– Сейчас быстренько погуляем, и я уйду. А ты сиди тихо, не балуйся и меня жди.
По-хорошему надо было взять с собой что-то к чаю из фруктов, но Саша, как обычно, вечером про это забыла, а сейчас собирать сухой паек уже некогда.
– Пойдем, – Саша допила кофе, поставила чашку в мойку, надела на Тошку ошейник.
По проезжей части проехала поливальная машина, Саша отступила подальше от края тротуара, потянула за собой собаку, посмотрела вслед оранжевой машине, а потом уставилась на дверь расположенного на другой стороне улицы маленького магазинчика, куда часто заходила за продуктами.
Магазин, в котором продавали все, от мяса до фруктов, чудом сохранился между сетевыми супермаркетами. Покупатели здесь давно были знакомы с продавцами, встречаясь на улице, здоровались с ними, называли друг друга по имени. Саша ходила сюда с первого дня, как только стала жить в когда-то бабушкиной квартире.
Над дверью магазина висела видеокамера и смотрела прямо на Сашу.
– Подожди, – остановила она пса, тянувшего ее ко входу в парк. – Потерпи, Тоша.
Таща собаку за поводок, Саша перебежала в неположенном месте улицу, подергала дверь – заперто.
Осмотрела снизу камеру и зачем-то опять подергала дверь. До открытия магазина оставалось больше двух часов.
Наспех погуляв с Тошкой, Саша проверила, не забыла ли карточку-пропуск, и отправилась на работу, стараясь настроиться на выполнение служебных обязанностей.
У выхода из метро ее нагнала Юля, робко улыбаясь, поздоровалась.
– Как Боря? – Саше стало стыдно, что она не навестила парня и даже не позвонила.
– Нормально. Он дома уже, скоро на работу выйдет.
– Слава богу. – Саша за руку остановила шагнувшую в сторону тротуара Юлю и кивнула на скрытую за кустами дорожку: – Пойдем здесь.
– Тут дорожка? – удивилась Юля. – Я не знала.
– Ты недавно работаешь. Раньше здесь все время что-то копали, строили. Другой дороги не было, мы всегда тут ходили. Привыкли.
– Мы с Борей поженимся.
– Поздравляю. Он хороший парень. А что ты так рано, Юля? – Саша достала телефон, посмотрела: до восьми оставалось больше двадцати минут. – В такое время никто, кроме нашей службы, не приходит. Гуля тоже ранняя пташка. А ты могла бы еще два часа спать.
Дорожка свернула к тротуару. Улица была почти пуста, только впереди, метрах в ста, у перекрестка, виднелись редкие фигуры прохожих. Трамвай остановился и погрохотал дальше. К тротуару одиноко прижалась «Вольво». Саша мельком посмотрела на пустую машину.
– Я тоже ранняя пташка.
До смены Саша успела выпить чашку чаю, твердо пообещав себе в следующий раз обязательно захватить хотя бы пачку печенья. Чашку с надписью «Александра» подарил ей папа. Она была совсем старая, золотой ободок почти стерся, но Саша ее любила и считала, что она приносит удачу.
Отхлебнув чаю, Саша подошла к окну, раздвинула жалюзи. Сверху хорошо было видно улицу, на которой все еще наблюдалось мало прохожих и забор. Территория промзоны частично тоже была видна, но там уж точно нет ничего интересного, около мусорных баков свалены длинные доски, а на них разлеглась серая кошка.
У забора стоял человек, курил. Бросил окурок, затоптал, раздвинул ветки кустарника, осмотрел дорожку, по которой Саша недавно прошла вместе с Юлей. Мужик сделал несколько шагов, повернул назад, опять полез в кусты.
Саша бросилась к сумке, торопясь, достала телефон, набрала Ивлеву.
– Юля, ты сможешь сейчас выйти?
– Куда? – не поняла та.
– На улицу.
– Ну… Могу.
– Юля, внизу стоит серая машина, мы мимо нее проходили. Запомни марку и номер. А еще лучше сфотографируй, только осторожно. Я думаю, водитель прячется за кустами.
Водителя тоже хорошо было бы сфотографировать, но подставлять девчонку Саша побоялась.
– А?..
– Юля, быстрее, он может уехать.
Ивлева выскочила из-под козырька здания, поднесла телефон к уху, заспешила к проезжей части. Саша со страхом следила за оранжевым топиком. Девушка вполне естественно огляделась, покрутила телефон в руках, перешла неширокую улицу, опять сделала вид, что разговаривает.
– Саш, принимай смену!
– Иду.
Юля прохаживалась по улице, останавливалась, поворачивала назад.
Улица выглядела абсолютно безопасно.
– Иду, – повторила Саша.
Варя проснулась совершенно разбитая, полежала, отвернувшись к стене, поняла, что больше не заснет. Заворочался Илья, она посмотрела: муж протянул руку к будильнику – выключил. Варя снова отвернулась, слушала, как он пошуршал тапочками, вышел, тихо закрыв за собой дверь.
Варя легла на спину, закинув руки за голову. Согласно новой роли, ей следовало встать, приготовить завтрак, улыбаться и желать ему успехов. Она хорошо понимала, что надо делать, только лицедействовать после вчерашнего удара оказалось ей не под силу.
Удар она получила сильный и совершенно неожиданный, странно, что сумела не сорваться. Представить, что Илья откажется с ней работать, до вчерашнего вечера было чем-то совершенно нереальным.
