– Смерть ве…
А потом увидел, что девочки танцуют.
Софи повернулась к нему, держа в объятиях Агату. Тедрос выронил меч.
– Бедный Тедди, – протянула Софи. Музыка стихла. – Каждый раз, когда он находит себе принцессу, оказывается, что она ведьма.
Тедрос поражённо посмотрел на Агату.
– Ты… с ней?
– Она врёт! – закричала Агата и попыталась вырваться из хватки Софи.
– Думаешь, как она выжила, упав с башни? Почему она хотела остановить ваше нападение? – спросила Софи, обнимая её ещё сильнее. – Да, Тедди. Боюсь, твоя принцесса на балу – ещё и моя.
Тедрос вслед за Софи посмотрел на транспарант, висевший в зале. Всегдашники, стоявшие за его спиной, побледнели.
– Не слушай её! – завизжала Агата. – Это ловушка!
– Агата, всё хорошо, дорогуша. Можешь ему всё рассказать, – протянула Софи и повернулась к взбешённому Тедросу. – Она ждёт не дождётся, чтобы поднести меч к твоему горлу.
Тедрос уставился на Агату.
– Это неправда! – закричала она. – У меня есть доказательства! Эстер, Дот, скажите им!
Но Эстер, Дот и остальные никогдашники свирепо смотрели на армию школы Добра, вооружённую до зубов. Эстер повернулась к Агате, но промолчала.
Агата увидела, как тускнеет огонёк в глазах её принца. Всегдашники вместо Софи нацелили оружие на неё.
– Нет! Подожди! – Она вырвалась и бросилась в объятия Тедроса. – Ты должен мне поверить! Я на твоей стороне!
– Правда? – задумчиво спросила Софи. – Тогда как так вышло, что твой принц запер тебя в одной башне… а сейчас ты здесь, в другой?
Руки Тедроса напряглись. Подняв голову, она увидела, как он побледнел.
– Отвечай, – сказал Тедрос.
– Я пришла помочь вам… я слезла вниз…
– Слезла! – засмеялась Софи. – С этой башни!
Тедрос посмотрел на высоченный шпиль башни Добра.
– Там были с-с-стрелы… – пролепетала Агата.
У Агаты перехватило дыхание.
– Лишь истинное Зло умеет притворяться Добром, – сказала Софи, пожирая её взглядом. – И Агата превзошла в этом даже меня.
Тедрос, широко раскрыв глаза, оттолкнул Агату.
– Принцесса не стала бы оспаривать мои решения, – медленно проговорил он, багровея.
– Тедди, подожди… – взмолилась Агата.
– Принцесса не сказала бы, что я веду себя не как мужчина.
– Посмотри, что она с тобой делает…
– Я знал, что ты ведьма, – сказал он надломившимся голосом. – Знал с самого начала.
– Ты мне не доверяешь? – Из глаз Агаты покатились слёзы.
– Мама задала отцу тот же вопрос, – ответил Тедрос, чуть не плача. – Но я не повторю его ошибки.
Он посмотрел на лежавший между ними Экскалибур. Принц бросился за ним, но Агата схватила меч первой и вскочила на ноги, выставив его перед собой. Всегдашники в ужасе подняли оружие.
– Вот видишь? – ухмыльнулась Софи. – Меч к горлу.
Агата посмотрела на неё, потом на Тедроса, к лицу которого был приставлен его же меч. Она тут же бросила клинок.
– Нет! Я просто… Я не хотела…
Глаза Тедроса налились кровью.
– Готовьтесь к атаке!
Агата отступила на шаг.
– Тедрос, послушай меня!
Тедрос выхватил у Чеддика лук.
– Тедрос, подожди…
– Я ещё хуже, чем отец. – Тедрос поднял голову. Его глаза блестели от слёз. – Потому что я всё ещё тебя люблю.
Он прицелился прямо ей в сердце.
– Нет! – закричала Агата.
– Огонь!
Всегдашники выпустили целый поток стрел, дротиков, бутылей с маслом по беззащитным никогдашникам. Тедрос выстрелил прямо в Агату…
Софи взмахнула светящимся пальцем за мгновение до того, как стрела пробила ей грудь. Все снаряды превратились в маргаритки и упали на землю.
Никогдашники подняли головы, не веря, что ещё живы. Агата медленно повернулась.
– Научилась этому у моей любимой принцессы, – тихо сказала Софи.
У Агаты подкосились ноги. Она упала на пол, всхлипывая.
Тедрос переводил взгляд с одной на другую, его лицо наполнялось ужасом. Софи растянула губы в дьявольской ухмылке.
– У тебя никогда особенно не шло с этими заданиями, а, Тедди?
– Нет! – Тедрос упал на колени и обхватил руками рыдающую Агату. Та оттолкнула его.
– Вот это концовочка. Принц пытается убить свою принцессу, – восторгалась Софи. Взяв маргаритку, которая должна была поразить сердце Агаты, она шумно вдохнула запах. – К счастью, рядом оказывается Зло и спасает её.
Тедрос, не вставая с пола, печально посмотрел в её сторону.
– Но тогда возникает логичный вопрос… – Софи облизала растрескавшиеся, полусгнившие губы. – Что будет, если Зло станет Добром?
На этот раз, когда она улыбнулась, Тедрос увидел блестящие белые зубы. Он отшатнулся в изумлении.
Прямо у него на глазах бородавки Софи исчезли, словно по волшебству, глубокие морщины разгладились, и её персиковая кожа снова засветилась юностью. Из блестящего черепа выросли светлые локоны, губы вновь стали полными и сочными. Агата сквозь пальцы увидела, как глаза Софи стали изумрудно-зелёными, сгорбленное тело выпрямилось, и великая злодейка встала над ней в розовом бальном платье, лучась ещё большей красотой, чем раньше.
