Так было не всегда. Гонение на свободных магов началось около трехсот лет назад, во времена, когда Империя Гот была лишь небольшим и неприметным Королевством на засушливых и бесплодных окраинах Великой южной пустыни. С севера королевство Гот накрывали бесконечные песчаные бури, с юга постоянно донимали зеленокожие из Морры, нападавшие на жителей страны, как на дичь в личных охотничьих угодьях.
Тогда королевству очень повезло и песчаные бури вскрыли из под барханов развалины целого города древних. Добыв из руин множество артефактов и кристаллов, правящий тогда король пригласил к себе на службу нескольких свободных магов и, отдав им всё найденное, вместо того, чтобы продать Южному конклаву, захватил за десять лет сразу четыре соседних королевства и пару герцогств.
Успешную, захватническую политику с помощью магов продолжил потомок первого правителя Империи Гот и самое первое, что он делал на любой новой захваченной территории — устраивал полномасштабные раскопки на всех уже поросших мхом и скрытых по самые крыши песками руинах древних.
Южный конклав и глазом не усел моргнуть, как был разгромлен и подмят под себя следующим правителем Империи Гот, объединившим под своим крылом всех свободных магов, что удалось разыскать во всех захваченных владениях и за их пределами. Война за контроль над свободными магами была временно выиграна Империи Гот, и тогда Северный конклав пошел по пути сокрытия знаний. Его агенты уничтожили все библиотеки и хранилища древних свитков за пределами Северной башни. Пылала в огне и башня знаний Южного конклава. Многие бесценные труды древних архимагов были сожжены или вывезены на север, чтобы остановить процесс прямой передачи знаний от опытных магов к ученикам.
Многие школы магии на юге были разрушены северянами, их преподаватели убиты, свитки захвачены или сожжены. Восстановленные школы западных и южных королевств постепенно потеряли достойный уровень знаний. Там стали преподавать откровенные шарлатаны или ставленники Северного Конклава, преподающие бесполезную чушь, а старых наставников, отказывающихся саботировать процесс обучения, запугивали или просто убивали, что неизбежно привело к критическому снижению уровня знаний о магии, вымиранию полноценных свободных магов, как вида.
Теперь школы существовали лишь для сбора и переправки подающих надежду новичков в руки нескольких кланов магов. Среди эльфов таких одаренных детей оказалось куда больше, чем среди людей и постепенно, за триста лет, большинство мест в совете коллегии Северного конклава достались гордым и прекрасным, длинноухим долгожителям.
Глава гильдии магов Аэледис также верно служила Северному Конклаву, но выполняла роль внешнего агента, рекрутера новичков и шпиона в Ардоре. Будучи одновременно и наставником в столичной школе магии, она годами морочила голову посредственным ученикам, заставляя их пополнять склады гильдии полноценными магическими кристаллами и подсовывая им для практики полу разряженные или и вовсе подкрашенные подделки.
Всем известно, что без использования кристаллов, маг тратит свою личную жизненную энергию. Растрата этой энергии приводит к слабости, болезненности, ранней утрате волос и зубов, постоянному упадку сил, преждевременной старости, дистрофии, и наконец, к смерти.
Подсовывая посредственным ученикам пустышки, вредоносная наставница убеждала их в собственной никчемности и косвенными намеками или прямым текстом сообщала их родителям, что путь мага не для них. Всех талантливых воспитанников еще в первые недели в школе она переманила в башню Северного конклава. Кормили и одевали там бесплатно, поэтому многие родители соглашались передать одаренного ребенка уважаемым учителям, ради его же светлого будущего. Благодаря многолетним усилиям Аэледис в Ардоре не было свободных, независимых магов. В школе магии графства Мирроу служил еще один агент Северного конклава и ситуация там была точно такой же. Одна видимость обучения без реальных результатов.
Прибывшая недавно из Империи Гот девушка по имени Кордия, являлась редким исключением из правил. А когда Аэледис случайно увидела, что та хранит в своей дорожной сумке, то чуть не натравила на неё гильдию воров, чтобы заполучить бесценные сокровища.
Плохо, когда человек, к которому ты прибыл учиться из далеких земель, заплатил за книги и прислуживал, как личный слуга, видит в тебе лишь источник наживы. Вдвойне плохо, когда он желает твоей смерти и готов избавиться чужими руками при первом удобном случае. Кордия попала именно в такое положение. Для промывания мозгов в башне конклава она была уже слишком взрослой и могла внести в ряды учеников ненужное свободомыслие, а для обучения в школе слишком умна и независима.
Она знала больше магических символов, чем Аэледис встречала за всю свою жизнь, но имела большие пробелы в понимании, как их использовать. Кордия не могла полноценно учиться в Захреме, столице её королевства, так как все школы магии Империи Гот находились под контролем слуг Императора. Оттуда прямая дорога к нему на службу и другое не принимается.
