– Нет, Ветерок, – лишь прижал к себе Коста. – Захочешь – расскажешь.
– Нечего рассказывать, – буркнула я. – Просто неприятная тётка эта Кьеделиг.
– Отвратительная, – согласился Коста. – Я ей мышь в сумочку засунул, когда она впервые в этом доме появилась. Отец нанял. Больше не приходила.
– А я не додумалась, – нервно засмеялась я, прежде чем спохватилась. – В смысле, сейчас не додумалась бы. Коста, пойдём обратно. Мне нужно работать.
– Мне быть рядом или не мешать?
Я посмотрела в тёплые ореховые глаза. И потянулась к губам Косты, но он мягко придержал меня за плечи. И сам притянул за подбородок, перехватив инициативу и смяв мои губы в глубоком жадном поцелуе. Неожиданно сильно ухватил позади шеи и за талию, впечатывая в себя. Мне понравилось. Действительно, хватит этих невинных игр. Я хотела напора, страсти, и именно это сейчас внезапно прорвалось в Косте. Пальцы скользнули в вырез и ощутимо сжали сосок, заставив меня коротко застонать.
– Не помешал? – насмешливо раздалось сбоку. – Коста, на этом приёме есть хоть одна девица, что не поддалась твоим чарам? Как минимум с десяток расцарапали бы тебе лицо, если бы стояли сейчас на моём месте. О, Ветерок, извини… Ты, видимо, не знала.
– Ревнуешь, Крис? – легко спросил Коста, даже не повернув головы и не выпуская меня из объятий.
– Нет, просто хочу раскрыть глаза нашей дорогой кузине. Что она не первая и не последняя.
– То есть, по-твоему, только стихия может определять совместимость? Давить, принуждать против желания… А в простые чувства ты не веришь?
– Прекратите! – взорвалась я, выплеснув раздражение небольшим смерчем. – Как будто меня здесь нет! Идите к хевлам, оба!
Братья отступили на пару шагов, потому что вырвавшаяся из меня стихия никогда прежде не обладала такой силой – смерчем выворотило ближайший куст, а в земле осталась глубокая воронка.
Сбежав обратно в особняк, я выпила залпом два бокала йелленского.
Что за?!..
Какого!..
Так прямо и откровенно… Что это вообще было? Коста ведь никогда не был таким напористым! А сейчас словно почуял присутствие Эрланна, вот и… А тот тоже хорош: намеренно упомянул о прежних похождениях брата… К хевлам, к хевлам, к хевлам!
Я Ветерок. Я Принцесса. Я Эстель Абрего.
Немного успокоившись, вновь прислушалась к ветрам. Братья до сих пор были в саду. Не зная, что пропустила до этого, услышала следующее:
«…в архивах магконтроля?»
«Ты и так перелопатил их полностью, Крис. Не выдумывай то, чего нет. И оставь её наконец в покое».
«Эта Кьеделиг тряслась как осенний лист. Не лгала, но явно не договаривала».
«Любой трясся бы, зная, как ты умеешь спрашивать. Крис, ты меня услышал?»
Донеслось тихое хмыканье.
«Я отвечу тебе, Коста. Но – только тебе. Извини, Ветерок…»
И ниточку бриза выжгло пламенем, обрывая связь с садом.
Оставшись на какое-то время одна, собралась и взяла себя в руки. Вновь нацепила скромную улыбку и вышла к гостям. Комплименты, поздравления, пустой трёп. Я только вежливо кивала с отсутствующим взглядом. На деле же я вовсю перебирала «поводки»: обрубая одни, усиливая другие.
«Нет, какой мужчина этот Кристар!» – восторгались в гостиной.
«Ах, ты помолвлена всего три дня и уже разочаровалась в женихе?» – язвительно отвечали там же.
«Кто бы говорил, ты сама недавно сохла по Костанцу… Вы больше не встречаетесь?»
«В Анри я не разочаровалась, но ведь Кристар – маг… И мон… Повезёт же кому-то…»
Понятно, ту гостиную можно обрывать. Выслушивать подтверждение слов Эрланна о насыщенной личной жизни Косты не хотелось. Само собой, что он не был затворником, вдруг разозлилась я на себя. Богат, красив, обходителен.
А ещё больше я злилась на Эрланна, потому что за ним такой славы героя-любовника не водилось. Если бы в столице успел нагрешить, то слухи уже долетели бы. Лучше бы числился записным ловеласом, тогда у меня не было бы стойкого ощущения, что его огонь так бурно реагирует только на меня. И что сам Эрланн, опытный маг, словно не знает, как с собственной стихией справиться…
Я обходила гостей, перебрасываясь с ними ничего не значащими фразами. Тоже целое искусство, как учила фрея Кьеделиг. Уделить внимание каждому, но не позволить втянуть себя в длинный разговор.
С больших компаний сразу сняла «поводки» – о важном при таком количестве ушей болтать не станут. Смахнула свои ветра со шляпок хихикающих и краснеющих девиц. А вот эту троицу мужчин я обязательно послушаю – один из них заикнулся о департаменте. Подходить не стану, нечего им своим присутствием настрой сбивать.
Куда больше меня интересовали разговоры кулуарные, и таких приглушённых шепотков тоже хватало.
«…зачем же так категорично, мон Эрланн? Вы ведь разумный человек», – донёсся обрывок из кабинета на втором этаже.
Незнакомый голос был ласковым, почти отеческим.
«Мне больше нечего вам сказать, – спокойно ответил господин главдеп. – Прошу вас покинуть мой дом».
