Это было сумасшествие. Огненный вихрь подхватил, закружил, я стремительно летела куда-то, чувствуя, как напряжение внутри становится все сильнее. Тело превратилось в натянутую струну, звенящую и готовую лопнуть в любой момент. С губ срывались короткие стоны, я металась по постели, задыхаясь от нараставшего наслаждения. Еще один миг в невесомости, растянутый в вечности, еще одно нежное прикосновение языка – и я рухнула в пропасть, разбиваясь на тысячи осколков, содрогаясь от горячих волн удовольствия, раз за разом прокатывавшихся по телу. О-о-о, как же хорош-шо…
Я так и не поняла, в какой момент Логинов избавился от своей одежды, слишком занятая собственными волнительными переживаниями. Просто вдруг, вынырнув из головокружительного омута эйфории, поняла, что меня прижимает к постели обнаженное, очень горячее тело, а губы снова сминает жадный поцелуй. Ой. Сильные руки подхватили под коленки, поднимая ноги, и я лишь успела испуганно вздохнуть, чувствуя внизу что-то твердое и большое… Не удержала тихого вскрика, крепко обняв за шею, боль слегка разогнала туман в сознании, и Рома замер. Я ощущала, как тяжело, неровно бьется его сердце, слышала частое дыхание около уха, а потом раздался сиплый шепот, полный изумления:
– Г-господи… Эля?!
Из горла вырвался нервный смешок, я сглотнула, уткнувшись лицом в плечо Роме. Боль притупилась, тело немного свыклось с изменениями, и я осторожно пошевелилась, глухо отозвавшись:
– Ну… так получилось…
Собственный голос звучал немного хрипло, пульс зашкаливал, мгновения тянулись, и наконец Рома шумно выдохнул и сделал первое, медленное движение. От необычных, непривычных и ярких ощущений перехватило горло, они плавно нарастали, и дремучие инстинкты брали верх, помноженные на эмоции. Тело само подстраивалось, усиливая набиравшее обороты удовольствие, только глубже и острее, чем в первый раз, и я снова улетала, обнимая Рому крепче с каждым толчком, прижимаясь ближе. Это было волшебно, упоительно, и мир расцвел новыми красками, сверкая и переливаясь. Мои стоны звучали все громче, огонь мчался по венам, сжигая все на своем пути, дрожь предвкушения становилась сильнее, пока наконец внутри не взорвалось солнце, окатив горячими брызгами и снова погрузив меня в блаженную нирвану наслаждения. Тягучий, долгий стон Ромы раздался буквально несколькими мгновениями позже, и мышцы под моими руками расслабились, а мягкие теплые губы нашли мои, подарив безумно нежный поцелуй.
Надолго погрузиться в томную слабость, наполненную последними отголосками случившегося, мне, конечно, не дали. Логинов перекатился, и выпрямился, опершись спиной на подушку и усадив меня лицом к себе. Его пальцы крепко, но аккуратно держали мои запястья, не давая прикрыться от вновь вспыхнувшего смущения под его пристальным взглядом. Щеки потеплели, я заерзала, отведя глаза и чувствуя себя слегка неуютно: как держаться после всего, было не совсем понятно.
– И почему не сказала? – требовательно спросил Рома, вгоняя меня в еще большее замешательство.
Я фыркнула и за иронией скрыла растерянность:
– И как ты себе представляешь? Прости, дорогой, я немножко девственница?
О-о-о, боже, лицо уже просто пылало, я не знала, куда себя девать под этими слегка насмешливыми глазами.
– Черт, Эля, я был бы осторожнее…
– Все нормально, и закрыли тему, – оборвала я, умирая от смущения и прерывисто вздохнув.
Это в самом деле было так, а небольшой дискомфорт в деликатных местах к утру пройдет, не сомневаюсь. Логинов протяжно вздохнул, притянул к себе и обнял, чмокнув в макушку. Сразу стало так тепло, уютно и спокойно, а на лицо так и просилась мечтательная улыбка. Но… могу ли позволить такую роскошь?
– Если вздумаешь делать вид, что между нами ничего не происходит и сегодняшняя ночь не имеет значения, отшлепаю, – проворчал вдруг он, обняв двумя руками и устраивая удобнее на груди. – Я безумно рад, что ты досталась только мне, – понизив голос до бархатистых тонов, добавил наглый дракон с отчетливым довольством.
– Эй! Никому я не доставалась!.. – тут же возмущенно вскинулась я, несильно стукнув его в грудь.
Ну конечно, договорить мне не дали, заткнув рот смачным поцелуем, еще и за подбородок придержав, чтобы не отвертелась.
– Вот ты говорливая, Искорка, – со смешком произнес Рома спустя несколько минут, потом выпрямился, придержав сердито сопящую меня, и заявил: – В душ и спать, хватит с тебя на сегодня переживаний.
Да уж, верно замечено. Только с водными процедурами я могла прекрасно справиться и одна. Но кто же мне позволит. Похоже, кое-кто задался целью засмущать меня сегодня до цвета свеклы, и я так и не решилась удовлетворить робкое любопытство, упорно не опуская взгляда ниже груди Логинова. А чья-то понимающая усмешка на слишком довольной физиономии усиливала мое замешательство в разы… Наконец я растянулась на кровати, в кольце сильных рук и с удобным плечом под щекой, и моментально провалилась в сон. Этот долгий волнительный вечер закончился наконец-то.
