И когда Трюху-ловкача на пороге магнадзора обнаружили, он тоже там был. Не сам ли первым обнаружил? Убийцы ради алиби иногда так делают…
И Скондрик… Эрланн, опять же, первым узнал. Это что ж получается? Ему, главдепу, что всего месяц как в Дансвике, каждый «сикерка» считает своим долгом докладывать о пьяных потасовках, коих в четвёртом круге по сотне за ночь происходит?
Да нет же, прогнала я шальную мысль. Он же из благородных, принципиальный законник: следствие, суд, всё, как положено. Вон с каким презрением про своих же нерадивых сотрудников и продажных «сикерок» говорил. Может, за принципиальность от двора и отлучили: в Лардуолле-столице тоже ведь, свистят, всё не так гладко… Нет, такой не станет.
…но ведь с тобой, Бриска, он вовсе не по закону обошёлся, хотя следовало. Не сдал незаконную стихийницу Красной страже. Подложные документы выправил. Пусть не к нему обратилась, а к Косте, но ведь в свидетельстве мага уже заранее его подпись стояла… На что ж он ещё, помимо своих непосредственных обязанностей, способен пойти?
– Ветерок! – мне на плечо легла горячая ладонь, оторвав от размышлений.
А следом нахлынуло остаточное ощущение от недавно пожиравшего меня огня. Я дёрнулась от отголосков экстаза, судорожно сбрасывая с плеча руку; Эрланн же понял это по-своему, приняв за отвращение.
– Извини. Ты не отзывалась на имя Эстель.
– Ещё не привыкла.
– А сто́ит. Или скажи уже, наконец, настоящее, чтобы не зазывать тебя всем набором в надежде, что откликнешься хоть на какое-то.
– У меня его нет, – отрезала я.
Эрланн промолчал, только сверлил меня своим пронзительным взглядом. С зелёными сполохами в тёмно-карей радужке вокруг непроницаемо чёрного зрачка.
– Я спрашивал тебя о том подонке, что застрелили у магнадзора. В мертвецкой подтвердили, что на момент обнаружения тела он был мёртв не более двадцати минут. Тем не менее не было ни свидетелей, ни шума – вообще ничего. На Краутгат нет жилых домов, только городские конторы. И, получается, что к самому началу рабочего дня кто-то, очень чётко рассчитав время, бросил вызов всему Ордененбешиттельс. И лично мне.
Кто-то, кто, например, управляет тенями, чтобы отвести глаза случайному прохожему, пока сотрудники магнадзора ещё только спешат к девяти утра на работу…
Так, Принцесса, выбрось из головы. Это действительно глупо.
– Это Трюха-ловкач, – кивнула я и пояснила. – Напёрсточник, мелкая масть. Недавний малёк, как вы и сказали. Храмовник.
– Храмовник? – непонимающе переспросил Эрланн.
Ну да, он же только Дворец из всех наших убежищ видел. Даже его название вряд ли знает, что уж говорить об остальных. А ведь таких больше десятка по всему Дансвику.
– Храм, – чуть подумав, ответила я. Это не та информация, что нужно беречь, как зеницу ока. – Убежище вроде моего. Это западное Дно, на самой границе с северской Белой Башней… О-ох ты ж!.. Да х-хевлова стая…
Меня внезапно осенило. В то утро, когда Северянина обнаружили убитым, а к его заказчику наведался неведомый подонок, последнего рассмотреть мне не удалось. Зато сейчас очень ярко перед глазами встали нечёсаные сальные патлы Трюхи, прикрывавшие дырочку от «жёлудя» на его лбу. А мне же ещё тогда на Хёльдегат от дома сгинувшего заказчика запах немытых волос донесло. И от Трюхи пахло точно так же…
Хвенсиг! Лягушонок ведь по моему поручению следил за тем шнырём до самой Белой Башни! Он бы точно смог опознать – Трюха это был или нет.
Эрланн не перебивал, не понукал, лишь жадно придвинулся ближе, почуяв зацепку и ловя каждое моё слово.
– Где его тело? Ещё раз увидеть можно? – у меня зудящей болью задёргалось подозрение, что первые два убийства действительно связаны.
– В мертвецкой следственного бюро. У тебя есть какие-то…
– Оставайтесь здесь, я за возможным свидетелем. Думаю, часа за три обернусь туда и обратно.
– «Туда» – это где мой разломанный переговорник остался? – понятливо хмыкнул Эрланн, открывая портал. – Трёх секунд хватит.
Я непроизвольно отшатнулась от вспыхнувшей рядом арки. Но сжала зубы и шагнула в огонь под пристальным взглядом мага. Хуже, чем было на кресле, уже не будет. Теперь хоть знаю, чего ожидать. И, шагая, закутала себя в ледяной мистраль, чтобы вновь не достал этот жар, не прожёг до самого сердца…
– Ждите тут, – я указала Эрланну на тёмный угол.
Мельком осмотрела свою комнату: наспех заправленная кровать, на тумбочке несколько книг по основам магии – Коста дал после первого урока. Задёрнула прожжённую занавеску на единственном окне, прежде высмотрев на подворье стайку бабочек, уже проснувшихся после рабочей ночи. И лягушонка среди них.
Завидев приближающуюся меня, Хвенсиг вскочил, подбежал и уткнулся лицом мне в живот.
– Это что ещё за нежности, сопля?
– Ветерок, я тебя больше никогда «девкой» называть не буду! – проскулил малёк, крепко обхватив меня ручонками. – И Режинку не буду! И Птичку, и Кнеську, и остальных тоже! Они… они… Тяжко им, Ветерок! Режка меня с собой брала… А с ней там такое… Я не видел, слышал только, и на ней после лица не было…
– Что, сопля, понял наконец, как некоторым «девкам» на жизнь зарабатывать приходится?