– Уходите… уходите немедленно… – предупредила Агата, но всегдашники стояли как вкопанные, смотря куда-то мимо Софи.
Сжавшись от страха, Агата тоже повернулась в ту сторону.
На неё посмотрела Эстер, одетая в розовое платье. Её жидкие волосы превратились в длинные, густые косы, землистое лицо округлилось, татуировка снова стала ярко-красной. Белые волосы Анадиль стали тёмно-русыми, красные глаза – цвета морской волны, а фигура толстушки Дот вдруг приобрела форму песочных часов. В отражении в воздушном шарике Хорт увидел, как его челюсть стала квадратной, на подбородке появились ямочки, а бесформенный чёрный балахон превратился в синий парадный костюм школы Добра. Жирная кожа Равана стала матовой, Броун вдруг обнаружил под рубашкой рельефные мышцы, Арахна ощупывала пальцами свои новые глаза, Мона коснулась гладкой, белой, как слоновая кость, кожи… Преображённые злодеи в форме школы Добра изумлённо разглядывали друг друга.
Софи ухмыльнулась Агате.
– Я же тебе говорила, что Зло может быть прекрасным!
– Отступаем! – закричал Тедрос, отходя под защиту своей армии.
– Мы ещё не закончили, Тедди! – загремела Софи. – Ты со своей армией вторгся без приглашения на бал. Напал на беззащитную школу. Попытался убить целую толпу несчастных школьников, которые всего лишь хотели насладиться самым счастливым днём в своей жизни. Возникает другой логичный вопрос…
– Отступаем немедленно! – крикнул Тедрос.
– Что будет, если Добро станет Злом?
Позади Тедроса послышались ужасные вопли.
Агата развернулась. Беатрис завизжала от боли, когда её спина затрещала, и у неё вырос горб. Её волосы побелели, лицо покрылось пятнами, как у древней старухи, а розовое платье превратилось в чёрные лохмотья, болтавшиеся на иссохших костях.
Платья и костюмы других всегдашников тоже медленно превратились в чёрные балахоны школы Зла. По всему телу Чеддика выросли металлические шипы, Миллисент всхлипывала, видя, как зеленеет её кожа, Рина с криками чесала щёки, сплошь покрытые струпьями, Николас, одноглазый и горбатый, зашатался и едва не упал. Один за другим всегдашники, которые напали на безоружных злодеев, стали уродливыми; единственной, кто не пострадал, осталась Агата… А Софи насмешливо смотрела на Тедроса во главе армии новых злодеев – лысого, тощего, покрытого ужасными шрамами.
– Слава принцу! – рассмеялась она.
Прекрасные никогдашники показывали пальцами на уродливых всегдашников и торжествующе хохотали вместе с ней, наконец забыв о прежних поражениях.
Агата схватила упавший меч и наставила его на Софи.
– Твой враг – это я! Отпусти их с миром!
– Конечно, дорогуша, – улыбнулась Софи. – Двери открыты.
Отвратительные всегдашники бросились к выходу. Все, кроме высохшего, чахлого Тедроса, который пытался перекрыть им дорогу.
– Пожалуйста, Тедди. Окончим эту войну, – взмолилась Агата.
– Я не могу бросить тебя, – прохрипел принц.
Агата посмотрела в его печальные глаза.
– На этот раз ты должен мне поверить.
Тедрос покачал головой. Ему было слишком стыдно, чтобы спорить.
– Отступаем! – сдавленным голосом сказал он. – Отступаем, немедленно!
Со страдальческим стоном он повёл чудовищных всегдашников к выходу. Двери захлопнулись у них перед носом.
– Вы что, позабыли свои же правила? – вздохнула Софи.
Тедрос и его армия повернулись к ней, дрожа от страха.
– Зло нападает – Добро защищается, – с улыбкой сказала Софи. – Вы напали… а теперь мы защищаемся.
Она спела три высокие ноты. Агата услышала снаружи рычание, всё более громкое, а потом вытаращила глаза, узнав голоса…
– БЕГИТЕ! – закричала она.
Двери распахнулись, и в парализованную армию Тедроса врезались три огромные крысы, которыми правил Гримм. Рычащие, визжащие крысы, огромные, как лошади, отшвыривали всегдашников к стенам, сбрасывали с лестниц, кидали в ров прямо из стеклянных окон. Мальчики из школы Добра не успели даже обнажить мечи – крысы затоптали их, словно игрушечных солдатиков.
– А я-то думала, мой талант так и останется невостребованным, – изумлённо обратилась Анадиль к Дот. Между ними просвистел дротик, сделанный из колючки. Тедрос и уродливые всегдашники лихорадочно хватались за оружие.
– Огонь! – закричал Тедрос.
Дот едва увернулась от града стрел, и прекрасные никогдашники начали отбиваться проклятиями. Две школы сошлись в бою – оружие против магии. Повсюду летали дротики, мечи отражали молнии, пальцы бойцов разгорались всё ярче… Крысы сбросили Гримма, зашвырнули Аву на люстру и укусили Николаса. Гримм быстро взлетел под потолок и начал обстреливать Агату огненными стрелами. Она запрыгнула за колонну, наставила на него светящийся палец и взмахнула им, когда он приложил к тетиве очередную стрелу. Та превратилась в мухоловку и схватила его зубами за руку. Гримм взвыл. Агата развернулась и увидела, что рядом с ней за той же колонной спрятались уродливые Беатрис, Рина и Миллисент.