Элис давно спала, тихонько сопя и прижавшись к нему теплым расслабленным телом, а Рома все никак не мог отвести взгляда от ее лица. Его собственные эмоции еще бродили в крови, на языке оставался легкий привкус ванильной карамели – наслаждения Элис. Ох, какой же она оказалась нежной и страстной, отзывчивой и совершенно очаровательно смущалась. Сердце Логинова вспорхнуло шариком к горлу, он осторожно пошевелился, прижав девушку крепче, и улыбка на его губах стала шире.
Маленькая огненная ведьма, раненная в душу и никого до сих пор не подпускавшая к себе слишком близко. И его пыталась тоже держать на расстоянии, только у Логинова было другое мнение на ее счет. Драконье чутье никогда не подводило, и, найдя свою женщину, других он просто переставал замечать. А уж с Элис… Едва ощутив, что он у нее первый, Рома чуть не оглох от торжествующего рева внезапно очнувшегося от долгой магической спячки зверя. Вот это был сюрприз так сюрприз, печати обожгло весьма ощутимо.
И сейчас одна только мысль вызвала волну тихого восторга и чисто мужской гордости. Логинов медленно выдохнул, поправил покрывало на плече Элис – все же ночи здесь, в предгорьях, были прохладными – и уткнулся в кудрявую макушку. Его девочка. Теперь уже точно его, свое он не отпустит.
– Спи, родная, – едва слышно шепнул Рома и прикрыл глаза, наконец уплывая в мягкие объятия сна.
Утро встретило непривычными ощущениями, и спросонья я даже не поняла, почему подушка под щекой равномерно поднимается, матрас такой теплый, а мышцы странно тянет, как после хорошей физической нагрузки. Последняя мысль резко выдернула из сонной полудремы, воспоминания нахлынули волной, а с ними вернулось и смущение. Потому что спала я на Логинове, в одной с ним постели и абсолютно обнаженной. Ой. Щеки вспыхнули, я непроизвольно дернулась, и тут же рука вокруг моих плеч напряглась, удерживая и не давая удрать.
– С добрым утром, – мурлыкнул знакомый веселый голос. – Выспалась?
Ну, в общем да. Хотелось умыться, размяться немного и завтракать. Но для начала надо было собраться с духом и поднять голову, посмотреть в глаза тому, кто сделал меня женщиной. Уф-ф. Лицу стало еще жарче, сердце беспорядочно заметалось в груди, и от волнения перехватило дыхание.
– М-м-м, как же мне нравятся твои эмоции, Элька, они такие искренние, – довольно протянул Логинов, зарываясь пальцами в мои волосы и на корню пресекая мое робкое желание делать вид, что ничего не произошло.
Ну вот как оставаться невозмутимой, а?! Я сама чуть не замурлыкала кошкой, растекаясь по сильному телу Ромы амебой, но все же наскребла в себе храбрость и подняла голову, встретившись взглядом с напарником. Уже и не только…
– Привет, – пробормотала слегка сиплым со сна голосом.
А он, обхватив мое лицо ладонями, накрыл рот долгим поцелуем, лишив на некоторое время возможности соображать.
– Вот теперь утро доброе, – с чувством произнес наглый дракон, отстранившись и глядя на меня с веселой усмешкой. – Завтракать?
Хорошее предложение, особенно чтобы отвлечься от смущающих воспоминаний и мыслей.
– А потом? – подняла брови, стараясь дышать ровно, хотя после такого утреннего приветствия это получалось не очень хорошо.
– Потом отдых и пляж, ты же вроде как в отпуске немножко, – хмыкнул Логинов и коснулся пальцем кончика моего носа. – После ужина пойдем на дело, – понизив голос, добавил он и подмигнул.
Хороший план, мне нравится. Умываясь и одеваясь, вдруг обратила внимание, что вчерашний кулон так и висит на шее, и решила не просить Рому снять. Пусть будет. Мне не мешает, и отличная страховка на всякие неприятные случайности. Мы быстро собрались, позавтракали в отеле и отправились на море. Рома и правда хорошо знал берег и сразу повел в место, где нет назойливых отдыхающих. Правда, пришлось полазать по камням, пока добрались до уединенной бухточки с галечным пляжем, со всех сторон закрытой скалами, но оно того стоило. Тут нам точно никто не помешает.
Только вот когда начала снимать одежду, намереваясь вдоволь поплескаться в теплом море, поймала взгляд Логинова, сидевшего на камне уже в одних только плавках. Он ласково скользил по мне, словно невидимые ладони, и по коже разбежались мурашки, заставив замереть. Внезапно остро осознала, что место действительно закрытое от посторонних глаз, и… Дыхание перехватило от нервного волнения, и я выпалила, бессознательно прижав футболку к груди:
– Что ты так смотришь?
Он что, в самом деле задумал прямо сейчас повторить то, что было ночью?! А Роман вдруг фыркнул и рассмеялся, поднявшись. Я невольно отступила на шаг, насторожившись еще больше, а он отобрал футболку, в которую я вцепилась, как в единственную защиту, ухватил за руку и дернул к себе.
– Любуюсь, знаешь ли, – хмыкнул он в макушку, потом отстранил и взял за руку, заглянув в лицо. – Эля, глупенькая, да не буду я набрасываться на тебя, не делай уж из меня маньяка-то. – Рома тихо рассмеялся. – Я способен сдерживать свои инстинкты, а вот целовать и обнимать буду, – решительно заявил он и вдруг легко подхватил тихо пискнувшую меня на руки. – Пойдем купаться, застенчивая моя.