— А ты весьма эгоистична, малютка, — с легким упреком прокомментировал Владислав мое поведение, легко спрыгнув с кровати и швырнув что-то мне в лицо. Трусики. Мои трусики. — Прикройся, пока я могу еще себя сдерживать.
Стоило мне только нацепить трусики, как мужчина потянул за руку к себе. Мгновение. Он накрыл моей ладошкой свой напряженный член. Застыла всего на миг. Собиралась тут же отдернуть руку, но успела заметить, как горят его глаза. Нехорошо горят. Дурно. Предостерегающе. Стало понятно, что, если откажу и на этот раз, Влад попросту наплюет на все свои обещания.
Уговаривая себя, что это не так страшно и противно… что это естественно… что я только что разрешила этому мужчине такое, о чем боялась даже мечтать, воображая себе Андрея, позволила показать, как он хочет, чтобы его ласкали.
Владислав был возбужден не меньше, чем я. Во всяком случае, стоило отрешиться от реальности, представить, что передо мной любимый мужчина… Я вполне смогла вытерпеть то, что он делал с помощью моей руки. Делал сам, слава Богам. Мне лишь требовалось расслабиться и позволить ему.
А вот дальше было неприятно, но я тоже позволила… Уже раскаиваясь в том, что пошла на поводу у собственных желаний. Лучше бы немного помучилась, не умерла бы. Вела себя хуже, чем публичная девка. И с кем? С насильником. С человеком… нет, непонятно кем… так называемым оборотнем. Допустила, чтобы он занимался со мной оральным сексом. Страшно подумать… я стонала под ним, извивалась, упрашивала… как низко я опустилась. Владислав тем временем размазывал свою сперму по моему животу, груди… а мне хотелось лишь потерять сознание, чтобы не чувствовать себя такой испорченной, паршивой, никчемной, грязной…
— Мне нравится, что ты пахнешь мной, — прокомментировал мужчина, укладывая меня на себя и обнимая. — Удобно? — осведомился он.
— Да, — мне было все равно. Настолько погрузилась в собственные мысли и проклинала себя за несдержанность и распутство, что меня его вопросы в тот момент интересовали меньше всего. Хотя спустя пару минут поняла, что не так уж удобно. Чуть поерзала, пытаясь устроиться комфортнее. Я бы, конечно, лучше спать на полу легла, только подальше б от него… но подумала, что такая идея Крамова не вдохновит.
— Не ерзай, иначе я решу, что ты хочешь продолжения, — усмехнулся мужчина и чуть сжал своей лапищей попку.
— Не делай так больше, пожалуйста, — тихо попросила, внутренне проклиная его распущенность и похоть.
— Как? Так? — оборотень снова повторил предыдущее действие.
— Не кусай меня больше, — призналась.
— Не сомневайся, сделаю. Пока ты сама не признаешь, что хочешь меня. А ты хочешь, хоть и боишься.
— Мне не нравится, — возразила ему.
— Да, что ты, — усмехнулся мужчина. — Я думаю в соседних номерах оценили, как тебе НЕ НРАВИТСЯ.
— Я не об этом, — наверняка, я покраснела, вспоминая, что он делал со мной и что я при этом чувствовала.
— О чем, малютка?
— Мне не нравится тебя хотеть, — опять захотелось откусить себе язык. Мужчина засмеялся. Нет, разжал. Словно лошадь, а не огромный страшный волк. Он даже приподнялся, чуть придерживая и перекатывая меня на спину. В следующий момент навис сверху.
— Ох, Эмма! — накрыл мои губы своими. Чуть прикусил. — Я смотрю, ты все играешь в недотрогу? — поинтересовался, когда я упрямо сжала губы, пытаясь не допустить внутрь проникновение его юркого языка. Боги, ведь этим ртом он недавно ласкал меня! Там ласкал! — Нравится, когда тебе не оставляют выбора? Вчера понравилось больше? — как-то зло выплюнул он.
— Нет, — зря я ему ответила. Потому что Владислав тут же воспользовался моментом. Насильно поцеловал. Он терзал мой рот с каким-то животным удовольствием и остервенением. Жестко. Долго. Я снова заплакала. Пыталась освободиться, но он просто прижал своим мощным телом к постели. Навалился всем весом. Освободиться было практически нереально. Руки оглаживали бока, волосы…
— Так нравится больше? — спросил он, отрываясь. А я с ужасом увидела, как у него снова загорелись глаза. В них не было даже намека на разум, одна животная похоть.
— Ты обещал, — всхлипнула я.
— А ты обещала не истерить, — безжалостно напомнил он, пройдясь рукой от подбородка до низа живота. Вздрогнула. — Успокойся. Не трону я тебя! — устало выдохнул он, снова ложась на спину и утаскивая за собой. — Но я действительно устал повторять это, Эмм.
Снова лежала, боясь лишний раз пошевелиться и вздохнуть. Стоило прикрыть глаза, вспоминала бешеный взгляд оборотня, горящий похотью. Я даже вообразить прежде не могла, что одним взглядом можно передать всю глубину желания. Вообразить не могла, что меня кто-то будет настолько хотеть. Но мне приятно не было, только страшно.
— Чего ты опять боишься? — видимо, Владислав решил поговорить. Это лучше, чем если он опять начнет…
— Что ты в какой-то момент не сдержишься, — честно призналась ему.
