Коля шипит:
– Потащили ее вон в тот стог, справа. Мол, гуляла девушка, сомлела от шампанского и уснула в стожку. А купальник она, конечно, без нас потеряла.
На фоне чуть бледного неба возникают две рослые тени с рогами на головах. Тени оглядываются по сторонам и поднимают с земли третью.
– Пошли!
Рогатые тени крадутся в противоположенную от озера сторону.
Мишка тихо стонет:
– Ай!
Колька сдавлено:
– Че?!..
Мишка:
– Чуть не упал… Я на твой хвост наступил.
Колька оглядывается:
– Офигел?.. На чей хвост?!
Света и Люда начинают хохотать. Мишка имел в виду «хвост» одеяла, в которое мы укутали француженку. Но тени с рожками на фоне неба настолько выразительны, что это не может не вызвать улыбки.
– Ха-ха!.. Гы-гы!
Женщины зажимают ладонями свои рты. Мы идем, точнее говоря, крадемся дальше.
Издалека, но все-таки уже ближе, снова доносится:
– Жу-у-ули-и-и!..
Мишка едва ли не стонет от досады:
– Шерлоки холмсы! Ребята, нас справа обходят.
Мы сворачиваем налево.
Чужое «…у-у-ули-и-и!..» отдаляется.
Мишка спотыкается второй раз и громко шепчет в спину Коле:
– Ты все-таки «хвост» подбери.
Света и Люда в очередной раз топят смех в ладошках.
Коля злится:
– Хочешь, по рогам дам, юморист?!
Коля:
– Чем?.. У тебя копыта заняты.
Через пару минут мы уже отдыхаем возле стога сена. Цель достигнута. У-ф-ф!..
Ночь вокруг. Звезды… Удивительно сильно пахнет свежей травой. Ночь торжественна и бесконечна, как звездное небо над головой.
Коля склоняется над завернутой в одеяло француженкой. Он улыбается и рассматривает ее красивое, тонкое лицо.
Люда грозно шипит на мужа:
– Ты че там делаешь, хам?
Коля фальшиво-нежно:
– Я только ей одеяло поправлю…
Он нерешительно поднимает руку.
Люда:
– Я тебе сейчас нос на бок поправлю. Убери лапу!
Теперь смеется уже Мишка.
Он почесывает чертенячьи рожки на голове и говорит:
– А вот я ее сейчас поцелую.
Света:
– Ребята, отойдите в сторону, не мешайте. Я пинка мужу дам.
Возвращаемся.
Люда и Света снова смеются.
– Вот черти!.. Козлы вернули капусту. Нет, Европу в Европу!
…Утром мы находим возле разрезанной сети серебряный медальончик. Открываем… Внутри фотография: черт с блондинкой на руках. Разумеется, мы, мужчины, рассматриваем фото значительно дольше женщин. А пока я, Мишка и Коля глазеем на очаровательное личико нашей вчерашней гостьи, Люда и Света ухитряются снова навесить мужьям сзади «хвосты» из обрезков искромсанной вечером сети.
Мишка вздыхает и говорит
– Да, зря я все-таки вчера ее не поцеловал. Она бы не против была…
Коля:
– Точно. Европа – прежде всего эротическая культура. Например, если сделал человек доброе дело – изволь тут же получить презент.
Мишка продолжает с чувством горькой потери:
– А у нас не так… У нас – все даром.
Коля:
– Ага, для этого наши женщины и замужество придумали. А вот чтобы по-настоящему…
Я подсказываю:
– … По-чертенячьи…
Мишка снова вздыхает:
– … Этого – ни-ни.
Люда поднимает «чертенячью» шапочку с рожками и нахлобучивает ее на голову мужа.
Мы вешаем медальон на воткнутую в землю палку. Потом идем к машине… Мишка тут же наступает на «хвост» Коли, а я – Мишке.
Женский смех звучит на все озеро.
Люда весело говорит:
– Все!.. Домой, чертики, домой!
Короче говоря, в общем и целом, возвращение Европы прошло успешно…
Дураки и дороги
Раннее утро… Где-то в тумане загадочно квакают лягушки. Запахом тины пропитан даже тусклый восход. Мы сидим на раскисшем после дождя берегу пруда и тупо смотрим на неподвижные поплавки.
– Идиоты вы, – ругается Сашка. – Писатели, понимаешь… Рыбалка называется – заманили человека жрать водку в болоте! Я сейчас сдохну от похмелья.
Костик вяло улыбается и смотрит на меня.
– Леш, расскажи анекдот…
– В гробу я видел ваши анекдоты, – рычит Сашка.
– Леха их сам придумывает, – хихикает Костик. – Он – остряк-самоучка.
– Я вчера к врачу ходил, – Сашка прогибается и чешет широченную спину большим пальцем. – Он мне говорит: «Плюньте на все и забудьте». Вот анекдот, а?..
– Значит, так, – быстро начинаю я. – Пришел мужик к врачу. Тот его выслушал и говорит: «Плюньте на все и забудьте». Мужик: «Тьфу!» Врач орет: «Мне в лицо?!» Пауза. Мужик удивленно: «Когда, доктор?»
Сашка думает, снова чешет спину и только потом говорит:
– Я ничего не понял.
Я:
– Врач сказал, мол, плюньте и забудьте. Мужик плюнул и забыл.
– Ты философ-одиночка, Леха, – снова оживает Костик. – Твои анекдоты поражены молью и скучной моралью. Ты – эстетический пораженец.
– Обоих бы вас, гадов, в этом болоте утопить, – мечтательно говорит Сашка.
Я натыкаюсь рукой на пустую бутылку. Бутылка летит в озеро… Там, в тумане, раздается глухое «плюх».
