– Мне двадцать, сударыня, – почтительно склонила я голову. И добавила, вживаясь в новый образ. – Я мечтала о служении с детства. Храни вас всех Пресветлая Сёрвика, указывающая нам путь.
– Подозреваю, Эстель всё равно предпочтёт сегодня отсидеться в уголке со священной книгой. Алоиза, я прошу вас позаботиться, чтобы ей не мешали… Так ведь, дорогая кузина? – с напором произнёс Эрланн.
Неплохое прикрытие. Под видом благонравного чтения работать мне будет очень легко. Сиди себе в сторонке, уткнувшись в книгу, и слушай.
– Вы очень заботливы, дорогой кузен, – скромно подтвердила я.
– В таком случае, Крис, я составлю нашей Эстель компанию, – тут же вызвался Стордаль, цепляя мою вторую руку. – Здешние дамы жаждут с тобой познакомиться, а от меня, думаю, они уже порядком устали. К тому же я единственный мужчина, чьё общество никак не скомпрометирует кузину на избранном ею пути благочестия – мы ведь родственники…
Стордаль уставился на Эрланна с такой наглой и уверенной ухмылкой, что я окончательно убедилась – в сегодняшнем сценарии второго брата не планировалось. У Эрланна заходили желваки, но он выдавил из себя скупую улыбку, кивнул и позволил хозяйке увлечь себя в гущу гостей.
Фрея Арвен уже успела что-то шепнуть гостям: те коротко бросали на меня удивлённый взгляд, но тут же утрачивали интерес. Ещё бы, будущая послушница Сёрвики – что может быть скучнее? Культ этой богини признавал только добровольное отречение, любое давление извне исключалось. Такой расклад был мне на руку, если бы в уравнение не вмешалась ещё одна переменная… Как мне себя вести в присутствии его брата? Играть дальше эту дурацкую роль псевдокузины?
– Вы не перестаёте меня удивлять, – шепнул Стордаль, усаживая меня у открытого окна.
– Простите, не понимаю, о чём вы.
– Вы же не станете отрицать, что именно вас я видел сегодня в кофейне в очень интересном образе? И пару дней назад тоже. Так кто вы, прекрасная незнакомка?
Я уткнулась в раскрытую наугад книгу. Широкие поля, в переплёте спрятан карандашик. Это Эрланн хорошо придумал; если я стану записывать по своей привычке всё, что услышу, то подозрений это не вызовет. Почти у каждого верующего личное писание испещрено пометками.
– Вы молчите… Так во что вас впутал мой желчный братец, Эстель? Вы позволите вас так называть? Вам действительно идёт это имя. Пусть даже у нашей тётушки Клеманс, этой старой перечницы, вообще нет детей. Не говоря уж о том, что она никогда не жила в Норгланде.
– Тем не менее вы подыграли мону Эрланну, – тихо ответила я.
– Я доверяю брату.
– В таком случае у вас не должно быть причин, чтобы не доверять мне.
– Хм, вы правы. Загадки – это ведь так увлекательно, – подмигнул он, тая хитрую улыбку в уголке рта. – Пожалуй, я прикрою окно, чтобы вас не продуло ветром…
– Нет! – быстро воскликнула я.
Ох, Принцесса, вот это было очень несдержанно. Открытое окно мне нужно, чтобы цеплять ветра снаружи.
– Мне очень душно, – тут же объяснилась я. – Здешние гости злоупотребляют парфюмом.
– А мой запах вам тоже неприятен?
Вот так вопрос… Неужели заметил, как я принюхивалась?
– Просто у меня чересчур тонкое обоняние, к вам это не относится… – замялась я.
– Эстель, а вы любите играть? – резко перевёл тему Стордаль.
– Простите?
– Я безумно хочу разгадать вашу тайну. Как насчёт небольшой игры? О, обещаю, ничего пошлого или незаконного!
Я недоверчиво склонила голову. Мне было приятно общество улыбчивого и весёлого Стордаля, рядом с ним возникала легкость и авантюризм. И раз уж мы оба сегодня заговорщики по вине Эрланна…
– Я задам вам вопрос, и вы должны будете ответить правду. Вы следом зададите свой, и я тоже не имею права солгать. По одной паре вопросов в день. В следующий раз начинаете вы. Пока вы не зададите свой новый вопрос, и я вас не буду спрашивать. Поверьте, это очень безобидная игра: я не стану выпытывать ваши страшные секреты. Так что, попробуем? Давайте я сразу задам свой вопрос, а вы решите, хотите ли продолжать – так будет честно.
– Ну, если так… Я ведь могу не отвечать, если игра мне не понравится?
– Только в первый раз. Но если ответите, то примете условия, и назад пути не будет.
– Как вы узнаете, что я не лгу? И я тоже, в свою очередь?
– Никак, – развёл руками мужчина. – Но в этом весь смысл игры: говорить только правду. Лично я вам верю.
– Что ж. Начинайте, фрой Стордаль.
– Коста, – снова подмигнул он. – Итак, мой вопрос. Вам нравится мой запах?
Так просто? Вроде без подвоха и ничего такого личного… Можно промолчать и странная игра закончится, не начавшись. Но, с другой стороны, один короткий ответ – и я получу возможность узнать что-то действительно полезное. А в следующий раз, когда новая пара вопросов начнётся с меня, просто не стану спрашивать – и снова конец игре.
– Да, – ответила я с лёгким вызовом, глядя прямо в ореховые глаза. Уж Ветерка подобным не смутить. – Нравится.