А девушка не желала служить человеку, убившему её отца, Насима де Исфара, короля Исфара. Кордия, вторая принцесса погибшего от рук убийц Империи правителя училась, чтобы отомстить. Для этого она и прибыла за пять морей без слуг, тайно, в одиночку с тридцатью синими кристаллами древних, на которые рядом с башней Северного конклава можно построить еще одну такую же.
Поэтому всего на пятый день прибытия, Аэледис объявила её не просто своей ученицей, а своим заместителем при гильдии магов и всячески втиралась в доверие, чтобы узнать, кто она, откуда кристаллы и книги с правильными ритуалами и формулами, которых не должно было оказаться в руках обычной девушки с юга.
Срочный заказ ритуала принцессой Теоной и сведения полученные в этот же день от одурманенного Винсента де Ракула вылились в хитрый план, провернув который, Аэледис получила всё: и кристаллы Кордии и защитный артефакт глуповатого ракульского графа. Аэледис внушила Кордии, что её кристаллы, оставленные в комнате призыва были уничтожены ритуалом, подложив на их место пустышки.
С графом Винсентом она поступила таким же образом, забрав все его кристаллы для выполнения заказанного зачарования и присвоив их себе, перед отправкой назад в Башню конклава. Досталось и доверившейся обещаниям хитрой магессы принцессе. Ритуал был проведен, но для вызова мудреца требовалось пять голубых кристаллов или их эквивалент в виде сто двадцати алых.
Аэледис разложила нужное количество на силовых точках пентаграммы магического круга призыва, но только для вида. После этого она погрузила Кордию и принцессу в транс, заменила кристаллы в сумке «ученицы» и на пентаграмме на пустышки, оставив всего по одному алому кристаллу в силовых точках, для кратковременного призыва в тело принцессы любой свободной духовной сущности, что пожелает в неё войти и развлечет её беседой, создав иллюзию общения с мудрым советчиком. Но, что-то пошло не так.
После призыва сущности, принцессе стало очень плохо, чего в принципе на должно было произойти при столь незначительной энергетической поддержке. Она говорила на непонятом языке, держалась за правый бок и без конца рыгала. Рыгала, как будто в её теле появился неиссякаемый источник переработанной пищи. Аэледис очень разволновалась, что жалобы принцессы могут задержать её в королевстве, поэтому максимально ускорила свой отъезд, покинув столицу еще с вечера, через час после проведения ритуала, вместо планируемой отправки с утра. Граф Оушен был очень удивлен ночной гостье, но переговоры и ночной выход в море прошёл, как по маслу.
Аэледис ступила на пристань у подножья магической Башни конклава с видом победителя. Она не только раздобыла бесценные сокровища, но и привезла с собой крупную партию алых кристаллов, полученную сразу от трех обведенных вокруг пальцев вельмож.
Было интересно, какую часть сокровища из партии кристаллов коллегия выделит ей для поднятия собственного потенциала? Что предпримет по случаю вторжения Империи Гот? То, что война неизбежна, было очевидно, но женщина надеялась, что коллегия высоко оценит её агентурные способности, добытый для быстрого прибытия в Ардор транспорт и не станет рисковать столь ценным помощником, отправляя его в опасное столкновение с силами главного противника.
Но уже через час стало известно, как сильно женщина ошибалась. Добытые ею синие кристаллы архимаги восприняли холодно, как что-то само собой разумеющееся и даже не заикнулись о том, чтобы позволить магессе приумножить свою личную силу за счет даже малой их части. О качестве и количестве водного транспорта, полученного от графа Оушена высказались вообще пренебрежительно.
— Этого графа давно пора кинуть в темницу, а его людей заставить работать на нас. Я не понимаю, почему до сих пор этого не сделали? — заявила одна из длинноухих членов круглого стола, за которым сидело двенадцать представителе высшего совета коллегии.
— Поддерживаю вас архимаг Илхесса, — сказал ещё один эльф в белой мантии.
— Вы хотите развязать войну с Ардором? Это может вызвать остановку поставок, как оттуда, так и из Орфа, что для нас крайне нежелательно, — заявил один очень древний старик, но по сравнению с сидевшими рядом эльфами, он был ещё не так стар.
— В свете информации, что для нас раздобыла младший член совета Аэледис, это уже не столь важно. Скоро граф Оушен будет уничтожен Империей или склонит перед ней свою голову, что создаст для нас проблемы с морским сообщением с Ардором. Поставки кристаллов и так и так прекратятся. Поэтому не лучше ли сработать на опережение? Захватить флот графа Оушена, и заставить всех его людей служить нам, чтобы прекращение поставок не произошло.
Аэледис была в корне не согласна с этим предложением. Может маги и сильны в бою на суше, но на море они беспомощны и полностью зависят от навыков моряков. Если тех будут принуждать служить силой, то есть большой риск, что корабли неожиданно сядут на мель, разобьются о скалы или пойдут на дно прямо с грузом и пассажирами. И плавают маги ничем не лучше, чем обычные люди. Оказавшись на воде они станут кормом для рыб через несколько дней или даже часов, хотя многие моряки способны вплавь добраться до побережья, даже если тот виднеется далеко на горизонте.