– По-онял, – всхлипнул лягушонок, и я потрепала его по светлым вихрам. – Ты меня им не отдавай больше, ладно? Я дома буду сидеть, я все-все цифры выучу! Вот, всю бумагу исписал!
Он рванулся было обратно к столам, но я и сама заметила там измятую стопку листов и тонкую книжку с прописями; удержала мальца.
– Всё, не реви. Скоро переедем. Есть мысль, куда тебя пристроить… Только сейчас ещё в одно место наведаемся. Пошли.
Сказала, а у самой кошки на душе заскребли. Ещё не хватало его в таком состоянии в мертвецкую к следакам волочь. Я завела мальца в квартирку, неуверенно посмотрела на Эрланна. Зато Хвенсиг уставился на него с живым любопытством, словно не ревел в мой плащ ещё минуту назад.
– Ой, Ветерок, а это же этот, из кофейни… Ну, который тебе нравится, только ты на меня из-за этого тогда разозлилась чего-то, – с детской непосредственностью громко прошептал он.
Эрланн повернул голову и с ответным интересом уставился на мальца. Услышал, конечно.
– А, не, это другой… Похож просто… А этот тогда кто?
– Маг в пальто, – оборвала я мальца. Вот же язык без костей… – Помолчи пока. Мон Эрланн, может, есть какой-то другой способ? Без опознания? Я, честно говоря, не подумала… Ребёнок всё же.
Слабость свою показывать не хотелось, но к хевлову Хвенсигу я успела привязаться. Не нужно ему в таком возрасте на трупы смотреть. Действительно не подумала.
– Может, по описанию как-то получится? У него память цепкая, особенно любит лишнее не к месту вспомнить…
– Я могу установить ментальную связь и считать образ. На это любой теневик способен. Возможно, вы с Костой когда-нибудь и до этой темы дойдёте. Это самые основы теории магии, если что.
Вроде спокойно сказал, без эмоций, но иронию по поводу того, что мы с Костой близко общаемся, сложно было не заметить. Нет, мон Эрланн, вы не правы. Коста мне отличный урок преподал: как не реагировать на провокации. Тем более вам-то какое дело, чем мы там с Костой бываем заняты…
– Буду знать, – сухо ответила я и присела перед лягушонком. – Так, икринка. Теперь соберись. Помнишь то утро, когда Северянина пришили? Я тебя ещё отрядила следить за подонком на Листегат. Можешь вспомнить, как он выглядел? Лицо, волосы, одежду – любую мелочь.
Лягушонок похлопал белыми ресницами, закатил глазёнки к потолку и уверенно кивнул. Эрланн немедленно подошёл к мальчонке сзади и положил ладони на его виски, прикрыв глаза.
– Это он, – подтвердил маг. – Застреленный у магнадзора. Трюха. Объяснишь, наконец, что к чему?
Я же с тревогой всматривалась в мальца. Хевл его знает, как это ментальное воздействие на нём отразится. Но Хвенсиг стоял ровно, не морщился, в обморок падать тоже не собирался. Кажется, вообще не понял, что произошло.
– Объясню. Так, Хвенсиг… Иди-ка погуляй ещё немного. А ещё лучше к Малышу сходи: поешь хорошенько, заодно и мне ужин принесёшь.
– А про подонка того не надо уже? Ты ж сама попросила, – не понял малец.
– Я уже всё увидел, – непривычно мягко ответил вместо меня Эрланн. – Это такая магия, чтобы мысли читать. Ты молодец, Хвенсиг.
Лягушонок, не оборачиваясь к мужчине, округлил глаза и снова громко зашептал:
– Так он что, всамделишный маг, Ветерок, ты не пошутила? Ты ж от них, как от огня бегаешь… И сама мне говорила на выстрел не подходить…
– Всамделишный, – подтвердил господин главдеп. – Кристар Эрланн. Может, и мне расскажешь, почему твоя подруга от магов бегает?
Но я уже вытолкала лягушонка за дверь, громко хлопнув ею, и с яростью взглянула на мужчину.
– Не смейте! Подойдёте к мальцу хоть на шаг без моего ведома – все сделки отменяются, ясно?! Поклянитесь!
Я саму себя не узнала. Но стоило только подумать, что наивного Хвенсига с помелом вместо языка кто-то начнёт использовать в своих целях, так затрясло просто. И стало без разницы, кто передо мной: глава «охранки», король или сам дьявол… Да хоть Тот, Кто Ещё Ниже!
– Клянусь, – негромко произнёс маг и показал вспыхнувший треугольник магического обязательства. – Ветерок, ты дверь заморозила этим выплеском. Показать, как быстро это исправить тем же воздухом?
Как оказалось, несложно. Получилось со второго раза.
– Давайте продолжим, – кивнула я ему на единственное кресло, сама же с ногами устроилась на кровати. – Итак, за Северянином я следила с самого Арвенского приёма. Не спрашивайте, почему: у меня были свои причины. Точнее, там я набросила на него «поводок», на ночь отправилась к себе, а с утра уже увидела Серую Гарду на Хёльдегат и оцепленный дом. Второй «поводок» был на его собеседнике, и вот к нему-то приходил Трюха-ловкач. Которого спустя два дня застрелили у магнадзора.
– Почему ты за ними следила? О чём таком они говорили на Арвенском приёме? Что тебя заинтересовало настолько, что ты устроила за ними слежку?