Ирения понимающе глядит то на меня, то на Нокса, а я стараюсь не краснеть. Я действительно не ожидала увидеть кого-то еще.
– Я так рада, что ты в безопасности, – произносит Ирения. Она улыбается и кладет руку мне на плечо. – Как же я скучала.
Я разделяю ее чувства: пока я была в лесу, я ненавидела разделявшее нас расстояние. Это была наша самая долгая разлука, и я страстно желала поболтать с подругой до самого утра.
Как же здорово, что у меня есть настоящий друг.
– Я тоже по тебе скучала, – отвечаю я Ирении.
Затем я впервые в жизни по-настоящему обнимаю ее.
Ирения застывает от неожиданности, потому что не привыкла к прикосновениям. Я тоже. Я так боялся прикоснуться к кому-либо – даже к своей лучшей подруге – из-за страха увидеть их смерть. Но теперь я знаю, что так должно быть не всегда.
Я тренируюсь контролировать свои силы и не позволяю страху смерти омрачать мой разум.
Ирения стискивает меня в ответ, ее руки крепко обхватывают меня. Я годами мечтала обнять подругу, и это наконец-то свершилось.
Прикосновение. Радость. Утешение.
Это непередаваемое чувство. Как будто ко мне вернулась недостающая часть.
Но я еще не обрела полный контроль. Когда щека Ирении касается моей щеки, меня озаряет маленькая вспышка будущего.
Ирения с ножницами в зубах поправляет подол самого красивого платья, которое я когда-либо видела. Люди выстраиваются в очередь у магазина с ее именем, написанным курсивом. Они ждут, чтобы заказать элегантные платья и замысловатые кружева.
Я улыбаюсь будущему моей подруги и понимаю, что она его заслуживает.
– Селестра, – говорит Ирения, когда я отстраняюсь. В ее глазах блестят слезы. – Что происходило на испытаниях?
Я вытираю слезы с ее щек.
– Я многому научилась, – отвечаю я. – Мне столь многое нужно тебе рассказать.
Ирения ухмыляется, вытирая нос рукавом.
– Мне не терпится это услышать.
– Надеюсь, мне не нужно с тобой обниматься? – спрашивает Мика, его взгляд мечется между мной и Иренией. – Не уверен, что смогу справиться с такими чувствами. Вдруг ты увидишь мою смерть и испортишь весь сюрприз.
Нокс закатывает глаза.
– Все равно никто не хочет тебя обнимать, Мика.
Он подходит ко мне с нежной улыбкой.
Темные волосы Нокса вьются на затылке, они стали длиннее и непослушнее с тех пор, как мы впервые встретились. Шрам, которого я впервые коснулась, когда увидела его будущее, до сих пор розовеет на его щеке. Я сглатываю. Сила его взгляда выводит меня из равновесия.
– Ты очень хорошо выглядишь, – говорит мне Нокс.
Я тереблю подол своего свитера, пальцы скользят по толстой ткани. Я не надевала перчатки с тех пор, как покинула лес, и все еще чувствую себя странно. Мне нужно тренироваться контролировать свои силы не только во время поцелуев с Ноксом.
Я краснею от воспоминания и смотрю на него.
– Спасибо, – говорю я ему. – Ты тоже.
Мика фыркает, и я ругаюсь про себя.
У меня плохо выходят комплименты.
– Ты тоже хорошо выглядишь, – передразнивает Мика, толкнув Нокса локтем. – Снимите комнату, ребята.
– Это моя комната, – возражает Нокс. – А ты отказываешься уходить.
Мика пожимает плечами и плюхается на подушку рядом с Иренией.
– Ты будешь скучать по мне, если я уйду.
– Маловероятно, – парирует Нокс, и Мика прижимает руку к сердцу, словно слова друга задели его.
– Не беспокойся, – говорит Ирения, косясь на Мику. Она собирает карты с кровати и перетасовывает их. – Мика просто завидует, потому что никто никогда не говорил ему, что он хорошо выглядит.
– Вообще-то, – возмущается Мика, – я говорю себе это каждый день.
Я качаю головой, не в силах сдержать смех.
– Как ты справлялся с ними всю ночь? – спрашиваю я.
Нокс улыбается, и мое сердце трепещет.
– Это было сложно, – говорит он. – Но теперь ты здесь.
– Иди сюда, Селестра. – Ирения сдает карты на матрас. – Давайте покажем этим мальчишкам, как играют профессионалы.
Я широко улыбаюсь и сажусь рядом с ней.
– Они еще не знают, с кем связались.
Мы играем часами, бросаясь картами и насмешками. Смеемся всю ночь, позабыв о войне, которая угрожает омрачить наши жизни.
Рядом с друзьями ночь кажется бесконечной, и я всеми силами стараюсь не заснуть.
Свечи тускнеют, воск тает, Мика и Ирения уходят спать, а мы с Ноксом остаемся.
– Думаю, я выиграл, – говорит Нокс.
Он глядит на ряд карт: змеиный стрит, как и в прошлые три раза.
– Думаю, ты снова сжульничал, – заявляю я.
Нокс ухмыляется и собирает карты.
– Научись проигрывать достойно.
– Кажется, ты забыл, что я была в таверне «После заката», когда ты обманул мерзавцев, пытавшихся нас убить.
Нокс отмахивается.
– Это было сто лет назад, – говорит он. – Теперь я другой человек. Честный до глубины души. Благородный.
– Думаю, ты путаешь честь с идиотизмом.
Нокс драматично задыхается и делает вид, что вытаскивает меч.
– Мне следует проучить тебя за то, что ты сомневаешься в моей честности.
