— Глаза как глаза… красные только… м-м-м… Уж не хочешь ли сказать, что ты — вампир?
— О, еще не все потеряно! — радостно отозвался Канд.
— Мне позволительно тормозить. У меня последние деньки были такими впечатляющими, что тебе и не снилось.
Канд сразу как-то приуныл.
— У меня тоже были еще те деньки.
— Слушай, а у тебя пожрать ничего нету, а? — спросил я, осененный внезапно пришедшей идеей. Желудок тут же радостно заурчал, напоминая, что он уже очень давно пустует и не мешало бы его чем-нибудь заполнить, желательно мясом.
— Смотрю на тебя и думаю, что мне-то обед сегодня обеспечен, — вампир улыбнулся, выставляя напоказ свои неестественно длинные клыки.
— Так вы правда пьете кровь?! — выпрямившись, восторженно спросил я.
— Да. И сейчас я выпью всю твою, — облизнув губы, он двинулся на меня.
— А я тогда тоже стану вампиром?
Остановившись, он посмотрел на меня, как… В общем, как на меня смотрят большинство людей.
— Парень, у тебя с головой-то все нормально? Я говорю, что сейчас выпью все твою кровь!
— Все пять литров? — удивленно спросил я.
— Чего?!
— Выпьешь все пять литров? Ведь именно столько крови в моем организме? Хочешь сказать, в тебя столько влезет?
— Ты псих?
Устало потерев глаза, ответил:
— Я Хисп.
— Хисп, псих — какая разница?
— Положение букв разное, а что?
— Да ничего, — буркнул он, после чего отошел в сторону и, подхватив с земли небольшую сумку (ранее не примеченную мной), кинул ее мне. Я поймал, чисто автоматически. — Только все не ешь, оставь на потом.
Кивая головой в знак согласия, как китайский мандаринчик, я поспешил развязать шнурок, стягивающий горловину сумки. В нос тут же ударили явственные запахи пищи, в которых, к своему удивлению, унюхал даже чеснок. Впрочем, кинув взгляд на вампира, вновь завалившегося на куст и блаженно прикрывшего глаза под первыми лучами восходящего солнца, я выкинул из головы все посторонние мысли и сосредоточился на еде. К моему глубочайшему сожалению, ее было не слишком много. Парочка больших ломтей копченого мяса, несколько луковиц, немного чеснока, бутыль воды, булка черного хлеба и несколько пирожков с печенью. Мне стало совсем хорошо после того, как я изничтожил значительную часть этих запасов (придется их в ближайшее время и в срочном порядке пополнять). В теле появилось долгожданная энергия. Спустя минут десять почувствовал, как зверски зачесались раны под намотанными на них тряпками. Выждав еще минут десять, я осторожно освободил свои кисти. Они были абсолютно нормальными, единственное, что указывало на вчерашний ужас, была розовая кожа. На фоне сильно загорелых рук она очень бросалась в глаза, но это — дело времени. Пара дней под палящим солнцем, и новую кожу будет не отличить от прежней. То же самое было и с плечом. Отойдя немного в сторону, я вырыл (прямо руками — благо земля мягкая) не слишком глубокую яму и, положив в нее окровавленные остатки рубашки, закопал и, хорошенько утрамбовав, закидал листвой, чтобы скрыть все проделанные мной манипуляции.
— Надо было глубже закопать, — раздался позади меня голос Канда. — Запах крови очень силен.
— Сам знаю. Я в тряпки замотал клегл, он спустя час перебьет весь запах.
— Чего замотал? — вампир даже приподнялся на локтях, чтобы лучше видеть меня.
Я молча указал на неприметный синий цветок, растущий почти у самых моих ног.
— Если этот цветок намочить, он начинает выделять резкий запах.
— Так ты не воин? — изогнув бровь, спросил Канд.
— Я? Говорю же: путешественник, такой, как и ты.
— Ну, если как я…
— Именно — как ты!
— Тогда путешественник из тебя никакой, — довольный, закончил вампир.
— Точно так же, как и из тебя, — не менее довольно отозвался я.
Я потуже завязал шнурок на горловине сумки с едой и вернул ее Канду, естественно, поблагодарив.
— Слушай, а в какую сторону ты собираешься путешествовать?
Вампир неопределенно пожал плечами и махнул в нужном мне направлении, по крайней мере именно в ту сторону меня тянуло, причем тянуло до дрожи в коленях. Если же говорить совсем уж буквально, то мне хотелось бежать не останавливаясь.
— Куда-нибудь туда, — меланхолично добавил он.
— Мне тоже надо как раз «куда-нибудь туда».
— А ты не боишься, что я выпью все твою кровь, пока ты спишь?
— Так вы правда пьете кровь? — опять изобразив на лице восторг, вопросил я.
— Пойдем вместе, — сухо ответил Канд. Поднявшись, он принялся отряхиваться и поправлять на себе одежду. Я же мог было лишь наблюдать за этим процессом. Из всех своих вещей мне удалось сохранить только штаны и сапоги из змеиной кожи. Наконец, вампир остался доволен своим внешним видом.
— Пошли, что ли?
Кивнув, я развернулся и направился прямо в лес.
— Эй! Ты куда? — удивленно спросил Канд. — Пошли вдоль поля, рядом с ним идти легче.