За дверью послышались шаги, Варя приготовилась улыбнуться. Дверь не открылась.
Нечто похожее она переживала несколько лет назад, когда муж защитил диссертацию. Илья тогда ходил счастливый, все его поздравляли, и Варя поздравляла. И почти заболела от того, что он оказался на ступеньку выше ее.
– Я так за вас рада, – сказала тогда ее двоюродная сестра Настя. Варю зачем-то черт занес к ней в гости.
– Чего радоваться-то? – поморщилась Варя. – Степень денег не прибавляет.
Настя уставилась на нее, как будто сто лет не видела, а потом выдала:
– Несчастный ты человек, Варя.
– Что?! – опешила та. – Я несчастная? Это ты несчастная! Не удивлюсь, если до сих пор в девицах ходишь! А мне ты просто завидуешь.
– Мне тебя жалко, – словно не слыша, вздохнула Настя. – У тебя такой отличный муж, тебе бы радоваться, а ты злостью исходишь. Ты ему завидуешь. Не можешь его успехи воспринимать как свои. Не дано тебе.
Они тогда серьезно разругались. Варя думала, что навсегда, но Настя перед Новым годом позвонила, поздравила, и постепенно ссора сгладилась.
И все-таки тогда Варе было легче. Тогда Илья не посмел бы не взять ее на работу. Тогда он этого хотел. Она зря трепала себе нервы.
Илья изменился, и она ничего не могла с этим поделать.
Варя через силу поднялась, прошмыгнула в ванную, вгляделась в свое бледное отражение. Лицо было в порядке даже с утра, и это придало ей сил.
– Позавтракал? – улыбнулась она, входя в кухню.
– Яичницу сделал. – Муж встал, поцеловал Варю. – Хочешь, тебе пожарю?
– Не надо, – отказалась она. – Я сама. Ты где сегодня?
– Сейчас на старую работу поеду, а там видно будет.
– Приказ не подписан еще?
– Не знаю.
Только идиот мог выйти на новую работу, не зная, подписан ли приказ, но Варя промолчала. Включила электрический чайник, полезла за травяным чаем.
Как-то Илья, радуясь собственному остроумию, сострил – никогда не надо никого учить, умного незачем, он сам все знает, а дурака бесполезно, все равно не научится. Вот уж точно, Илья так ничему и не научился, если даже не поинтересовался приказом.
– Варь, я пошел! – крикнул он из прихожей.
– Пока, – откликнулась она и, когда хлопнула дверь, подумала, что напрасно не вышла его проводить.
Впрочем, она никогда его не провожала и не встречала. И ее здорово бесило, когда золовка Катя выскакивала навстречу Глебу. Это Варя неоднократно наблюдала, приезжая на дачу к свекрови. Как-то она сказала Илье, что Катины восторги по поводу приезда мужа выглядят ненатурально и фальшиво, Илья ее не поддержал, и Варя сильно на него разозлилась.
Она посмотрела в окно – машины Ильи уже не было. Подумала, что следовало бы заняться работой, она несколько дней совсем ничего не делала, но думать о таблицах с данными было невмоготу. Она постояла у окна, вздохнула и направилась к телефону.
Максим ответил сразу. Из трубки слышался шум улицы, близкий автомобильный гудок.
– Макс, – пожаловалась Варя, – мне плохо.
– Что случилось? – встревожился он.
– Ничего. Мне плохо без тебя.
– Давай встретимся днем, – с небольшой заминкой предложил он.
– Давай, – грустно сказала Варя.
До свидания времени оставалось много. Варя полежала в ванне, тщательно уложила волосы. По случаю жары совсем чуть-чуть подкрасилась и осталась очень собой довольна.
Опаздывать на свидание не стала, у места встречи в метро оказалась вовремя, минута в минуту. Максим уже ждал, конечно. Варя шагнула к нему и, не обращая внимания на людей рядом, как девчонка, прижалась к его груди. Он на мгновение замер, потом ласково погладил Варю по спине, шепнул:
– Я люблю тебя, – и быстро потянул ее за собой.
Кондиционер в съемной квартире отсутствовал, но лежать напротив открытого настежь окна было не жарко, а приятно.
– Ты чем расстроена, Варенька? – Максим повернулся к ней, приподнялся на локте.
– Я совершенно не могу выносить Илью. – Она протянула руку, погладила его по щеке, он поцеловал ей пальцы. – Физически не выношу. Просто не знаю, что делать.
– Разводиться. – Максим повернулся на спину, подложил под голову руку.
– Это сложно, Макс, ты же знаешь. – Она бы развелась, если бы была уверена, что он не окажется неудачником, как Илья. И потом… Он тоже не торопится подавать на развод.
– Я люблю тебя.
– Я тебя тоже. Макс, как ты все-таки умудряешься выкраивать для меня время?
– Знаешь, – улыбнулся он, – я не хотел пока говорить, но скажу…
Он, не поворачивая головы, скосил глаза на Варю.
– Что? – теперь она приподнялась на локте и заглянула ему в лицо.
– Я буду начальником Ильи.
– Что?!
– Угу, – подтвердил Максим. – Меня назначили директором института. Пока, правда, исполняющим обязанности, но это временно. Я сегодня приказ видел. Меня директором, а Илюшку главным инженером.
– Господи! – Варя откинулась на подушку. – Не может быть!