Я не сдвинулась с места, и тогда Коста сам с улыбкой взял меня за руку и подвёл к окну, приобняв за плечи. Вид действительно был прекрасный и почти забытый: на парк и быстротечную Липку. На другом её берегу справа виднелся утопающий в осенних красках Эльдстегат, а слева аллея Пионов. Наш Кирстегат был одним из четырёх самых престижных районов центра.
– Если приглядеться, то виден мой дом. Вон там… Может, пока здесь всё обустраивают, переберёшься ко мне? А потом переедем сюда.
Я не ответила, не сводя с него требовательного взгляда, и он продолжил, спохватившись.
– Ах да, мой бедный Готрик… Видишь ли, он вдруг решил, что Крис может стать для меня угрозой. Глупо, правда? Он же мой брат. Ты, помнится, так переживала накануне отъезда Криса, что его непременно убьют. Конечно же, нет. Я ведь сразу сказал тебе, что Криса не тронут. А Готрик был не согласен. Боялся. Не за Криса – за меня. И с чего бы?
– Эрланн – глава «охранки», – напомнила я. – И собирался уничтожить само Дно.
– Ну, ты же понимаешь, что это невозможно? – снисходительно улыбнулся Коста. – Дно нельзя уничтожить. И Крис тоже это когда-нибудь поймёт. Он так тщательно начал эту войну, даже тебя пытался приспособить… Но ты-то знаешь, на чьей стороне сила, так? Мне было интересно: на что же способен мой знаменитый брат. И, да, Трюху я ему подкинул. Действительно хотел посмотреть на него в деле. Первый его ход был ожидаемый: разрыл все норы. Даже на моей памяти власти проворачивали это уже дважды. Но дальше удивил! Все эти аресты «акулек» третьего и второго круга… Нет, дорогая, конечно же, ты ни при чём! Я знаю: ты Дно никогда не предавала. Потому что давно сделала выбор в его пользу. Только в нём сила. Ты сама это понимаешь. Но он действительно удивил: сам сумел вычислить столько «акулек»…
– Почему ты уверен, что он не вычислит и остальных? Ту же Алоизу, к примеру.
– Со временем, конечно, вычислил бы. Но зачем, если я сам уже всё ему рассказал? – так просто сказал Коста.
Я не поверила услышанному.
– Ты… что? А… он?
– Ну, раз вернулся в Дансвик, значит, уже осмыслил, – пожал он плечами. – Ты о чём-то ещё вроде бы спрашивала.
Я с усилием собрала разбегающиеся мысли. Так Эрланн знает, что его брат – подонок?! Да не просто подонок… Нет, Принцесса, давай по порядку, иначе я окончательно потеряюсь.
– Готрик. Ты не закончил. Значит, твой преданный пёс увидел угрозу для тебя во втором племяннике?
– Да… Готрик так ревниво оберегал меня. Он действительно видел в Кристаре угрозу, – Коста ласково погладил меня по шее. – Угрозу моему счастью. В тот злополучный вечер он кое-что видел. Пока под вами с Крисом трясся весь дом, так легко было запустить в его кабинет тени и понять, что там происходит… А ведь он уже принял тебя, Ветерок. Всем сердцем, желая нам обоим счастья…
Последнее он сказал с лёгким укором. Я резко напряглась, инстинктивно отодвинулась, но Коста только сжал пальцы на моей шее, внезапно сильно прижав к себе. Снова ласково погладил по бритым отрастающим волоскам и зашептал.
– Ну что ты, не бойся… Я давно простил тебя, Ветерок. Я же знаю, что ты просто запуталась тогда. И Алоиза тоже хороша: так прямо сказать, чего она от тебя ждёт… И ещё эти ваши дурацкие стихии – огонь и воздух… Ну же, любовь моя, это всё позади. Уж чего-чего, а огня тебе точно больше бояться не стоит… Он теперь в самой тебе. У тебя даже запах изменился. И он прекрасен… Теперь, наконец, в род Стордалей вернётся их родовая магия – огонь и тени…
Я дёрнулась, не понимая, о чём он говорит. Этот тон, этот ласковый шёпот вдруг отозвался диким страхом. Какое-то безумие сквозило в его словах. Но Коста держал очень крепко, гладя меня по шее, по плечам, по спине и продолжая шептать.
– Готрик во всём был мне послушен. Но этого вынести уже не смог. У Криса и так было всё: имя, власть, деньги, магия. Но то, что он взял мою любимую женщину… Готрик был готов убить его сразу… Ну разве это не глупо? Наверное, стоило его предупредить, что я был к этому готов. Нет, любовь моя, ну что ты трясёшься… Я ведь действительно не злюсь на тебя. Всё именно так, как и должно было случиться… Только Готрик этого не понял и не принял. Устаревшей морали человек… Так что мне пришлось, Ветерок. Он был совершенно неуправляем, он бы убил Кристара, ведь их магии почти равны по силе. А разве я мог допустить, чтобы мой дядя убил моего же любимого брата? Я успел в последний момент: остановил его, забрал порталом из дома Криса в парк. Мы повздорили: он никак не мог принять твоё предательство. И предательство Криса по отношению ко мне – ты ведь моя женщина. И мне пришлось. Мне просто пришлось, Ветерок. Но он умер с радостью, если ты мне поверишь. Потому что от моей руки. Он ведь так любил меня… Наверное, никто так не любил. Мне было очень больно, Ветерок. И будет ещё больнее, если я не получу такой же любви от тебя…
Ошеломлённая и напуганная до дрожи в коленях, я не знала, что сказать.
– Портал, – зацепилась я за очевидное несоответствие, чтобы отвлечь его. – Ты сказал, что не владеешь магией, Коста.
