– Елена Сергеевна, – холодно уточнила Лена.
– Рад знакомству, – так же холодно отпасовал Шустов. – В общем, я попытался привести вашего мужа в чувство, но у меня ничего не получилось. А тут и «Скорая» подоспела. А я позвонил вам.
– А откуда у вас номер телефона Ланы? – прищурилась Осенева.
– Когда хочешь заключать серьезный контракт, – вежливо улыбнулся профессор, – обычно собираешь всю информацию о будущих партнерах.
– И даже номера мобильных членов их семьи?
– Нет, только самих партнеров. А Милана Мирославовна, смею напомнить, не только жена Кирилла Константиновича, но и член правления холдинга господина Красича. Я удовлетворил ваше любопытство?
– Пока да.
– Тогда позвольте откланяться. При всей моей симпатии к Кириллу Константиновичу я, к сожалению, больше ничем не могу ему помочь. А дел в Москве запланировано еще много. Я и так задержался…
– Да-да, конечно, – автоматически покивала Лана, уже почти забыв о присутствии Шустова – в голове пылало огнем только одно слово: «Кирилл!». – Спасибо вам.
– Держите меня в курсе, хорошо? Но я уверен, что с вашим мужем будет все в порядке.
И профессор протянул руку для прощального дружеского рукопожатия. Лана, думая о своем, подняла свою…
И пробкой вылетела из «своего», ошарашенно наблюдая за тем, как всегда вежливая, отличавшаяся безукоризненным поведением и знанием всех тонкостей этикета Елена Сергеевна Осенева, глава отдела выездного туризма крупной туристической компании, повела себя, как хабалка с рынка.
Она бесцеремонно перехватила протянутую профессору лапку подруги, цепко зажала добычу в руке и, резко развернувшись, потащила Лану за собой, оставив главу фонда «Наследие» с вытянутой, словно с просьбой о милостыне, рукой.
Девушка шагала быстро, почти бегом, ни разу не оглянувшись.
А вот если бы оглянулась, то ускорила шаг еще сильнее.
Потому что в глубоко посаженных глазах Петра Никодимовича Шустова застыла ледяная ненависть.
Ненависть к предателю, вернее, предательнице своего народа.
Потому что он понял – это и есть та, вторая, о которой упоминал Раал. Носительница Древней крови с отвратительно светлой душой.
Которая может стать серьезной помехой для осуществления их планов.
Собственно, уже стала, помешав физическому контакту с Ланой. Без которого воздействовать на девку не получится.
Она явно обладает ментальной силой своих предков, вон как насторожилась – почувствовала, гадина, угрозу для своей подруженьки!
А значит, ее надо убрать. И как можно скорее.
Глава 40
– Осенева, ты что, темечком обо что-то приложилась? – Способность внятно выражать свои мысли и эмоции вернулась к Лане только на улице, до этого сбившееся комом дыхание не позволяло звукам складываться в слова. – Что за хамские выходки? Мало того, что ты с самого начала разговаривала с нашим возможным партнером абсолютно недопустимым тоном, так к концу ты окончательно превратилась к свихнувшуюся ослицу! Как мне теперь Шустову в глаза смотреть?
– А не надо ему в глаза смотреть, – процедила Лена, даже не думая останавливаться. – И прикасаться к нему не надо. И вообще, держись от него подальше!
– Что за бред ты несешь?! Обидела человека, да еще и гадости за спиной о нем говорит!
– Красич, тебе не кажется, что забота о душевном состоянии этой мумии почему-то волнует тебя сейчас больше, чем судьба Кирилла?
– И вовсе нет! – запальчиво выкрикнула девушка, но потом вдруг растерянно произнесла: – Хотя… слушай, ты права – я вот только что совсем забыла о Кирюшке, меня словно черной волной накрыло! Душной такой волной злости на тебя… Что происходит, Ленка?
– Пока не знаю. – Осенева отпустила наконец руку подруги и закопошилась в сумочке, разыскивая ключи от машины. – Но мне кажется, что твои сны и несчастье с Кириллом как-то связаны. И этот ваш профессор играет во всем эту ключевую роль. Ключевую…
Она внезапно замерла, взгляд тоже словно замерз, а потом в светло-зеленой глубине начал разгораться огонек озарения.
– Лен, ты чего? – Вконец запутавшаяся Лана озадаченно смотрела за застывшую с ключами в руке подругу. – Ты меня пугаешь! Какое отношение лысый урод из моих снов может иметь к болезни Кирилла? И при чем тут Шустов?
– Мы идиотки… – тихо произнесла Осенева. – Мы все идиотки.
– Кто – все? Мы с тобой?
– Ты – в последнюю очередь, а вот мы с теткой Иляной – две лохушки! Две кретинки!! Две дуры!!!
К концу фразы шепот превратился в крик, и немногочисленные прохожие начали оглядываться на двух красоток возле ярко-алого «Пежо». Поссорились девки, что ли? Может, сейчас драться начнут?
Заметив, как какой-то бритый наголо тип, являющий собой классический образчик представителей быдлосектора, подошел поближе и направил на них мобильный телефон, Лана выхватила у подруги ключи и нажала кнопку центрального замка.
«Пыжик» приветственно квакнул и мигнул фарами, радуясь возвращению хозяйки.
– Ты сама поведешь или мне за руль? – поинтересовалась Лана у страдальчески сморщившейся подруги. – Что-то с тобой сегодня не то происходит, Осенева! Может, ты домой поедешь или на службу вернешься, а я займусь поисками Кирилла самостоятельно? Сейчас вот Кравцову позвоню, пусть начинает поиски.
