– А они?…
– Они мои друзья!
– Ты уверена, что они… живые?
– Уверена! – твердо заявила Марина.
– Ткни в меня спичкой, если сомневаешься, – усмехнулся Данила.
– Я не… – смутился Макс и помотал головой: – Простите. Я…
Он оборвал себя на полуслове, привлек к себе Марину, обнял ее и громко выдохнул:
– О господи, живые люди…
Глаза наконец-то привыкли к сумраку, и Стефания смогла рассмотреть новенького в их компании. Мужчина оказался среднего роста, почти одного с Мариной, и некрупного сложения. Одет он был в испачканную рубашку поло и грязные джинсы, которые в двух местах оказались еще и порванными. Отросшие русые волосы топорщились в стороны. Макс то и дело приглаживал их ладонью и нервно оглядывался. Стефания будто со стороны увидела и их самих – таких же скитальцев, грязных, растрепанных, напуганных и голодных.
– У вас нет воды? – спросил Макс.
– Нет, – с сожалением ответила Стефания, проникаясь к нему сочувствием. Он уже по рассказам Марины вызывал у нее симпатию, а сейчас, глядя, как эти двое стоят, сцепив руки, она была искренне за них рада. И то, что Макс, как истинный скиталец, попросил воды, убедило ее в том, что он такой же бедолага.
– А что-нибудь поесть?
Марина спохватилась, охнула, засуетилась, потроша свой мешок. Стефания развязала свой быстрее, вытащила яблоко, мешочки с сухарями и сахаром и протянула Максу часть своей порции. Он первым делом сунул в рот кусок сахара, а потом с наслаждением вгрызся в яблоко.
– Божечки ты мой, как исхудал! – причитала Марина, тогда как остальные молча ожидали, когда Макс подкрепится и начнет свой рассказ. А рассказать тому, судя по всему, было что. Со своей порцией мужчина справился быстро. Он с надеждой посмотрел на яблоко в руке Марины, но, подумав, решительно мотнул головой:
– Нет, оставь себе. Я уже наелся!
– Да куда наелся! Отощал, как… Как ты вообще тут оказался?!
– В подвале или на острове? – усмехнулся Макс и обвел взглядом компанию. – Это смотря как рассказывать – с начала или с конца!
– Да хоть с середины! Только говори! – поторопила Марина.
– Лучше, наверное, с конца. – Макс вновь оглянулся, а затем, привстав на цыпочки, посмотрел за их спины. – Буду краток. Этой ночью, которую я без сна проводил в старой казарме…
– Казарме? – перебил его Данила и многозначительно посмотрел на Стефанию, имея в виду найденные на кладбище могилы военных. Она кивнула, а затем попросила:
– Дай ему договорить.
– Так вот, этой ночью ко мне пришел молодой человек. Я сразу обратил внимание на то, что одет он был чисто, выбрит и не выглядел потерянным, голодным и напуганным. Представился Артемом…
– Артемом?! – опять не выдержал Данила, но на него уже шикнула Марина. Рыжий кивком дал понять, что больше не будет перебивать, и прислонился спиной к стене.
– Да, представился Артемом. Судя по вашей реакции, вы его знаете.
– Еще бы! – воскликнула уже Марина и нервно взъерошила волосы рукой.
– Он сказал, что все это – игра на выносливость. Что я ее достойно прошел, и теперь меня доставят на базу, объявят победителем и вручат приз. Еще этот Артем упомянул, что на второй половине острова находится другая команда игроков.
– Угу, – хмыкнул Данила и скривил губы в ироничной усмешке. – Игроков!
Макс рассказал про то, как его везли на старом катере, как заставили надеть противогаз, а команда осталась без защиты. Когда он упомянул про живущих в тумане тварей, тут уже восклицания не сдержала Стефания. Слушая, она проникалась к бывшему мужу Марины еще большим сочувствием. Приключений ему выпало немало.
– Я сбежал, сам не понимаю как! – закончил рассказ Макс. – Впрочем, они за мной и не гнались. И это страшно, потому что наверняка где-нибудь поджидают. Знают, что деться отсюда некуда!
– Где они тебя собирались высадить? Смог что-то заметить и запомнить? – спросил Данила, отлепляясь от стены.
– Поначалу это было какое-то зеленое поле. Я пробежал его быстро, без препятствий. Потом увидел стену и впал в отчаяние, потому что перебраться через нее казалось невозможным. Сзади – эти. Впереди – стена. Но тут откуда-то выбежала собака, та самая, через которую я передал записку. Она будто поджидала меня, потом побежала вперед и чуть в сторону, вправо. А когда добежала до стены, куда-то исчезла. И тут я заметил лаз…
– А слева от тебя, вдали, не было крестов? – спросила Стефания.
– Не заметил. Поймите, я мчался так, как никогда в жизни. Пролез под стеной и побежал дальше за собакой…
– Возможно, это был тот лаз, который мы вчера с тобой расчищали, – обратилась Стефания к Марине, – только мы пошли налево, в лес, и вышли к лагерю, а он – в противоположную сторону и попал к госпиталю.
– Да, возможно! – согласился Макс. – Я увидел другую стену, перпендикулярную той, через которую подлез.
– И за этой стеной находится башня, – закончил Данила. – Ну что ж, траектория понятна. Можно попасть на большую часть острова под стеной. А вот сообщаются ли как-то между собой две меньшие части, на которых мы находились, так и остается непонятным.
