Глава 26
Аашш захлопал глазенками: — Мороженое? Что это? — Это страшный смертный грех, — объяснила я тихонько. — Ура! Грех! — завопил демоненок, — Смертный грех! Глаза Зои округлились, но она справилась с собой и протянула малышу руку. — Не переживайте, госпожа, я не первый раз приглядываю за детьми посетительниц, — сказала она мне. — Пошли грешить! — схватив даглагу за руку, Аашш потащил ее за собой. — Так-так! — пробасила Люсьена-фрекен Бок, разглядывая нас, — Данные подходящие. Где только этот паршивец находит таких красоток? А вы знакомы с его невестой? Это же горное чудище, а не девушка! Эрна Риттенфельд, — модистка словно выплюнула имя, — Тогда как Зои и прочие дурочки сохнут по нему, а все без пользы! Я не нашлась, что ответить. Только протянула Люсьене блокнот с рисунками. — Ах, маленький негодяй, из него вышел бы лучший модельер столицы! — восхищенно закатила глаза фрекен Бок, — А Эрна — это же вылитый мельничный жернов, на такую фигуру ничего приличного невозможно пошить! Эрна Фельдфебель! К счастью, в комнату впорхнули две девушки. — Мари-Софи, снимайте мерки. Нас с монной развели по разным комнатам. Мари, или это была Софи, помогла мне раздеться и начала обмеривать меня, делая пометки на бумаге и одновременно подкручивая объемы на стоявшем рядом манекене. Это не заняло много времени. Софи-Мари вернула меня обратно в кабинет одновременно с тем, как Мари-Софи вернула Лину. — Теперь я возьму вот эту, — Люсьена охватила меня за плечи у увлекла за собой в другое помещение. Попав туда, я почти ослепла от буйства красок. Я попала в хранилище тканей! — Тебя как зовут-то, детка? — поинтересовалась модистка. — Майя Шторм! — О, а что же я тебя раньше здесь не видела? — изумилась фрекен Бок. — Я недавно переехала в столицу, — объяснила я. — А, понятно. И сразу на королевский бал, проказница? Завидные там женихи, да! А старый-то советник тебе родня или нет? — Возможно, очень дальняя, мы даже не знакомы. — Ну и правильно, надо не со старыми хрычами дружбу водить, а с молодыми красавчиками! — Люсьена, болтая без умолку, не забывала прикладывать к моему лицу отрезы ткани. Она крутила их так и сяк, совмещала, сравнивала оттенки. Некоторые ткани она откладывала на стол. — Вот посмотри на меня, Майянелль, мне скоро пятьдесят пять, а моему любовнику — тридцать. И на худшее я не согласна! — Люсьена закатила глаза. Я одобрительно кивнула головой, все же нравы здесь были, как я успела понять, довольно свободными. Миро ночевал в комнате Лины, и вели себя они утром без ложной скромности. — Я вообще-то вдова, но замуж больше не собираюсь! — заявила Люсьена, — Я в своем салоне сама себе хозяйка, и в помощниках не нуждаюсь! А мой Хуан-Педро — парфюмер, кстати, очень рекомендую его бутик, в соседнем здании, называется "Каса дель Соль". Я подумала, что ароматы нам могут понадобиться, и пообещала заглянуть к Хуану-Педро. — Так, детка, все готово! — завалив столик тканями, перевела дух модистка, — Софи-Мари, меняем! — гаркнула она сочным басом. Меня обменяли на Лину. — Разрешите предложить Вам гоффе? — спросила моя Мари-Софи. Я, конечно, обрадовалась, и она увлекла меня в небольшую комнатку, где налила чашку ароматного напитка и оставила меня одну. Я взяла один из модных журналов, лежавших на столике, и принялась его листать, обращая внимание на такие детали, как прическа, аксессуары и обувь. Вдруг меня побеспокоили. Очередная Мари-Софи ввела в комнату посетительницу. Девушка была просто неприлично красива! Идеальные черты лица, обрамленные длинные золотистыми кудрями, точеная фигурка, подчеркнутая превосходным кроем голубого шелкового платья, скромные, но очевидно, очень дорогие украшения. От ее холеного облика веяло роскошью. Мне стало почти стыдно за мой скромный вид. Я была неуместна в этом