Огромный зверь с парусами, похожими на крылья, которые выполнены из полупрозрачной развевающейся ткани. Деревянные элементы и веревки подобны костям и жилам. Широкий изогнутый корпус темно-нефритового цвета, мыс раздваивается, напоминая змеиный язык.
– Да, – подтверждаю я.
– Я знал, – говорит Нокс. Он улыбается, словно наше приключение только что стало гораздо интереснее. – Если житель Армонии украл что-то бесполезное только ради того, чтобы продать это кому-то другому… Кажется, я знаю, кто это сделал.
– Кто? – спрашиваю я.
– Старый друг. – Карие глаза Нокса озорно блестят, в них отражаются кристально чистые воды гавани.
Мика фыркает от смеха.
– Он будет рад тебя видеть.
– Готов поспорить, – отвечает Нокс, обнажая меч. – Будет еще веселее, когда мы вернем корзину обратно.
От услышанного у меня отвисает челюсть.
– Воровство?
Нокс поворачивается ко мне.
– Ты бы предпочла честное изъятие?
Я скрещиваю руки на груди.
– Разве мы не можем просто попросить вернуть корзину обратно?
– Ты забыла, что он пират?
– Разве ты только что не упомянул, что он старый друг?
– Ой. – Нокс кивает, как будто только сейчас осознал ложь. Потом пожимает плечами. – На самом деле он скорее враг.
– Есть ли на Шести Островах хоть кто-нибудь, кому ты нравишься? – спрашиваю я. Сомневаюсь, что такое возможно.
Нокс указывает на Мику.
– Ему я нравлюсь.
– Я не имела в виду дураков.
– Эй! – восклицает Мика, в то время как Ирения смеется.
– Смотри, – говорит Нокс, поднеся меч к свету. Некоторое время он изучает его, проверяя на наличие дефектов, а затем, удовлетворившись его совершенством, продолжает: – Если мы хотим выжить, нам нужно вернуть наше средство передвижения. Я слишком далеко зашел, чтобы все потерять из-за какого-то пирата.
Я бегу трусцой, чтобы не отставать от Нокса, пока он идет к кораблю.
– Значит, мы собираемся украсть эту штуку, пока никто не видит?
– Не говори глупостей, – отвечает Нокс. Он смотрит на меня с лукавой улыбкой. – Там будет уйма зрителей.
Я сглатываю, и почему-то мои мысли возвращаются к тому моменту в Большом Зале, когда мы впервые встретились. Когда я отрезала локон Нокса – часть его души – меня пронзил шок.
Такое же чувство растекается по телу, когда я гляжу на его улыбку.
Это не хлопок, а гул. Шум, подобный ветру в гавани.
Предательское волнения, смешанное со страхом.
Приключение.
Не могу поверить, что даже думаю об этом, но я вспоминаю о картине, которую нарисовала, будучи ребенком. Девочка, запертая в башне, волосы малышки свисают через окно и тянутся к земле, по которой ей не суждено пройтись.
Картина, которую мать сожгла, напугав меня реакцией короля.
Но она не может сжечь то, что происходит внутри меня.
Теола может спалить дотла картину, но не настоящий момент. Не мои мысли.
– Как мы все провернем? – спрашиваю я.
– Легко, – отвечает Нокс.
Мы останавливаемся возле длинной доски, ведущей на борт лодки.
– Вы с Иренией должны позаботиться об отвлечении портовой охраны, – говорит Нокс Мике. – Нельзя, чтобы им на помощь пришла городская стража, если они заметят, чем мы занимаемся. Портовых охранников двое или трое, и в это время дня они обычно спят.
Мика колеблется.
– Я не хочу оставлять тебя одного.
– Я не один, у меня есть ведьма, – напоминает ему Нокс. – И в видении Селестры меня убил не пират. Это была ее мать. Оглянись вокруг, не видишь ли ты где-нибудь ведьму Сомниатис?
– Ладно, – сдается Мика. – Но если ты умрешь, я очень разозлюсь.
– Я ценю это, – отвечает Нокс.
– Ты справишься без меня? – спрашивает Ирения.
– Конечно, – уверяю я подругу.
Мило, что она беспокоится обо мне. Но это я должна волноваться за Ирению, потому что подвергаю ее опасности.
Боюсь представить, что могу потерять ее так же, как и Асдена.
– Будь осторожна, – прошу я. – Если что-нибудь случится, не бойся пожертвовать жизнью Мики, чтобы спасти свою.
– Ох, я определенно использую его как живой щит, – серьезно отвечает подруга.
– Девчонки, вы такие милые, – говорит Мика. – Я рад, что мы стали хорошими друзьями.
Ирения смеется и толкает его в плечо.
– Ну же. Пора отправить героев на поиски.
– Чур, не умирать, – снова предупреждает Мика, указывая на Нокса. – Я серьезно.
Ирения закатывает глаза и оттаскивает сопротивляющегося Мику в сторону.
Он поверженно вздыхает и позволяет ей вести себя к портовой страже.
– Вот, – произносит Нокс.
Он протягивает мне кинжал.
Это оружие он приносил с собой, когда пробрался в мою комнату, чтобы потребовать второе видение. Лезвие черное, как Бескрайнее море, а рукоять с золотым узором яркая, как Красная Луна.
Красивое оружие.
Оно определенно превосходит ушной кинжал, который я украла ранее и который мне пришлось вернуть, прежде чем кто-либо успел заметить.