– Наверняка как-то сообщаются! – воскликнула Стефания. – Собака же бегала туда-сюда! Кстати, где она?
Они совсем забыли о том, что вместе с ними был пес. Куда он делся? Выскочил обратно через окно? Но вряд ли собака допрыгнула до такой высоты. Убежала дальше? Видимо, так и было, потому что не раздавалось ни посторонних шумов, ни лая.
– Идем. Не отсиживаться же здесь, – скомандовал Данила и первым двинулся по сумрачному помещению.
– Нам надо найти одну девушку, – пояснила Максу Марина, – она была с нами и пропала.
– Ее похитили эти?! – всполошился он.
– А вот этого не знаем. Ее зовут Анфиса, она была с нами с самого начала. А вчера к нам присоединился ее продюсер, Гоша…
– Гоша?! – вскричал Макс. – Так он же умер!
Заметив направленные на него настороженные взгляды, он поспешно поправился:
– Ну, это я так думал, что умер. Григорий поднялся в башню, ему было очень плохо, он весь горел, был слаб, стонал и трясся от озноба. Я вышел, чтобы разжечь костер. А когда вернулся, застал Гошу без признаков жизни – холодным, без дыхания и сердцебиения. Впрочем…
Макс замолчал, и только когда Марина нетерпеливым восклицанием поторопила его, ответил:
– Я уходил из башни. Это другая история. А когда вернулся, обнаружил, что мертвый, как я думал, Гоша исчез.
– Исчез, чтобы появиться у нас, – криво усмехнулся Данила и переглянулся со Стефанией.
– Анфиса вчера была напугана. Она боялась своего продюсера, но почему – не успела нам сказать. А сегодня утром они оба пропали. Мы их ищем.
– Не уверен, что нам так уж нужно искать Гошу, – не сдержался Данила.
– Тут слишком много всего странного происходит, – вздохнула Марина.
– О да… Слишком! – горячо подтвердил Макс.
– Вот пока идем, и рассказывай о всех странностях, – отозвался Данила. – Кстати, неплохо бы сделать факел. Палка у меня есть, тряпьем сейчас обмотаю. Макс, поделись спичкой!
Факел, сделанный из палки и захваченной Стефанией оставшейся от халата ткани, дымил, вонял и грозил вскоре погаснуть. Но в его свете можно было видеть не только путь, но и рассматривать обстановку. Поначалу ничего интересного не попадалось. Широкий коридор с бетонным полом, свешивающимися с потолка голыми лампочками на шнурах и змеящимися по верху кирпичных стен трубами был таким длинным, что, казалось, опоясывал все здание. Главным развлечением оказалась история Макса. И хоть вопросов становилось все больше, никто его не перебивал.
Когда Макс дошел до рассказа о рисунках в красной книжечке, коридор расширился небольшим холлом с облицованными плиткой стенами и полом. Под самым потолком виднелось зарешеченное окно вентиляции. От того, что кафель был белым, в помещении тоже посветлело. Или просто глаза настолько привыкли к сумраку, что стали различать и детали? Засмотревшись по сторонам, Стефания чуть не налетела на оставленную в коридоре у одной из двух дверей каталку и обогнула ее, бросив взгляд на металлическое «ложе». Данила открыл ближайшую дверь, за которой оказался просторный зал. В центре стояли два оцинкованных стола, над ними нависали неработающие хирургические лампы. У стен выстроились рядами стеллажи с металлическими дверцами, на полках в лотках хранились угрожающего вида инструменты.
– Мясобойня какая-то, – хмыкнул Данила, взвешивая в руке предмет, похожий на топорик, а затем решительно сунул его в свой мешок.
– Крюков только не хватает, – добавил Макс, с интересом оглядываясь.
– Это похоже на операционную. Или… – начала Стефания и осеклась. Она торопливо вышла в соседнее помещение и увидела там то, что думала найти – несколько отключенных холодильных камер.
– Это морг! – объявила она, возвращаясь.
– Пойдемте отсюда! – всполошилась Марина. – Что мы тут забыли? Нам Анфису искать, а не по моргу разгуливать.
– Марин, тут нет трупов, – попытался успокоить ее Макс и приобнял. Но она, хоть и не отстранилась, дернула плечом:
– Да хоть и нет, но были! Здесь нехорошая атмосфера! Хватит с нас уже… и кладбища. Я возвращаюсь!
Но ее и повернувшего за ней Макса остановил оклик Данилы:
– Погодите! Собака куда-то убежала. И тела, если это действительно был морг, не через подвальное окно сбрасывали. Ищем выход! Он должен быть.
Выход из помещения обнаружился быстро, хоть и маскировался под вход в другой, с холодильниками, зал. Стефания первой обратила внимание на то, что дверь в соседнее помещение необычная – двустворчатая и широкая, как ворота. Когда они открыли вторую створку, за нею обнаружился не зал, а шахта лифта.
– Ясно, – почесал затылок Макс, – спускались сюда на лифте. И поднимались тоже.
Словно не замечая опасности, Данила шагнул вперед, ухватился рукой за косяк и задрал голову вверх. А затем передал факел Максу и попросил посветить.
– Лифт над нами. Застрял на первом этаже госпиталя.
– Психиатрической больницы, – поправил Макс.