Яркий лунный свет, отразившийся от воды ручья, освещал синюю и розовую лисьи мордочки. Агата закрыла глаза и попрощалась с этим кошмарным миром. Софи тоже закрыла глаза и почувствовала тёплое, сладкое дыхание Тедроса, его нежный рот уже почти коснулся её губ…
– Но нам не надо так спешить, – Софи отстранилась.
Тараканьи глаза Агаты широко распахнулись.
– Да. Конечно. Очевидно, – пробормотал Тедрос. – Я, э-э-э, провожу тебя до твоего туннеля.
Они шли обратно в тишине, малиновый хвост Софи обернулся вокруг хвоста принца. Тедрос посмотрел на неё и решил улыбнуться. Агата смотрела на них, всё сильнее багровея. А когда принц наконец исчез в своём туннеле, она прыгнула Софи на нос.
– Ты что творишь?
Софи не ответила.
– Почему ты его не поцеловала?
Софи промолчала.
Агата крепко схватилась лапками за нос Софи.
– Беги за ним! Сейчас же! Мы не сможем вернуться домой, пока ты не поцелуешь…
Софи смахнула Агату с морды и исчезла в тёмном туннеле.
Агата, упав на спину на тёмные листья и отчаянно стараясь перевернуться, наконец всё поняла.
Поцелуй не состоялся и не состоится никогда.
Софи не собирается возвращаться домой.
Никогда.
19. У меня есть принц
Преподаватели школы Добра и Зла за годы работы повидали всякого.
Ученики, с трудом избегавшие отчисления на первом курсе, становились богаче королей. Старосты классов к третьему курсу проваливались и становились голубями или осами. Учителя видели розыгрыши, протесты и налёты, поцелуи, клятвы и слушали любовные песни.
Но они ещё никогда не видели, чтобы всегдашник и никогдашница на обеде держались за руки.
– Ты уверен, что у меня не будет проблем? – спросила Софи, замечая сердитые взгляды с балконов.
– Если ты достаточно хороша для меня, то будешь достаточно хороша и для корзины с едой, – сказал Тедрос, проталкивая её вперёд.
– Пожалуй, им нужно к этому привыкнуть, – вздохнула Софи. – Я не хочу проблем на балу.
Тедрос крепко сжал её руку. Софи густо покраснела.
– Ох… После прошлой ночи я просто подумала…
– Мальчики из школы Добра поклялись не приглашать никого до Вечера Талантов, – сказал Тедрос, поправляя воротник. – Эспада сказал, что нужно дождаться церемонии коронации, которая проводится за день до бала.
– За день до бала? – ахнула Софи. – Но как же нам тогда подобрать одежду, продумать выход, и…
– Именно поэтому мы даём клятву. – Тедрос взял у зеленоволосой нимфы плетёную корзинку (сегодня в ней лежали сэндвичи с бараниной, кускус с шафраном и миндальный мусс), затем добавил: – И ещё одну для дамы.
Нимфа, проигнорировав Софи, протянула корзину следующему всегдашнику. Тедрос схватился за ручку.
– Я сказал «ещё одну для дамы».
Нимфа потянула корзинку на себя.
– Да ладно, баранину всё равно трудно переварить… – нервно проговорила Софи.
Но принц держался за корзинку до тех пор, пока нимфа не отпустила её, что-то недовольно проворчав. Тедрос протянул корзинку Софи.
– Как ты уже сказала, пусть привыкают.
Она широко раскрыла глаза.
– Ты… пригласишь меня?
– Ты такая красивая, когда чего-то хочешь.
Софи коснулась его.
– Обещай мне, – едва слышно прошептала она. – Обещай мне, что пригласишь меня на бал.
Тедрос посмотрел на мягкие руки, державшиеся за его рубашку.
– Хорошо, – наконец выдохнул он. – Обещаю. Но если ты расскажешь хоть кому-нибудь, я суну тебе змею за корсаж.
Софи громко пискнула и бросилась в его объятия. Всё-таки она сможет всё распланировать заранее!
Всегдашник номер один и никогдашница номер один, которые в сказках должны быть злейшими врагами и телом, и душой, сидели, держась за руки, под раскидистым дубом. Тедрос вдруг заметил, что чуть ли не все всегдашники сердито смотрят на него, поражённые его предательством. И никогдашники, которым Софи несколько недель вещала о Злодейской гордости, чувствовали себя преданными.
Софи и Тедрос ели сэндвичи.
– Ведьма всё ещё заразна? – быстро спросил Тедрос. – Сегодня первый день после её отсутствия на занятиях.
Софи посмотрела на Агату. Она стояла, опершись о дерево, и смотрела прямо на Софи.
– Ну, мы не то что много разговариваем.
– Присосалась к тебе, как пиявка, да? Думает, что её мозги дополняют твою красоту. Спорим, она даже не знает, что у тебя есть и то, и другое?
Софи сглотнула.
– Это правда.
– Но одно я могу сказать точно. Больше я эту ведьму на классных заданиях не выберу.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что, раз уж я нашёл свою принцессу, то больше её не отпущу, – сказал принц, заглядывая ей в глаза.
Софи вдруг погрустнела.
– Даже если поцелуя придётся ждать целую жизнь? – спросила она, обращаясь скорее к себе.
– Даже если поцелуя придётся ждать целую жизнь, – ответил Тедрос и взял её за руку, потом склонил голову. – Полагаю, это гипотетический вопрос?
