев и Альп.
Приложение 1Действующие и упоминаемые лица(сведения даны по состоянию на начало 1452 года; более подробно о родственных связях см. генеалогические таблицы)
ГЛАВНЫЕ
Филипп Аквитанский (Филипп Красивый), граф Кантабрии и Андорры, первый принц Галлии; сын герцога Филиппа III Аквитанского и принцессы Изабеллы Галльской*,[17] племянник короля Галлии Робера III. 20 лет.
Бланка Кастильская, графиня Нарбоннская; дочь короля Кастилии Фернандо IV и Бланки Португальской*. 16 лет.
Маргарита Наваррская, дочь короля Александра X и Маргариты Кастильской*; наследная принцесса Наварры. 17 лет.
Эрнан де Шатофьер, граф Капсирский; сын Армана де Шатофьера* и Розмари дю Плесси де Шатофьер*; рыцарь ордена Храма Сионского. 20 лет.
ПРОЧИЕ
Август XII Юлий, король Италии (император Римский) с 1442 г.; женат на Изабелле Французской. Род. в 1419 г.
Август Инморте, гроссмейстер духовно-рыцарского ордена Сердца Иисусова (иезуитов-меченосцев); дата рождения неизвестна.
Адель де Монтальбан, дочь Сезара Колонны де Монтальбан* и Марии Иверо (сестры графа Клавдия II Иверо), двоюродная племянница графа Мигеля де Монтальбан. Род. в 1435 г.
Александр I, граф Бискайи; сын Рикарда Наваррского* и графини Жоанны Бискайской*, племянник короля Наварры Александра X. Род. в 1424 г.
Александр X Мудрый, король Наварры с 1440 г.; женат на Маргарите Кастильской*; отец Маргариты Наваррской. Род. в 1397 г.
Альфонсо Кастильский, граф Астурийский, наследный принц Кастилии; сын короля Фернандо IV и Бланки Португальской*; женат на Констанце Орсини. Род. в 1421 г.
Амелия Аквитанская*, графиня д’Альбре; сестра герцога Филиппа III Аквитанского, тетка Филиппа Красивого; замужем за графом Робером д’Альбре*. (1404–1439).
Амелия (Амелина) д’Альбре, дочь графа Робера д’Альбре* и Амелии Аквитанской*, двоюродная сестра Филиппа Красивого; замужем за Симоном де Бигор. Род. в 1431 г.