Прежде, чем Стордаль среагировал, задала свой вопрос:
– Мон Эрланн – маг огня?
– Нет.
И всё?! Да, нет?
– Огонь у него не главный. Крис – маг теней, огня и носитель двух родовых начал: Стордалей и Эрланнов. У них тоже есть своя небольшая магия.
– А вы – тоже маг?
– О, не торопитесь, Эстель! – заблестели хищным блеском глаза фроя. – Вы сможете задать мне этот вопрос при следующей встрече, и я с удовольствием на него отвечу. Но на сегодня всё. Вам понравилась игра?
– Оригинальная. Что же, тогда до свидания, фрой Стордаль. Спасибо, что составили компанию, – я только сейчас заметила, что Эрланн, окружённый девицами всех возрастов, топтался в опасной близости.
– Мне кажется, или вы хотите от меня избавиться? – огорчился он.
– Коста, я думаю, ты уже порядком утомил Эстель, – ровно произнёс Эрланн, подойдя к нашему уголку. Меня он наградил свирепым взглядом, в котором ничего хорошего не читалось. Я ведь действительно заболталась с его обаятельным братом вместо того, чтобы делать свою работу. – Дорогая кузина, гостей просят к столу.
Поздний ужин, эта причуда аристократов. Эрланна на правах почётного гостя усадили по правую руку от хозяйки, по левую расположилась племянница Алоизы. И, видимо, не без умысла, так как в яркой блондинке с весьма откровенным декольте и томным взглядом я узнала преследовательницу Стордаля в тот злосчастный день слежки. Когда она думала, что это Эрланн. Габриэль Арно, фрея.
Меня Эрланн усадил рядом с собой; с другой стороны от меня, не обращая внимания на короткое возмущение уже занявшего было место гостя, воткнулся Стордаль.
Соседом фреи Арно и моим визави оказался отставной генерал, сохранивший юношескую незамутнённость взгляда. Эрланн больно сжал под столом мою руку, напоминая о моих обязанностях. Не думаю, что за общим столом станут шептаться о подозрительных вещах, но на всякий случай запустила ветра и навострила уши. И переусердствовала со стихией: аж скатерть всколыхнулась.
– Нет, какой же чудесный август: даже ветра до сих пор дуют тёплые, давно такого не припомню в Дансвике, – словно невзначай отметил Стордаль. – Что вы об этом думаете, Эстель? В Норгланде, кажется, климат более суровый?
Я думаю, дорогой «кузен», что магнадзором мне угрожал один брат, а вот действительную опасность, похоже, представляет второй. Уже второе замечание о ветрах с его стороны мне не понравилось. Нет, нужно выполнить эту сомнительную работу и бежать со всех ног. Пока инстинкт самосохранения сильнее улыбок и пленительных запахов этих мужчин.
– А я была в Норгланде один раз! – бесцеремонно встряла фрея Арно. – Совершенно отвратительный климат! О, Кристар, вы бесконечно правы, что решили вернуться в Дансвик – здесь лучшие условия на побережье, хоть и ветрено. Тётушка Алоиза, вы ведь знаете, что мон Эрланн родился именно здесь, в Дансвике? Мы ведь были очень дружны в детстве, наши семьи жили по соседству.
Оба брата наградили кокетку короткими взглядами, и та продолжила перетягивать внимание на себя.
– Кристар, разве вы не помните, как дарили мне сорванные в нашем же саду розы, потому что они были одного цвета с моим румянцем? – девушка вовсю хлопала ресницами и бросала на моего нанимателя откровенные взгляды. – Я уже тогда чувствовала, что между нами проскользнула искра… И вот же судьба! Вы действительно вернулись спустя столько лет…
– Это был я, дорогая Габи, – насмешливо ответил Стордаль. – Это я рвал ваши розы, но, помнится, вы ими же меня и хлестали… Но искры летели, это точно! Прекрасные были времена, пока Крис не вернулся в Дансвик уже моном и вы вдруг не утратили ко мне всякий интерес…
– Ах, времена… – невпопад протянул пожилой генерал. – А помните эти прекрасные строки?
О Время! Всё несётся мимо, Всё мчится на крылах твоих:Мелькают вёсны, медлят зимы,Гоня к могиле всех живых.Меня ты наделило, Время,Судьбой нелёгкою – а всё жГораздо легче жизни бремя,Когда один его несёшь!Я… я…
Генерал смутился, забыв слова.
– «Я тяжкой доли не пугаюсь»… – тихо подсказала я.
– Я тяжкой доли не пугаюсь, с тех пор… с тех пор… – генерал, чуть не заплакав, покачал головой.
Я продолжила, лишь бы вернуть этому старику спокойствие и явно дорогой ему смысл забытых слов:
Я тяжкой доли не пугаюсь С тех пор, как обрели покойВсе те, чьё сердце, надрываясь,Делило б горести со мной…
Генерал взглянул на меня с надеждой, и я не смогла прервать чтение, декламируя уже в полный голос:
Да будет мир и радость с ними! А ты рази меня и бей!Что дашь ты мне и что отнимешь?Лишь годы, полные скорбей!*
Стихи я дочитала в полной тишине, почти физически ощутив на себе прожигающие взгляды братьев. Генерал смахнул слезу и протянул мне через стол дрожащую руку.
– Вот уж не думал, что нынешнее поколение ещё читает Бромера. Спасибо, милая, уважили старика…