— Ох, Эмм… я контролирую себя намного лучше, чем ты себе можешь представить, — не смогла удержать сомневающийся хмык. Он скорее походил на безумца, одержимого какой-то идеей. Вчера — убить мать, сегодня — завладеть мной. — Зря не веришь, — сообщил и погладил по голове. — Если бы не контролировал, ты бы еще вчера ночью была подо мной. Вовсе не уверен, что стонала бы именно от удовольствия.
— Я тебя не понимаю, — вчера он находился в полицейском участке. Был задержан.
— А ты ничего ночью интересного не слышала? — осведомился. — Или скажешь, что крепко спала?
— Спала я плохо. А что я должна была слышать? — не понимала, куда клонит мужчина. И тут меня осенило. Волчий вой мне не показался. Быть не может! — Волчий вой? — произнесла одними губами, но Влад явно услышал.
— Он самый. Вчера было полнолуние, малышка. Ты не представляешь, какого было бороться с искушением подняться и покрыть тебя. Ты бы просто не выдержала звериного секса, а я не уверен, что удержал бы человеческую форму, — сглотнула, даже боясь представить, каково это… — Если уж сдержался вчера, думаешь потеряю контроль сейчас? Я тебе говорю это не для того, чтобы напугать. Просто не хочу, чтобы при следующей полной луне провоцировала меня. Поняла? — промолчала. — Эмма! Поняла? — повторил он настойчиво.
— Поняла.
— Вот и умница.
— Зачем ты делаешь это? — не выдержала. Я должна была знать. Слишком уж его вчерашнее поведение сильно отличалось от нынешнего. Вчера он собирался схватить меня в охапку и увезти в неизвестном направлении. А сегодня сдерживает себя, идет на какие-то уступки…
— Делаю что?
— Мне кажется, пытаешься договориться, — тихо предположила я.
— Пытаюсь, — подтвердил он. — Понимаешь, пара часов в камере остудили мой пыл…
— Сколько? — перебила я.
— Пара часов, включая транспортировку меня до полицейского участка, — терпеливо пояснил оборотень. — Я мог освободиться еще на лестнице, но делать этого не стал.
— Что это значит?
— Ты точно спать не хочешь? — вздохнул Влад. — У меня была весьма тяжелая ночь, — он не стал дожидаться моего ответа. — Я — альфа. Мать тебе что-нибудь успела рассказать?
Я ее плохо слушала, считая все россказни откровенным бредом:
— Нет.
— В стае волков всегда есть вожак. Это в природе. У оборотней примерно также. Прости, Эмм, — неожиданно сказал он.
— За что?
— Мне проще показать, — нйеожиданно мое тело выгнулось, зтаставляя меня сесть. Прямо на Владе. Мшеня словно сковало. Я больше не была хлозяйкой собственного тела. Сжав свою грудь, начала себя ласкать. Я не могла себя контролировать. Не могла ничего с этим поделать. Остановиться не могла. — Это очень сексуально, малютка, — неожиданно принуждение, которое заставляло проделывать эти отвратительные действия, пропало. Я снова распласталась на Владе. — Когда-нибудь ты поласкаешь себя для меня сама, — прокомментировал он.
— Что это было? — с ужасом спросила у него, обнимая мужчину сама. Сама! Я словно искала спасения. В этот момент мозг напрочь отказывался работать. Влад стал для меня единственным ориентиром во мраке неизвестности.
— Сила принуждения альфы. Как думаешь, мог я освободиться сразу или нет? — вернулся он к теме своего задержания. А я уже напрочь забыла, о чем мы разговаривали. Пытаясь осознать произошедшее, оценила масштабы катастрофы. Здраво оценила.
«Попала ты, Эмма!»
Думала, что хуже уже быть не может. Оказывается, может… Владислав в любой момент мог задействовать свою альфа-силу и принудить меня сделать все, что он пожелает. Все, что только взбредет в его больную голову. Интересно другое, почему он так не поступил вчера?
— Мог, — произнесла. Неужели, Влад сбежал из-под стражи? У меня появилась хоть какая-то надежда. Пусть призрачная, но надежда. Надежда избавиться от него. Ведь могли же полицейские его подстрелить при новом задержании? — Ты сбежал?
— Нет, меня освободили. Вашими. Человеческими методами. Даже извинения принесли.
— Как?
— Позвонил знакомому. Что еще хочешь узнать? — он широко зевнул.
— Ты не сказал, зачем «пытаешь договариваться»?
— Малютка, я понимаю, что ты не в восторге от меня. Поверь, я тоже весьма не рад, что моя истинная пара — человечка, — даже обрадоваться не успела, а он уже развеял все мои иллюзии. — Но мой волк выбрал тебя. И я вчера не смог сдержать его порыва тебя отметить, — оборотень потер пальцами метку, которую сразу закололо. Складывалось ощущение, что она узнала своего хозяина. — Теперь ни у тебя, ни у меня нет обратной дороги. Разве что смерть. А умирать я пока не планирую и тебе не позволю, потому что сдохнуть от тоски не желаю. Поэтому предпочитаю договориться. Нам вполне может быть неплохо вместе. Но я не хочу ждать от своей женщины подлости или удара в спину, понимаешь? — промолчала. Но ему опять не потребовался мой ответ. — Я, безусловно, мог бы запереть тебя в подвале, — «обнадежил» он меня, тут же добавив:
— Но делать этого не хочу, — облегченно выдохнула. Получилось несколько громко. Влад рассмеялся. — Но это никогда не поздно, — с ним, как на американских горках, если не хуже. — Да, не бойся! Я пошутил, если будешь вести себя разумно!