– Дай сюда, – проворчала Лена, забирая ключи. – Поведет она! Куда тебе за руль в таком состоянии!
– Кто бы говорил о состоянии!
– Садись лучше да пристегнуться не забудь. Вот так. А теперь – поехали.
– Но куда?
– Для начала просто выедем с парковки, подальше от некоторых любителей мобильного видео. – Осенева кивнула на все еще не терявшего надежды бритыша, почти прилипшего к лобовому стеклу «Пыжика».
– Осторожнее, задавишь ведь! – вскрикнула Лана, когда передний бампер их автомобиля бесцеремонно ткнул нахала под колени.
– А пусть не наглеет, – мстительно прищурилась Осенева. – И скажет заодно спасибо, что я сдержалась! Мне сейчас очень хочется придушить хоть какую-то мразь!
– Ты точно свихнулась…
– Не обращай внимания, это я на себя злюсь. На свою тупую расслабленность!
– О чем ты?
– Неважно. Я сама разберусь. А ты лучше Кравцову звони.
– Да я набирала уже, у него телефон отключен. – Лана снова затеребила зажатый в ладошке мобильник, который раздраженно повторил то же, что и три минуты назад – отвяньте от господина Кравцова, недоступен он вам и вашему пониманию. – Странно, Матвей всегда старается быть на связи… Бли-и-и-ин, вот дура-то! – Девушка расстроенно притопнула ногой.
– Эй, ты мне сейчас днище пробьешь шпилькой! А насчет дуры – так ты последняя в списке, я же говорила. Что-то вспомнила?
– Ну да! Кирилл мне ведь утром говорил, что Кравцов куда-то улетел. Нет его в Москве, понимаешь?
– Ну и что? Он ведь кого-то вместо себя в таких случаях оставляет рулить службой безопасности, верно?
– Оставляет, – прошептала Лана. – Но я не знаю, кого. Как-то привыкла, что Матвей – наша палочка-выручалочка.
– Тогда позвони этому парню, как его… Ну, который нас спас тогда на Олешином острове!
– Точно, Володя! Володя Свидригайло! – оживилась Лана. – Что-то я торможу сегодня…
– Немудрено.
Лана пролистала записную книжку своего мобильника и нашла номер телефона спасшего их парня.
Владимир Свидригайло был рядовым сотрудником службы безопасности холдинга Мирослава Красича, но после недавних событий Кравцов повысил толкового парня в должности, назначив его начальником тактического отдела.
– Вот, нашла, – облегченно вздохнула Лана. – Алло, Володя? Здравствуйте, это… Ах, узнали? Да, случилось. Кирилл исчез. Вернее, не исчез – он пошел сегодня на встречу с главой фонда «Наследие»… да, с ним. А около часа назад мне позвонил Шустов и сказал, что Кириллу стало плохо, и «Скорая» его увезла в «Склиф». Мы с Леной приехали сюда, но Кирилла здесь нет. Вот так – нет, и все. Найдите его, пожалуйста! Вы же можете связаться с диспетчерской службой «Скорой помощи»? Поняла. Как узнаете, сразу перезвоните мне, хорошо? Все, жду. Так, подруга. – Лана нажала кнопку отбоя и повернулась к водительнице: – Давай-ка остановимся где-нибудь и подождем вестей от Володи. А ты пока объяснишь мне, что происходит.
– Я и сама хотела бы знать, что происходит, – пожала плечами Осенева.
– Не придуривайся, мы ведь уже выяснили в свое время, что актриса из тебя, как из…
– Вот только не надо дурно пахнущих ассоциаций с пулями!
– Не надо – не провоцируй. Колись, что ты вспомнила. Почему ты на тетку Иляну наехала?
– Так не только на нее, я и себя упомянула!
– Насчет нашего с тобой участия в движении «Фемен»? Коллектив дур – это о них.
– Ой, только не упоминай этих сисюндр! Мы с тобой все же полноценные женщины, а там – вопящие сиськи!
– Осенева, стукну!
– Ладно, не шипи. Сейчас найду местечко для парковки, тогда и поговорим. Хотя я считаю, что в твоем состоянии…
– Ты меня, случаем, ни с кем не перепутала? – Лана нагнула к себе зеркало заднего вида и всмотрелась в свое отражение. – Вроде я. И никакой истеричной барышни с батистовым платочком для подтирания обильно текущей с ресниц туши и портянкой для соплей там нет.
– Ты уверена? – опасливо уточнила Лена, аккуратно подруливая к бордюру. – Загляни еще раз, а то мне показалось… Ай! Больно же!
– А я предупреждала. Ленка, ну в самом деле, – посерьезнела Лана, – говори, что ты там придумала. Ты же меня не первый год знаешь, я умею держать удар.
– Умеешь, – тяжело вздохнула Осенева, заглушив двигатель. – Вот только удары эти идут слишком часто, и очень уж они, удары эти, жуткие. И чем дальше, тем…
Она стиснула рулевое колесо с такой силой, что костяшки пальцев буквально выцвели.
– Хватит тянуть кота за хвост, – глухо проговорила Лана. – Я уже поняла, о чем ты.
– Так-таки и поняла? – криво усмехнулась Осенева, невидяще глядя вдаль. – И что ты поняла?
– Что со смертью Квятковской кошмар не закончился. И случай с Кириллом – из этой оперы. Но вот как? Каким образом? Ведь тетка Иляна…