– Рискованно давать мне такие вещи, – говорю я Ноксу, сдерживая улыбку. – Я могла бы вонзить кинжал тебе в спину и забрать бабочку Лео себе.
Нокс удивленно моргает.
– Ты со мной заигрываешь?
Я закатываю глаза.
– Я угрожаю тебя убить.
Ленивая улыбка расползается по губам парня.
– Рядом с тобой трудно уловить разницу.
Я качаю головой и верчу клинок в руке, не в силах сдержать восторга.
Клинок настоящего бойца.
– Идем, принцесса, – говорит Нокс. – Пора вернуть бабочку.
Когда мы поднимаемся на борт, корабль еще больше походит на дракона. Полы утопают в зелени того же цвета, что и паруса, и переливаются голубыми и розовыми оттенками. Любая неровность на древесине выглядит как чешуя.
Штурвал расположился на корме, в центре которой, словно приз, лежит корзина воздушного шара.
Неподалеку сидит мужчина с зажженной сигарой.
– Нокс Лайдерик, – произносит он.
Мужчина выплевывает сигару в воду и соскальзывает по длинному шесту на главную палубу.
– Во имя всего святого, что ты забыл на моей лодке?
Незнакомец старше нас, в черных волосах виднеется проседь, а борода скрывает горло. Шрам пересекает его налитый кровью правый глаз и изгибается вокруг щеки.
– Познакомься с Дреем Гарриком, – сообщает Нокс, указывая на мужчину. – Один из самых богатых воров в Армонии. Он зарабатывает на жизнь, воруя драгоценности из разрушенных замков старых королевских семей. И, разумеется, убивает всех, кто встает у него на пути.
– Впечатляющее вступление, – говорю я.
– Он настоящий преступник, – признается Нокс. – Слишком жадный, чтобы иметь собственную команду Гаррик сужает свой единственный здоровый глаз.
– Я спросил, что ты делаешь на моей лодке.
– Я хотел поторговаться с тобой, но у меня закончилось золото, а последние драгоценности мы уже продали, – отвечает Нокс.
Он кивает на корзину от воздушного шара.
– У тебя есть кое-то мое, и я хочу это вернуть. Предполагаю, мне придется применить силу, но дай знать, если ты настроен милосердно.
Изо рта Гаррика доносится хриплый звук, напоминающий смех, ноздри раздуваются.
– Кто это? – спрашивает он, глядя на меня. Его взгляд пронзительный. – Твоя напарница по беспорядкам?
Несмотря на мои глаза, он вряд ли заподозрит, что я ведьма. В Армонии полно женщин с таким же цветом волос. Возможно, они даже пытаются скопировать цвет моих глаз. Благодаря новой стрижке, которая не делает меня похожей на мать или предков, Гаррик точно примет меня за местную.
Чувство, когда кто-то смотрит на тебя без предубеждений, окрыляет.
Дрей меня не узнает, поэтому я хоть раз в жизни могу быть кем захочу.
– Напарница по беспорядкам, – размышляет Нокс. – В яблочко, согласна?
Я киваю так небрежно, как только могу.
– Мне нравится, как это звучит.
Гаррик усмехается.
– Что бы вы двое ни задумали, делайте это в другом месте. Не хочу причинять тебе боль, командир.
Последние два слова он практически выплевывает, высмеивая положение Нокса в Последней Армии и его очевидную преданность королю. Нокс не выглядит взволнованным.
– Ты и твои трое матросов собираетесь с нами сразиться? – спрашивает Нокс, оглядывая людей, разбросанных по кораблю. – Я оскорблен.
Улыбка засела на лице Гаррика, как заноза.
– Ты такой же, как твой отец, – говорит он. – Он тоже был высокомерным мерзавцем.
Как только улыбка появилась на лице Гаррика, она исчезла с лица Нокса. Я вижу, как вспыхивают его глаза и сжимаются кулаки.
Он не собирается атаковать, а переваривает услышанное.
Упоминание об Асдене явно сбило его с толку так же, как и меня.
Кем возомнил себя этот мерзавец?
– Откуда ты его знаешь? – спрашиваю я, прервав тишину, а вместе с ней и отстраненный взгляд Нокса.
– Говорил же, – отвечает парень. – Мы враги.
– Последняя Армия – для всех враги, – говорит Гаррик. – В особенности Нокс и его маленький полк Танатоса.
– Ты все еще злишься, что мы конфисковали те драгоценности? – спрашивает Нокс, придя в себя. – Неужели ты полагал, что тебе сойдет с рук воровство у старой королевской семьи Тавмы? Ты же знаешь, что король любит забирать себе все островные богатства.
– Они принадлежат тому, кто их нашел, – говорит Гаррик.
– Что ж, в таком случае…
Нокс достает свой меч и направляет его на горло Гаррика.
– Мы нашли твой корабль, так что это означает, что мы оставим себе его и все, что на нем находится. Включая то, за чем мы пришли.
Матросы встают.
Нокс переводит на них взгляд.
– Осторожно, – говорит он. Нокс указывает на меня. – Она такая же смертоносная, как и я.
Сердце снова покалывает от его слов.
Предвкушение приключения.
– Только через мой труп, – выплевывает Гаррик. Он достает свой собственный меч. – Ты дурак, Нокс. Этот груз принадлежит королю, – продолжает мужчина. – Он назначил награду за такую находку. Больше, чем ты можешь себе представить. Судя по всему, эту штуковину использовали, чтобы похитить его наследницу. Ты же ничего об этом не знаешь, правда?