Я швыряю ему в грудь забытую карту.
– Твоя очередь сдавать.
– Кажется, мы официально сыграли во все известные мне игры, – отвечает Нокс.
Мы сидим у камина в его комнате, свернувшись калачиком на ворсистом ковре, тепло щекочет босые пальцы ног.
– Значит, ты сдаешься? – спрашиваю я. – Я выиграла?
– Ты проиграла последние шесть раундов, – отвечает Нокс. – Конечно, ты выиграла, принцесса.
Я удобнее устраиваюсь на ковре, прислонившись к основанию темно-зеленого кресла.
– Думаешь, нам так же повезет с победой, когда нападет король? – спрашиваю я. – Из-за меня и моей семьи погибло так много людей. Я не хочу крови на своих руках.
– Они умирают не за тебя, Селестра. – Слова слетают с языка Нокса. – Они умирают за идею и надежду. Как и мой отец.
Он делает вдох, его глаза полны глубокой печали. У меня сжимается грудь, когда я гляжу на Нокса и то, как он скрывает свое горе, опасаясь, что оно настигнет его.
– Мой отец умер, потому что хотел чего-то лучшего для нашего мира, – шепчет Нокс. – Наша задача – сделать мир лучше. Все твои прошлые свершения поощрялись плохими людьми. Ты не виновата, что тебя воспитывали во лжи.
Это правда, но почему-то я все еще чувствую себя глупо.
Я позволила королю наполнить мою жизнь ложью, я доверяла матери больше всего на свете, потому что ее мнение было всем, что я когда-либо знала.
– Наше прошлое – это не наше будущее, – говорит Нокс. – Хоть мы не можем изменить прошлое, но вместе можем изменить будущее.
Он обхватывает мои руки, и по телу пробегают искры. Нокс прав. Я не позволю своему прошлому определять мое будущее. Я больше не буду жить с чувством вины.
Шести Островам нужен лидер, который смотрит вперед, а не назад.
– Я рад, что ты пришла, – говорит Нокс.
Я кладу голову на его плечо и расслабляюсь.
– Я тоже.
– Я рад, что вломился в твою спальню той ночью.
Из меня вырывается смех.
– Я тоже.
– И я рад, что ты рядом со мной, – произносит Нокс.
Он проводит пальцем под моим подбородком, наклоняя мою голову, и прижимается к губам в нежном поцелуе. Каждый дюйм тела млеет под его прикосновениями, тепло его слов воспламеняет меня изнутри.
– Нам следует немного отдохнуть, – произносит Нокс. – Предстоит спасти королевство.
– Нет, – отвечаю я, когда наши пальцы сплетаются. – Нам предстоит создать новое.
Устраиваюсь удобнее, и по мере того, как ночь становится еще темнее, а усталость обволакивает тело, я остаюсь в объятиях Нокса. Его дыхание и ровный ритм сердца убаюкивают меня.
– Ваше Высочество!
Я просыпаюсь, морщась от слепящего солнца.
В комнату Нокса врывается молодой воин в броне.
– Люциан послал меня за вами, – объявляет он, отчаянно пытаясь отдышаться. – Они приближаются к водоворотам.
Должно быть, он бежал от поста охраны, потому что все его лицо раскраснелось, а на лбу выступил пот.
Я гляжу на Нокса, его рука тянется к мечу.
– Они, – повторяю я.
Мой голос дрожит от осознания того, что должно произойти.
Воин кивает.
– Наконец-то они здесь, – произносит Нокс. – Сирит и его ведьма.
Глава 42Селестра
– Они появятся на пляже в любой момент, – говорит Нокс, пока мы толпимся вокруг горна, собирая оружие. – Мы должны отправиться туда прямо сейчас.
Он поднимает сверкающий меч Асдена.
Солнце светит, согревая затылок.
Воины поправляют мечи и затаивают дыхание. На фоне запаха свежей лаванды и лимонного сока появляется запах металла.
Я бы хотела, чтобы в день последней битвы Эльдара была рядом, но мы будем сражаться в ее честь. В честь всех, кто погиб из-за зла короля.
– Вы должны держаться подальше от пляжа, – говорю я Ирении, когда она задерживается у рядов оружия. – Неважно, каким бы хорошим бойцом ты себя ни считала, это не сравнится с воинами Последней Армии или магией моей матери.
Ирения вскидывает руки в знак поражения.
– Ты не услышишь от меня оправданий. В любом случае я никогда не любила драться на мечах.
«Прекрасно», – думаю я.
Пока я знаю, что Ирения в безопасности, я смогу сосредоточиться на том, что действительно важно.
Уничтожить Сирита и положить конец ужасу, который моя семья помогла ему создать.
Я гляжу на Нокса, тепло его глаз успокаивает мои нервы.
– Пообещай мне, что последуешь моему примеру и хоть раз в жизни будешь осторожен.
Нокс ухмыляется.
– Довольно сложно быть осторожным на войне, принцесса.
Я одариваю его строгим взглядом.
– Я серьезно. Не хочу видеть, как ты снова умираешь.
Мне не удастся этого вынести.
Я хочу схватить Нокса и прижать его к себе, спрятать от когтей смерти и моей матери. На нас смотрят самые свирепые воины Полемистеса, поэтому я проглатываю эти желания.
– Если сегодня ты переживешь Красную Луну, мы победим, – напоминаю я. – Бессмертие короля перейдет к тебе, и он потеряет всю власть. Я знаю, что не смогу убедить тебя остаться с Иренией, но ты не можешь возглавить атаку вместе со мной.