Я скользнула по центральной лестнице наверх, жалея, что не дёрнула за эту ниточку раньше. Я не ошиблась: из кабинета Эрланна вышел один из тех подонков, что «пригласила» Глубина. Фрой Престон, богатый судовладелец. По мне он скользнул быстрым взглядом, но не кивнул, не сделал донного знака. Пытался договориться с новым главой «охранки»? Наверняка. Рано или поздно принципиальность Эрланна встанет Дну костью поперёк горла, и тогда будут разговаривать не так вежливо.
Я постояла у двери кабинета, размышляя, стоит ли объяснять Эрланну, что этот город уже не «вылечить». Не то чтобы мне была небезразлична его судьба…
– Да. Начинайте, – отрывисто произнёс он кому-то в переговорный браслет, распахивая дверь.
Я, застигнутая врасплох, развернулась перед его закаменевшим лицом и бросилась обратно к лестнице, насколько быстро мне позволяла пышная юбка и высокие каблуки.
– Стой, подожди!
Да, Принцесса, бегать в бальном наряде по коридору – совсем не то же самое, что в бесшумных сапожках и удобных штанах по улицам. Чувствуя, что вот-вот настигнет и снова схватит за руку или чего похуже, остановилась сама. Резко обернулась и вскинула навстречу руки в предупреждающем жесте, ощерившись бритвенно острыми лезвиями сармы, злого собрата трамонтана.
– Не прикасайтесь ко мне! – выкрикнула я.
Эрланн остановился так же резко, едва не впечатавшись в меня. И тут же обдало облаком из запахов кожи, перца и аниса. Покорно кивнув, он сделал шаг назад, недоверчиво рассматривая прорехи на ткани рукава. По коже тоже полоснуло, и сейчас на его кистях вспухали неглубокие красные порезы.
– Ты так быстро учишься, Ветерок… Очень хороший щит, – с удивлением сказал он. – Пожалуйста, не убегай. Я хотел попросить прощения за сцену в саду.
– Только за это? А прошлый раз не в счёт? – горько усмехнулась я.
– Да, только за это. А что оскорбило тебя в прошлый раз, Ветерок? – тихо спросил он, пытливо заглядывая в глаза. – Услышанная правда?
Я с силой выдохнула через нос, сморщилась, пытаясь избавиться от волнующего запаха. Отвернула голову, будто тут чем-то другим можно было дышать.
Так он со мной говорил впервые. Мягко, спокойно. Открыто. Не прятался за равнодушным ровным голосом, каким говорил со мной в последнее время. Не был холодным грубым главдепом, как вёл себя поначалу. Не давил огнём. И я отчаянно старалась не замечать бьющуюся жилку у него на виске, поджатые в лёгком волнении губы, ждущие моего ответа глаза.
– У вас только что был человек, – сглотнула я, отведя взгляд. – Вы должны знать, кто это…
– Я знаю, кто он, Ветерок. За меня не волнуйся.
– Я и не…
– Да, – дёрнул он уголком рта в горькой усмешке. – Глупость сказал, действительно. С чего бы тебе волноваться… Я лишь хотел сказать, что у тебя нет причин избегать меня. Я увидел сегодня достаточно. И я не враг своему брату. Могу я рассчитывать на то, что мы просто продолжим работать вместе? У моей кузины Эстель действительно огромный потенциал, твои способности нужны департаменту. И, надеюсь, между нами станет меньше недопонимания, раз уж с моим отношением к тебе теперь и так всё предельно ясно?
Повторное признание снова выбило из колеи. Одно дело, когда тебе в порыве страсти шепчут, что якобы свела с ума с первой же встречи. Бабочки рассказывали, что их клиенты в ожидании соития все как один обещают жениться и сулят золотые горы. И совсем другое, когда вот так: буднично, безнадёжно, просто констатируя факт. Извиняясь за собственную слабость.
– Держите себя в руках, – после долгой паузы ответила я, а голос предательски дрогнул. – Тогда продолжим работать, Кристар.
В его глазах вновь взметнулись зелёные сполохи, и я пожалела, что решила назвать его по имени в знак примирения. Потому что от такой его реакции смутилась сама, вспомнив, как чуть не прошептала вчера это имя, млея под огненным массажем с острым перечным запахом.
– Я пойду к гостям, – поспешно отвернулась, чтобы не заметил заполыхавшие уши.
– Твой плащ, – быстро окликнул Эрланн, пока не ушла. – Ты забыла в прошлый раз.
Да, точно, принимал его тогда Готрик, а улепётывала я уже из окна…
Он вернулся в кабинет и вышел обратно со свёртком. Я без стеснения развернула плащ и придирчиво его осмотрела. Подозрения оправдались – помимо вплетённых ветров в ткани обнаружилось нечто чуждое. Я вскинула голову, но Эрланн меня опередил:
– Там мои тени. Это не маячки и не «следилки», можешь сама спросить у Смотрящего, Коста подтвердит.
– Тогда зачем? – недоверчиво спросила я.
– Полностью невидимой они тебя в этом плаще не сделают, но в сумерках и ночью скроют так, что никто не заметит.
Это… было бы кстати. Очень полезное дополнение. Не ожидала.
– Спасибо, – растерялась я.
– Там какой-то разный воздух, я правильно эту вещь понял? Он как живой. Но некоторые нити почти не шевелятся.
– Не совсем, – с неохотой пояснила я. – Это ветра. Когда под рукой есть образцы, я могу с лёгкостью сделать такие же. И большинство из них – это не только воздух. Нет, он главный, понятно… Но многие ещё несут с собой повышенную влажность или мелкую морось. Здесь есть ван нуа́р, это чёрный ветер, он за собой грозовые тучи тянет. Есть плювио́рум, туманный ветер. Есть плюца́ль, он всегда с ливнями…