салоне для баснословно богатых. — Ой, я тут не одна! — воскликнула красавица мелодичным хрустальным голоском, улыбаясь мне, — Я так рада Вас видеть! Она порхнула в кресло напротив меня и взяла чашку гоффе изящнейщим движением. — Меня зовут Ребекка, а Вас? Я на секунду напряглась, но тут же расслабилась. Эта молоденькая дебютантка, очевидно, не имела ничего общего с прожженной авантюристкой и преступницей, кроме имени. — Майя, — ответила я, улыбнувшись в ответ. — А Вы, конечно, тоже опоздали вовремя заказать платья к королевскому приему? — защебетала красавица. Она, конечно, же знала себе цену, но вела себя подкупающе естественно и скромно, в отличие от той же Арабеллы с ее неприятными ужимками и кривляньем. — Как Вы догадались? — удивилась я. — Проще простого! Люсьена не берется за обычные заказы. А ближайший праздник — это как раз и есть прием во дворце. И мы там обязательно встретимся! Я обещаю, мы с Вами станем лучшими подружками! Я Вам все покажу! Разумеется, юная леди бывала при дворе неоднократно, в этом я не сомневалась. Но вот так сразу заявлять о дружбе? — О, я так люблю заводить новые знакомства! Вы просто представить себе не можете! У меня очень много подруг! Видимо, прелестная Ребекка относилась к породе восторженных болтушек, потому что она принялась рассказывать о том, как проводит время с Аделаидой, Матильдой и еще десятком таких же, как она, юных бездельниц. — Что же все о себе и о себе? — спохватилась она, — Давайте о Вас! Как Вам мой сегодняшний стиль? — Очень красиво! — призналась я. — Ой, меня многие считают красивой, но это такая глупость, я не верю! Зато у меня талант! Вот смотрите! Ребекка извлекла из своей сумочки в тон платья крохотный флакончик. — Я делаю отличные духи! И дарю их подругам! Это Вам, Майянелль! Второй раз за сегодня меня назвали этим ужасным прозвищем. Похоже на "майонез". Майя-майонез, приехали. — Я уверена, они очень Вам подойдут. Нанесите их перед праздником! Нашу беседу прервала одна из Софи-Мари, позвав нас обеих на выход. — До встречи на торжествах, моя дорогая! — Ребекка обняла меня, и я успела заметить, что ее гарнитур выполнен в виде изящных золотых и серебряных, а может, тоже золотых, змеек. Я вспомнила слова отца о змеях, но отмахнулась от них. Эта милая и безобидная болтушка уж точно не представляла опасности! — Старая хрычовка! — так приветствовала Ребекку Люсьена, — Иди в кабинет, тебя там ждет Софи. Ого, значит, модистка все же различала помощниц. Странное, конечно, обращение к молодой даме, но, очевидно, они просто хорошо знакомы. В выражениях фрекен Бок не стесняется. — Вы, пигалицы, — обратилась она ко мне с Линой, приедете через четыре дня на примерку. Не обсуждается, живые или мертвые. Уяснили? Мы кивнули. — Так, вот и Зои с Вашим паразитом. Это тебе, маленький бездельник, за то, что не мешал мамаше обмеряться, — Люсьена всучила Аашшу небольшую мягкую игрушку из обрезков ткани, — Мои девки любят дурью маяться! — Цербер! — малыш восхищенно прижал к груди неведомую зверушку. — Да уж, — понизила модистка голос, — Ты-то, я вижу, горячая штучка, Майя! От демона родить ребенка, это не шутка. Я бы тоже с таким мужчиной... Она закатила глаза, а я замерла, опешив. Аашша, видимо, приняли за моего сына! Впрочем, какая мне разница. Все равно обратно домой он не попадет, так что усыновлю малютку-демона. Вот и полегчало на душе от такого решения. — Ладно, о делах, — вздохнула модистка, — Ты как, богатая? Твоя подружка сразу расплатилась. Но если хочешь, могу разбить четыреста семьдесят пять крунтов на десять месяцев. Я кивнула, сглотнув. Почти вся моя месячная зарплата! — Тогда вот тебе квитанция, пиши адрес. Я вывела "Винтерлунд". — Ах, так ты, что ли, с младшим Алданом там работаешь? А я его помню таким вот сопляком, — Люсьена махнула