– Костик, знаешь, почему поединок «мужик – бутылка водки» всегда заканчивается вничью?
Мой друг молчит.
– Потому что и бутылка пустая и мужик – лежит.
– Ты – эпикуреец-алкоголик, – выдает Костик. – Саш, скажи ему!..
– Не знаю… – вздыхает Сашка. – Кстати, вы оба похожи на Му-Му. Купаться пойду – вас с собой захвачу.
Я смеюсь.
– Заплаканный Колобок прикатился в магазин канцтоваров. Колобок немного поглазел на витрину, потом спрашивает продавщицу: «Скажите, тетя, в вашем магазине ручки есть?» Продавщица: «Есть, малыш…». Колобок всхлипывая: «А ножки?»
– Садист! – констатирует Костик.
– Ага, – соглашается Сашка. – Кстати, Леша, на Му-Му ты похож значительно больше Костика.
Я продолжаю:
– Здоровенный мужик в рабочей спецовке несет по улице дверь. Дверь очень тяжелая, в коробке. Мужик остановился перекурить и прислонил дверь к стене магазина, как раз рядом с табличкой «Часы работы». Вдруг откуда ни возьмись – алкаш. Алкаш «открыл» дверь… А там кирпичная кладка! Кандидат в посетители долго рассматривал стену, потом перевел изумленный взгляд на покуривающего мужика в спецовке и выдавил: «Да ты че, мужик?.. Там же люди!»
– Ну и очень глупо, – уверенно заявляет Костя.
– Глупо то, что, например, вчера я мог отдохнуть в ресторане с красивыми женщинами, – говорит Сашка.
– И я бы мог с тобой! – поддерживает нашего богатого друга Костик. – Но теперь мы вынуждены слушать этого идиота. В Леше нет радости жизни. Он смотрит на людей как импотент-академик на амеб под микроскопом. Наш друг лепит анекдотических гомункулов и думает, что это смешно.
Пока Костик разглагольствует, я незаметно вытаскиваю из его рюкзака тетрадку. Когда вчера вечером мы с Сашкой пили водку у костра и ржали во всю глотку, Костик сидел на берегу и что-то быстро записывал в тетрадку. Он даже не смотрел на поплавки.
Я раскрываю тетрадь… Так и есть!
– …Иногда мне кажется, что человек рожден только для счастья, – начинаю читать я с первой попавшейся страницы. – Потому что у человека просто нет другого выхода. Сейчас я смотрю по сторонам и готов смеяться от радости. Как дивно и чарующе просто жить!..
Мой громкий голос, наверное, слышно на другом берегу озера.
– Гад, отдай! – кричит мне Костик. – Сейчас убью!
Мы в обнимку катимся по берегу. Костик рычит мне в ухо и слепо нашаривает мою руку с зажатой в ней тетрадкой.
– Нет, кто философ?! – ору я. – Кто эпикуреец, а?
– Ты!
– По сторонам он смотрел!.. Да ты самого себя не видел. Такого карася упустил, что…
– Все равно убью тебя теперь!
Сашка зевает и смотрит на часы. В следующую секунду он уже на ногах.
– У меня же самолет в десять! – кричит он. – В машину, живо.
Сашка швыряет в багажник все, что попадается под руку. Потом он тащит нас с Костиком к машине. Мы продолжаем борьбу в могучих руках бизнесмена. Сашка заталкивает Костика на переднее сиденье, меня – на заднее. Мы пытаемся возобновить схватку, но мощный джип так швыряет на ухабах, что больше всего достается Сашке.
– Сделка на «пол-лимона» горит сивушным пламенем, – стонет Сашка, не отрывая взгляда от дороги. – Надо же, связался с двумя дурачками-интеллигентами. Тихо, машину перевернете!
Наша схватка с Костиком стихает лишь после того, как он завладевает своей тетрадкой. Костик прижимает ее к груди и всхлипывает как ребенок.
– Рыболовы!.. Писатели идиотские! – Сашкин джип выписывает такой крутой вираж, что меня чуть не выбрасывает в окошко. – Да что вы в жизни-то понимаете?!
Мы с Костиком молчим.
Джип вырывается на шоссе. За окном с ревом, как оторванный в бурю парус, поласкается ветер.
– Я сразу в аэропорт, – говорит Сашка. – Кто машину отгонит?
– Я!.. – хором говорим мы с Костиком и тянем руки как школьники.
Получается довольно смешно.
– Сволочи вы, – улыбается Сашка. – Кстати и я тоже. Леха, запиши рассказ, только что придумал… Первый и последний в жизни. Дарю.
– Тетрадка у Костика, – напоминаю я.
– Буду я еще всякую ерунду записывать, – ворчит Костик.
– Пиши-пиши, писатель!.. – Сашка морщит лоб. – Значит так… В иностранном кабаке, уронив голову на стойку, спит пьяный мужик. Его будит бармен и спрашивает: «Мсье собирается платить по счету?» Мужик с трудом фокусирует взгляд и отвечает: «Нет». Официант: «Почему?» Мужик коротко бросает: «Я русский писатель, сволочь!» Через час бармен снова разбудил мужика и спрашивает: «Мсье, я долго думал, но так и не смог понять, почему русский писатель не должен платить по счету?» – «Значит, ты все-таки думал?» – «Думал, мсье» – «Долго?» – «Долго, мсье» – «Вот и запомни, сволочь, что я разбудил в тебе человека!»
Костик снисходительно усмехается и все-таки делает пометки в тетради.
Я смотрю на дорогу и думаю… Как относительна дорога! Если смотреть на деревья возле нее, то мы стремительно летим вперед, а если дальше – на деревню – мы еле-еле движемся.