«Пожалуйста, пусть он победит эту пресную макаронину», – взмолилась она…
– В третьей группе представителем Добра будет Тедрос, – объявил Юба.
Она выдохнула от облегчения.
– А представителем Зла – Софи.
Софи прочистила уши. Она явно услышала что-то не то. А потом увидела ухмылки.
– Да, такая вот проблема, когда встречаешься со злодейкой, – сказал Чеддик. – Можете сколько угодно любиться-миловаться, но потом всё равно придётся её убить.
Тедрос пропустил его слова мимо ушей, обдумывая план – доказать, что Софи добрая. «Слава богу, что отец уже умер», – подумал он, нервно потея. Если бы король Артур знал, что́ он собирается сделать, у него бы сердце остановилось.
Всегдашники вышли через западные двери, никогдашники – через восточные, а изумлённая Софи так и осталась сидеть на обгоревшей скамье. Над ней нависла чья-то тень.
– Я же просила тебя не лезть вперёд меня…
Дыхание Эстер холодило ей шею.
– А ты всех обманула и стала злодейкой номер один. Но забыла, что у злодейских историй не бывает счастливого конца, дорогая. Так что давай-ка я напомню тебе, как всё закончится. Сначала ты, а потом твой принц. Вы умрёте. – Холодные губы коснулись кончика уха Софи. – И это не фигура речи.
Софи резко обернулась. Рядом никого не было. Она вскочила на ноги, врезалась в Тедроса, вскрикнула… и упала в его объятия.
– Она убьёт нас. Сначала меня, потом тебя, или наоборот… не помню… и вообще, ты всегдашник, а я никогдашница, и нам придётся драться друг с другом…
– Или вместе против остальных.
Софи моргнула:
– Серьёзно?..
– Если я тебя защищу, все поймут, что ты добрая, – сказал Тедрос, утирая пот со лба. – Лишь настоящая принцесса может заслужить щит принца.
– Но… они нападут на тебя! Все считают, что я злая!
– Нет – если мы победим, – ухмыльнулся Тедрос. – Им придётся сделать тебя всегдашницей.
Софи покачала головой и крепко его обняла.
– Ты мой принц. В самом деле.
– А теперь иди и занимай первые места на своих уроках, чтобы мы приступили к Испытанию одновременно. Тебе нельзя быть там без меня.
Кровь отлила от лица Софи.
– Но… но…
– Но что? Ты самая лучшая никогдашница.
– Знаю, просто…
Тедрос взял её за подбородок и заставил посмотреть в свои хрустально-голубые глаза.
– Первое место на всех уроках. Договорились?
Софи слабо кивнула.
– Мы – команда, – сказал Тедрос и улыбнулся, показав ямочки на щеках. В последний раз коснувшись её руки, он ушёл в башни всегдашников.
Софи пошла в башни никогдашников, потом остановилась и обернулась.
Агата в одиночестве сидела на розовой скамье.
– Говорила же тебе, что моё место здесь, дорогуша, – вздохнула Софи. – А ты не слушала.
Агата не ответила.
– Может быть, Директор школы отпустит тебя домой одну, – сказала Софи.
Агата не пошевелилась.
– Тебе придётся искать новых друзей, Агата, – улыбнулась Софи. – У меня теперь есть принц.
Агата молча посмотрела ей в глаза.
Софи перестала улыбаться.
– У меня есть принц.
И она захлопнула за собой дверь Театра Сказок.
На уроке науки уродства профессор Мэнли попросил пятнадцать никогдашников создать такую маскировку, которой всегдашники испугаются «с первого взгляда». Эстер выпила зелье, и у неё по всему телу выросли колючки. Анадиль сделала свою кожу такой тонкой, что все кровеносные сосуды просвечивали. Софи же приготовила сок из поганок, чтобы снова вызвать у себя лишай, но вместо этого у неё почему-то вырос спиральный рог и блестящий лошадиный хвост.
– В самом деле, чего принцесса испугается больше, чем единорога? – прорычал Мэнли.
На подготовке приспешников участникам Испытания Сказкой нужно было укротить огненного великана, девятифутового здоровяка с ярко-оранжевой кожей и горящими волосами. Софи попыталась прочитать его мысли, но они все оказались на языке великанов. К счастью, она вспомнила несколько слов на великанском, которым её научила Агата.
Огненный великан: И почему я не должен убить тебя на месте?
Софи: Я знаю эту лошадь.
Огненный великан: Не вижу никакой лошади!
Софи: Она огромная, как твоё нижнее бельё.
Кастор едва успел вмешаться до того, как огненный великан её съел.
Потом леди Лессо попросила у участников Испытания назвать «заклинание, которое может снять только тот, кто его наложил».
– Ну что, кто знает ответ?
Дрожа, никогдашники подняли ответы, вырезанные на ледяных табличках:
Эстер: Окаменение
Анадиль: Окаменение
Арахна: Окаменение
Софи: Особое заклинание
– О, если бы только любовь была ответом на всё, – сказала леди Лессо и тоже поставила Софи на пятнадцатое место из пятнадцати.