— Легче не всегда правильно. И я совершенно не хочу оставаться вблизи этой хрени. — Я с омерзением ткнул пальцем в сторону поля.
— Боишься?! — довольно загоготал вампир.
— Нет. Просто оно меня вчера чуть не сожрало.
Оставив вампира подбирать свою челюсть, я тихо растворился в лесу. Но Канд скоро меня нагнал, при этом он передвигался практически так же тихо, как и я. В редких случаях Канд ступал неосторожно, и тогда под ногами у него с хрустом ломались сухие веточки. Так мы и двигались: я — впереди, а вампир держался на пару шагов сзади, давая возможность выбирать путь мне самому. Я, вообще-то, двигался слишком быстро, чтобы за мной мог поспеть нетренированный человек, но, судя во всему, или Канд был тренированным, или вампиры сами по себе обладали большей выносливостью и силой. А может, и то, и другое. Путь же я выбрал самый кратчайший. Мне не нужно было ориентироваться по солнцу или сторонам света, я просто шел к эльфийке. Держи я свой путь в другом направлении, мне бы, конечно, пришлось применять разные способы, придуманные людьми, дабы находить нужную дорогу, но я шел за Солиной, и мне это было совершенно ни к чему. Я просто знал, где она. Не могу объяснить как, почему, из-за чего — я просто знал и поэтому шел напрямик.
Спустя несколько часов непрерывного движения лесом по какой-то причине стало намного светлее, чем было до этого. Меня это крайне заинтересовало. Остановившись, я поднял голову вверх, стараясь найти этому объяснение. Деревья были все те же (какая-то местная разновидность лиственных вперемешку с более экзотическими, вроде огромных папоротников или чего-то типа пальм), росли с той же плотностью, но все равно стало намного светлее.
— Чего остановился? — спросил Канд, это были первые произнесенные слова за многие часы нашего путешествия.
— В лесу стало светлее, — глядя по сторонам, ответил я.
Вампир поднял голову вверх, пару секунд внимательно всматривался, а потом очень громко и по местным меркам весьма нецензурно выругался.
— Что такое? — заинтересованно спросил я.
— Деревья листья прячут, — хмуро ответил он, потом посмотрев под ноги добавил. — Травы под землю уходят.
Я внимательно пригляделся к деревьям, а затем и к растениям у нас под ногами — вампир оказался прав, как только я сам не заметил?
— И зверья нигде нет! — осенило меня, а я все думал, из-за чего лес какой-то уж слишком тихий.
— Действительно. Ты знаешь, что это значит?
Кивнув головой, я ответил:
— Сезон дождей. И, судя по всему, очень скоро.
Канд, невесело усмехнувшись, произнес:
— Да, максимум через пару дней. Надо будет на первые три дня найти где-нибудь убежище, в первые дни дождь самый сильный, потом же можно будет и дальше продолжить путь, а можно и переждать сезон на одном месте.
— Я так не думаю, — покачал я головой. — У нас нет запасов еды, чтобы просидеть на одном месте полмесяца, а в худшем случае — целый месяц. Да и не хочу, и не могу терять столько времени.
— Ты прав, — потерев лоб рукой, согласился Канд.
— Ладно, пошли дальше, а лучше побежали. Ты как, выносливый?
Вампир лишь хищно улыбнулся, но отвечать не стал. Да и зачем? И так все было ясно. Мы уже полдня были в пути и при этим ни разу не останавливались даже на минутку. По его же виду можно было подумать, что он вообще целый день провалялся в кровати и занимался любимым моим занятием — ничегонеделаньем. В общем, вернув вампиру его улыбку, только в своем исполнении, я отвернулся от него и побежал, с каждой секундой наращивая скорость. Естественно, Канд от меня не отставал, но тихо передвигаться он уже не мог. Впрочем, и я особой бесшумностью не отличался да и не слишком старался. Зачем? Вампир все равно не мог бежать тихо, а если он не мог, то и мне бежать тихо не было никакого смысла. Поэтому я бесшумность заменил скоростью, хотя это было довольно опасно, мало ли кто обитал в этом лесу! Мне это нравилось даже больше. Сразу вспомнилось детство, когда мы с друзьями собирались в лесу и играли с утра и чуть ли не до самой ночи. Тогда мы тоже носились по лесу, как угорелые, вот только тогда мы играли, а сейчас бег был целеустремленный. В одном направлении. Спринтерская скорость продержалась часа два, после чего начала снижаться. Не столько от усталости, сколько из-за чувства голода. Еды у вампира осталось не слишком много, а раз так, то надо было позаботиться о сытном ужине заранее. Так думал не только я, но и «сытный ужин» в виде нархвара (зверь чуть меньше медведя, но очень на оного похож, правда, двигается быстрее и напугать его нельзя. По крайней мере, такие случаи мне неизвестны). Причем эта тварь колоритная так ловко замаскировалась, что я не заметил его до самой последней секунды. Просто увидел когтистую лапу, устремившуюся к моей шее, и едва успел прыгнуть в сторону (хотя все равно оцарапало). Перекувырнувшись пару раз по траве, я спрятался за дерево. В лесу стояла просто неестественная тишина. Ни единого звука не было слышно ни от моего спутника, ни от моего будущего ужина (мне искренне хотелось так думать). К счастью, нархвар был не слишком большим, если это, конечно, вообще, был нархвар, а то мало ли чего мне могло показаться.