– У меня её нет, – согласился он. – Но мэтр Норриг – очень, очень хороший артефактор, как я уже говорил. Нужно только найти магов, что добровольно поделятся собственной силой. Смотри, вот это как раз портальный артефакт. Такая маленькая запонка, а влитой единожды силы хватает на несколько «быстрых» переходов.
Вторая запонка хранила магию теней и позволяла Косте передвигаться незамеченным. Например, как в тот раз во Дворце, когда он раздел меня и оставил бутылку мельхенской на утро.
Вот только чужая магия – это очень дорого, и редкий маг готов ею делиться даже за деньги. Готрик – понятно. После того, как племянник снял с него печать силами столичных магов, он добровольно жертвовал свою силу Косте. Но слишком уж хорошо Коста разбирался и в магии воздуха…
Я создала вокруг себя мощный воздушный щит, что, по идее, должен был оттолкнуть Косту, который всё перебирал мои короткие пряди. Наши физические силы не равны, но у меня есть магическое преимущество. Так мне казалось.
– Не напрягайся, Ветерок, – усмехнулся Коста, продемонстрировав часы. Видимо, тоже непростые. – Мне твои ветра нипочём.
– Ты знаешь, что использование магии каждый раз убивает дядю Леванте? – сдавленно прошептала я. – Тем более подпитка таких сложных артефактов.
– Это был его выбор, – ничуть не смутился Коста. – Он знает, что Тому, Кто Ещё Ниже, нужно платить. Он это делает ради тебя, потому что я смогу научить тебя лучше. Просто я вижу больше.
– Коста, отпусти меня, – ровно сказала я, больше не в силах терпеть объятия, из которых не могла вырваться.
– Нет, – ласково прошептал он. – Нет, моя Принцесса. Больше не отпущу. Достаточно этого: «вольный ветерок» и всё прочее… Я слишком долго терпел.
– Я хочу уйти, – нервно дёрнулась я, но получила только нежный поцелуй в висок.
– Куда? – тихо спросил он. – Здесь будут все, кто тебе дорог. Твой дядя. Абертина. Хвенсиг. Я. И Дно. У тебя будет всё, что ты пожелаешь. Куда же ещё ты хочешь уйти?
– Что ты собираешься сделать с Кристаром? – прямо спросила я, понимая, кого неожиданно для самой себя поставила на другую чашу весов.
– Ничего, – понятливо улыбнулся Коста и вдруг отпустил меня.
Я недоверчиво отступила на пару шагов назад, но он не предпринял ничего, чтобы меня остановить. И я бросилась вниз по лестнице.
«Он сам сделает всё, что нужно, Ветерок», – донеслась до меня слабым шёпотом тень – уже на улице, куда я выскочила из родного гнезда без оглядки.
Глава 23
«Я позабочусь о тебе, Ветерок. Со мной рядом ты в безопасности, Ветерок».
Эти слова Коста повторял чуть ли не с самого начала нашего знакомства, и я слушала это милое и пылкое воркование с улыбкой, никогда не воспринимая всерьёз. Потому что возможности Костанца Стордаля, лощёного красавца фроя с непыльной должностью в отделе магнадзора – даже не мага, если уж на то пошло – против реальных опасностей тёмной стороны Дансвика были бессильны. Что он мог знать о них, сидя в своём уютном особняке на аллее Пионов…
А, оказывается, знал. И его ласковые шепотки не были пустым «свистом».
«Так ты меня видишь? Пафосным болтуном? Я тебе докажу со временем, кто из нас с Кристаром более честен с тобой». Тоже его слова, когда я хмыкнула на очередное его обещание меня защитить. А ведь так и вышло.
Заботился. Защищал. Не спуская с рыбёшки пристальных глаз. Рыбёшку катала домогается? На тебе, Скондрик, перо в бочину. Руками преданного Готрика. Панко в шутку в постельку позвал? Ну, этот хоть легко отделался – лишь отбитыми причиндалами…
А вот так легко играть фигурами покрупнее, как тем же Скатом, что решил рыбёшку за невыполненную работу припугнуть… Нет, много я жестокости на Дне повидала. Но чтобы творилась она с ласковой и весёлой улыбкой, как у Косты, – такого я у самого отбитого на голову «мясника» не видела.
И столько всего осталось непонятным… Раз он не желает зла брату, зачем хотел его подставить, разлив заказанный парфюм с запахом кожи и перца на месте убийства Готрика? И что собирается делать дальше? Надеется, что брат примет его как есть? Не примет, в этом я точно уверена. И под Того, Кто Ещё Ниже по доброй воле не ляжет. Слишком уж Эрланн правильный. Принципиальный законник. Это меня, стихийницу без метки, не сдал в лапы магнадзора, но лишь потому, что к Глубине подобраться хотел.
Да и не факт, что в конце концов не сдаст – уже как изменницу Оркан стражам Возмездия Что бы там между нами ни случилось. Но Дну не продастся, это я знаю.
А, значит, в этом городе останется кто-то один. Оба брата не уживутся. И раз Коста сказал, что Эрланн уже знает… То господин главдеп уже сделал выбор. И обратно в Дансвик этот выбор никак не мог завести.
Так почему же вернулся?!
Впрочем, о возвращении я знаю лишь со слов Косты…
Я сбежала, чтобы подумать и проветрить голову. Нет, я смогу всё это принять. Потому что дядя. Потому что Хвенсиг. Потому что Дно. Сила, которую не побороть. Дно – вот единственно верный выбор. Я даже, наверное, смогу принять этого нового Косту. Как только удостоверюсь, что Эрланну ничего не угрожает.