в сторону Аашша, — Мамаша его ух и модница была, ух и красавица! Я тогда еще не догадывалась, что надо пострелят посылать есть мороженое, так они мне тут вдвоем все с ног на голову ставили! То привидений наделали из лучшего шелка, то манекены оживили, те передрались так, что только в помойку годились, то раскроили платье для мамочки из Дан-Джаранской парчи. Бедная графиня только успевала платить за проделки этих паршивцев. Алистер, конечно, был заводилой! Но и Адриан не уступал. Это из-за маленьких негодяев Алданов я стала отсылать спиногрызов в кафе! Привет мерзавцу, и второму тоже! Уже на выходе из салона я услышала тихий оклик: — Госпожа Майя! Я обернулась к Зои — Госпожа Майя, пожалуйста, только если Вас не затруднит, — девушка умоляющими глазами смотрела на меня, — Передайте эту записку, если, конечно, сможете, виконту Гранруту! Она незаметно вложила мне в руку свернутую бумажку. Я кивнула, и мы вышли на улицу. — Заглянем в бутик духов? — предложила я монне, и она с радостью согласилась. Проходя мимо мусорного ведра, я разжала кулак, и записка Зои упала внутрь. Чем быстрее помощница модистки поймет, что ее чувства невзаимны, тем лучше для нее.
Глава 27
"Каса дело Соль", прочитала я на вывеске. — Нам сюда, — показала я монне. Вообще-то у меня, благодаря случайной встрече с богатой сумасбродкой, духи уже имелись. Но у Лины, возможно, их не было, я не помнила, чтобы она когда-либо пользовалась парфюмом. К тому же было любопытно познакомиться с Хуаном-Педро. — Добро пожаловать, мои дорогие, — из-за прилавка выпрыгнул типичный тореро. Он даже одет был в желто-красных тонах, а на рубашке — искусная вышивка. — Что вам предложить? Повседневные, праздничные ароматы? Ароматы для себя, для работы, для вечера в кругу семьи, для посиделок с подругами, для встречи с любимым? — сверкнул он глазами. — Пожалуй, праздничные, — рискнула я. Лина же указала на стеклянную стойку, оформленную в романтическом духе. — Минуточку! — мужчина обежал пространство, собирая с полок флаконы, и поставил перед нами несколько фигурных скляночек, — Вот это Вам, выбирайте, а это — Вам! Он протянул нам специальное палочки, и мы начали нюхать. Аашш дернул Хуана-Педро за руку. — Мне нужен такой дух, чтобы пахло серой, порохом и адским пламенем! — У юного сеньора превосходный вкус! — восхитился парфюмер, — Этот дух, он для Вас, юный сеньор? — Нет, конечно! — бесенок замотал головой, — Настоящим мужчинам не нужны духи, так говорит папочка! Это для мамочки! Хуан-Педро окинул меня неописуемым взглядом. В чем-то они с Люсьеной были неуловимо похожи. — Конечно, мой юный друг, для мамочки! Сера, порох и адское пламя! — парфюмер метнулся в подсобку. — Вот! Пробник от заведения! Это Вам в подарок бесплатно! — он подал крохотный флакон малышу. Аашш, поблагодарив, засунул в карман, из которого выглядывали церберы, новый сувенир. Надо будет купить ему сумочку. Мы подобрали ароматы, я решилась на один повседневный и один романтический, а Лина набрала целых пять разных. На кассе я рассталась с двадцатью крунтов и получила в подарок симпатичный мешочек из синего шелка. Его я отдала Аашшу для его сокровищ. — Ох, какой же я недогадливый! — ужаснулся парфюмер и протянул мне такой же мешочек, только светло-зеленый, — Вы знаете, откуда у меня эти чудесные упаковки? От наперсницы моей души, бесподобной Люсьены! Лучшей модистки в этом городе, а может быть, и во всем королевстве! Да уж, Хуан-Педро обладал весьма старомодным словарным запасом, неудивительно, что его привлекла знойная сеньора немного постарше. Впрочем, главное, что они довольны друг другом. И поддерживают друг друга в работе. Когда мы покинули лавку парфюмера, я немного задумалась. — Господин Беррон, магазин... как его там, не помнишь, Лина? "Шик-блеск"? Монна достала