Софи засмеялась и едва успела уткнуться ему в плечо, чтобы скрыть слёзы. Когда-нибудь она всё объяснит. Когда они уже будут достаточно сильно любить друг друга.
С балконов обеих школ учителя смотрели на голубков, воркующих внизу. Затем профессора обеих школ мрачно переглянулись и вернулись в свои покои.
Сидя в прохладной тени, Агата тоже размышляла. Как и учителя, она знала, что этот роман обречён. Кое-что стояло на его пути. Кое-что, о чём Софи забыла.
Испытание Сказкой.
– Победа в Испытании Сказкой – одна из величайших почестей в школе Добра и Зла, – объявил Поллукс; его голова снова вернулась на законное место рядом с Кастором на огромном собачьем теле. Вместе с пятнадцатью лидерами лесных отрядов Поллукс разглядывал учеников, собравшихся после завтрака в Театре Сказок.
– Раз в год мы отправляем наших лучших всегдашников и никогдашников на ночь в Синий лес, чтобы увидеть, кто продержится до утра. Чтобы победить, ученик должен пережить и смертельные ловушки Директора школы, и атаки соперников. Последний оставшийся всегдашник или никогдашник на заре объявляется победителем и получает дополнительно пять первых мест. – Поллукс заносчиво задрал нос. – Как вы знаете, Добро победило в последних двухстах Испытаниях…
Ученики школы Добра тут же начали скандировать:
– ДОБРО РУЛИТ! ДОБРО РУЛИТ! ДОБРО…
– …СБОРИЩЕ ГЛУПЫХ, ВЫСОКОМЕРНЫХ ДУРАКОВ! – прогремел Кастор, и всегдашники тут же замолчали.
– Через неделю каждая лесная группа отправит своего лучшего всегдашника и никогдашника на испытание, – фыркнул Поллукс. – Но прежде чем мы объявим участников, давайте кратко пройдёмся по правилам.
– Слышал, Беатрис вчера заняла первое место на уроке добрых дел? – шепнул Чеддик Тедросу. – А ты всё теряешь форму из-за этой никогдашницы?
– Попробовал бы сам с моей силой вправить крыло голубю, – огрызнулся Тедрос, но потом смягчился. – Ребята правда меня ненавидят?
– Нельзя якшаться с никогдашницей, дружище, – сказал Чеддик, устремив на Тедроса строгий взгляд серых глаз. – Даже если она самая красивая, умная и талантливая девочка в школе.
Тедрос сгорбился на скамейке, охваченный сомнениями… но потом резко выпрямился.
– Я могу доказать, что она добрая! Доказать на Испытании!
– А ты уверен, что вообще попадёшь туда? Беатрис или Агата из твоей группы вполне могут тебя опередить, – возразил Чеддик.
Тедрос напрягся. Софи улыбалась ему со стороны никогдашников. Их будущее зависело от того, попадет ли он на Испытание. Как он может её подвести?
– Согласно правилам, у Испытания Сказкой может быть больше одного победителя, – проговорил Поллукс. – Но те, кто продержится до рассвета, должны будут разделить между собой первые места. Таким образом, избавиться от конкурентов – в ваших интересах. Директор школы, конечно же, предпочитает, чтобы победитель был один, и он сделает ради этого всё возможное.
Всю оставшуюся неделю занятия будут посвящены подготовке этих пятнадцати всегдашников и пятнадцати никогдашников к ночи в Синем лесу, – продолжил пёс. Ученики переглядывались, пытаясь предположить, кто же это будет. – Классные задания будут выполнять только эти участники. Те, кто получит худшие оценки за неделю, приступят к Испытанию первыми, а лучшие начнут значительно позже. Это, конечно же, огромное преимущество. Чем меньше времени вы проведёте в Испытании Сказкой, тем больше у вас шансов выжить.
Ученики перестали болтать.
Поллукс понял, что́ сказал, и заставил себя усмехнуться.
– Это просто фигура речи. Ни один ученик не умирает на Испытании. Глупости.
Кастор кашлянул.
– А как же…
– Состязание совершенно безопасно, – сказал Поллукс, улыбаясь ученикам. – У каждого из вас будет платок, с помощью которого вы сможете сообщить, что сдаётесь. Если окажетесь в смертельной опасности, бросьте платок на землю, и вас тут же заберут из Синего леса целыми и невредимыми. Подробнее о правилах вы узнаете на занятиях, но сейчас я уступаю слово лидерам лесных отрядов, которые объявят участников Испытания Сказкой в этом году.
Маленькая нимфа-лилия в платье из изумрудных лоз вышла вперёд.
– В девятой группе представителем Добра будет Рина, а представителем Зла – Векс!
Рина под аплодисменты всегдашников сделала книксен, а никогдашники ворчали – остроухому Вексу просто повезло, что у него такая слабая группа.
Людоед из седьмой группы выбрал Тристана и одноглазую Арахну, потом из четвёртой группы вызвали темнокожего Николаса и Анадиль, Кико и зеленолицую Мону из двенадцатой группы, Жизель и Эстер из шестой…
Софи всё это время не сводила глаз с Тедроса, мечтая о том, как будет жить, когда станет его королевой. (А в Камелоте достаточно шкафов? Зеркал? Огурцов?) Наконец вперёд шагнул Юба. Софи посмотрела на Тедроса и Беатрис, которые внимательно вслушивались в слова гнома.