– Что случилось? – спросил Тедрос, проталкивая её через очередь всегдашников.
– Просто не очень хорошее начало…
– Софи, тебе нельзя заходить в этот лес без меня!
Она посмотрела на хмурых всегдашников. На Испытании они определённо захотят ей отомстить.
– Просто делай то же самое, что и раньше! – взмолился Тедрос.
Возвращаясь в свою комнату, Софи скрежетала зубами. Если уж Агата хорошо учится в школе Добра, то ей хорошо учиться здесь должно быть раз плюнуть! Да, она будет варить жабьи глаза, выучит язык великанов, даже сварит в котле младенца, если надо! (Или, по крайней мере, будет руководить процессом.) Ничто не помешает ей жить долго и счастливо! Выпятив грудь, она открыла дверь в комнату и застыла на месте.
Её постель исчезла. Зеркало разбили.
А прямо над головой висели все её старые одеяния, порванные и продетые в петли – словно безголовые трупы.
Анадиль лежала на кровати и читала книгу «Как убивать красивых девочек». Эстер держала на коленях книгу «Как убивать ещё более красивых девочек».
Софи бегом побежала в кабинет на верхнем этаже.
– Мои соседки хотят меня убить!
Леди Лессо, сидевшая за столом, улыбнулась.
– Отлично, прямо в духе нашей школы.
И дверь захлопнулась прямо у Софи перед носом.
Софи съёжилась у стены в тёмном коридоре. На прошлой неделе она была самой популярной девочкой в школе! А теперь не может даже вернуться в свою комнату?!
Она протёрла глаза. Это же всё неважно, правильно? Скоро она сменит школу и забудет обо всём этом. У неё есть парень, о котором мечтает каждая девушка. У неё есть принц! Две глупых ведьмы не сравнятся с истинной любовью!
Неподалёку послышались голоса. Она спряталась в тени…
– Эстер сказала, что тот, кто убьёт Софи на Испытании, в следующем году станет её главным приспешником, – сказала Арахна, спускаясь по лестнице. – Но нужно, чтобы всё выглядело как несчастный случай, иначе нас исключат.
– Нам надо опередить Анадиль! – воскликнула Мона, и её зелёная кожа стала ярче. – Вдруг она убьёт Софи ещё до Испытания?
– Эстер сказала: «во время Испытания». Даже Векс и Броун, и те поняли. Ты слышала, какой план они придумали? Обыскали озеро школы Добра и нашли там оставшиеся яйца. Девчонке точно конец.
– Не могу поверить, что мы слушали лекции этой предательницы, – злилась Мона. – Что бы дальше она нам сказала? «Одевайтесь в розовое и целуйте всегдашников»?
– Она унизила нас всех и теперь заплатит за это, – сказала Арахна, нахмурив единственную бровь. – Нас четырнадцать, а она одна. У нас явное преимущество.
По сырой лестничной клетке разнеслись смешки.
Софи не двигалась. Не только соседки – вся школа хочет её смерти. Безопасных мест не осталось.
Разве что…
В конце тёмного, затхлого коридора после третьего стука открылась дверь в комнату 34. Оттуда выглянули чёрные глазки-бусинки.
– Привет, красавчик, – проворковала Софи.
– Даже не пытайся, ты, любительница принцев, предательница, ты…
Софи зажала нос, отпихнула Хорта и заперлась в своей новой комнате.
Хорт минут двадцать стучался в дверь и завывал, пока Софи снова не пустила его обратно.
– Можешь помогать мне с уроками до отбоя, – сказала она, опрыскивая комнату лавандовой водой. – Но спать здесь ты не будешь.
– Это моя комната! – насупился Хорт и плюхнулся на пол, одетый в чёрную пижаму с хмурыми зелёными лягушками.
– Ну, вообще-то здесь я, правильно? А мальчики и девочки не могут жить вместе в одной комнате, так что эта комната не может быть твоей, – сказала Софи, застилая его кровать.
– Но мне-то где жить?
– Я слышала, что в гостиной башни Коварства довольно уютно.
Игнорируя всхлипы Хорта, Софи улеглась на подушку и поднесла свечу к его конспектам. Завтра нужно выиграть во всех классных заданиях. Единственная надежда пережить Испытание Сказкой – пойти туда с Тедросом и всё время прятаться за его щитом.
– Чтобы унизить врага, преврати его в курицу: «Банта парео дирости»? – прищурилась она. – Я правильно прочитала?
– Софи, откуда ты знаешь, что ты не злодейка? – зевнул Хорт, свернувшись клубочком на опалённом полу.
– Я посмотрела в зеркало. Хорт, у тебя отвратительный почерк.
– Когда я смотрюсь в зеркало, я выгляжу как злодей.
– Наверное, это значит, что ты злодей.
– Папа говорил мне, что злодеи не могут любить, что бы ни произошло. Что это неестественно и отвратительно.
Софи продолжала разбирать каракули.
– «Чтобы заковать всегдашника в лёд, сделай свою душу холодной…»
– Так что я уж точно не могу любить, – сказал Хорт.