Даже в вагоне поезда девушка не стала снимать очки, так и ехала, по-шпионски поблескивая черными стеклами.
***
В понедельник ее ждал новый сюрприз. Утром, стоя перед зеркалом, Василиса обнаружила, что цвет ее глаз снова изменился. В это раз они были по-настоящему бирюзовыми. Смотрелось, конечно, красиво, он уж очень ярким был, этот оттенок. Вчерашний вариант был более естественным, хотя тогда Василиса так не думала.
Огорченно вздохнув, девушка побрела к окну, уже предчувствуя, что она там увидит. Утро выдалось по-настоящему питерским: густой туман, переходящий в противную морось. Только в солнцезащитных очках и ходить!
Но делать было нечего: как еще можно замаскировать свой странный взгляд, Василиса не представляла. Остаться дома она тоже не могла. Да и сколько ей придется прятаться от людей? Ответ на этот вопрос даже бабушка не знала!
***
Сегодня Никита ждал Василису в том же книжном. Конечно, это было рядом с его работой, но девушка подозревала, что ему просто нравится местный кофе: слишком часто назначал здесь встречи.
По магазину она так и бежала — в блейзере и черных очках. Еще и мокрый капюшон забыла снять, уж очень не хотелось снова опоздать. И все равно не успела! Ник приветствовал ее демонстративно поднятой рукой, на которой поблескивал циферблат часов.
— Извини! — расстроенно буркнула Василиса. — Я постараюсь тебя не задерживать.
— Не получится, я тебя задержу. — Ник ехидно ухмыльнулся. — Есть информация.
— Ты что-то нашел?! — встрепенулась Василиса.
— Ага, сейчас расскажу... Садись ближе, только сними свою кепку. С козырьком, надвинутым на нос, кофе неудобно пить.
Он кивнул на стаканчик, стоявший перед ним на столике.
— Ты мне кофе взял? Спасибо… — растерянно пробормотала Василиса.
О таком повороте она и не подумала! Действительно, как Василиса собиралась по офису ходить в своем наряде? В любом помещении она сразу же будет притягивать все взгляды.
Ник, никогда не отличавшийся особой стеснительностью, внимательно посмотрел на ее очки и одобрительно прищелкнул языком.
— Красивые! И тебе идут. Но ты же не будешь в них сидеть? Сегодняшняя погода как-то не располагает. Или у тебя фингал под глазом?
Василиса снова огорченно вздохнула. Который раз за утро?
И о таком повороте она не подумала!
— Не фингал, — пробормотала девушка. — Только не пугайся.
И решительно сняла очки. Похоже, сегодня придется обойтись без них.
— Крутые линзы! — Никита даже присвистнул от восхищения. — Где взяла? Там другие цвета есть? Они глаза не раздражают?
Василиса удивленно посмотрела на него. Она никогда не видела всегда неторопливого, немного вальяжного Никиту Апполинариевича таким оживленным.
— А тебе зачем? — растерянно пролепетала девушка.
— Да меня жена уже достала! Вбила себе в голову, что у нее цвет глаз невыразительный. Хочет линзы какого-нибудь оригинального цвета. Я ей на Восьмое подарил одни, но не угодил. Теперь на день рождения заказ получил — снова линзы! Меня уже во всех оптиках города знают!
Девушка сидела ни жива ни мертва. И что ему сказать? Вряд ли на рынке есть что-то похожее.
— Послушай… — Она замялась. — Я не знаю, где их продают…
Сказала и вздохнула облегченно: все-таки выдавила из себя! И тут ее осенило.
— Мне брат их подарил, — затараторила она. — Из Китая привез, ездил туда в командировку. Я спрошу у него, но вряд ли это поможет. Он где-то в торговом центре брал.
— Да уж, из Китая я точно не буду заказывать, — огорченно прогудел Ник. — Рискованно. А чего ты их прячешь? Красиво ведь.
— Мне кажется, чересчур ярко, — честно призналась Василиса. — Не привыкла еще.
— Привыкнешь! К хорошему быстро привыкают. Главное, чтобы глаза от них не болели. Не болят?
— Не-а! — Девушка мотнула головой.
О том, что «линзы» еще и цвет меняют, когда им заблагорассудится, она не стала говорить. Тогда точно от Ника не отвяжется!
— Ну и хорошо! — уже спокойнее прогудел он. — Теперь давай о наших делах поговорим.
— Ты наткнулась на весьма колоритную личность! Этот твой Кондратий Потехин, покуда его Кондратий не хватил, был широко известен в деловых кругах, — воодушевленно рассказывал Никита. — Его убийство в свое время навело шороху.
— А нашли, кто убил?
— Нет, конечно, и без него проблем хватало. А потом революция случилась, и стало вообще не до того. Но я еще поищу информацию. Вот, в этой папке все, что я смог собрать по нему.
Ник протянул Василисе темно-зеленый пластиковый уголок с распечатками.
— Спасибо. — Василиса кивнула, забирая папку.
Она и не надеялась, что ответ найдется так легко и быстро.
— И ты знаешь, — тем временем продолжал Никита, — один интересный момент меня зацепил. Перед Первой мировой Потехин подвизался в окружении князя Михаила Андроникова, которого называли первым подонком Петербурга. По-своему очень интересная была личность. Так вот, ходили слухи, что умел он людей околдовывать. Иначе даже широкие знакомства не смогли бы помочь. Его ведь все принимали несмотря на скандальную репутацию...
Василиса напряженно слушала. Значит, магический след тянется оттуда, из прошлого столетия?
— Очевидно, Потехин участвовал в его махинациях с казенными землями в Средней Азии. Входил в окружение Распутина…
Еще и Гришка Распутин в этом деле замешан? Во что же Василиса влипла?!
Глава 19
Никита Апполинариевич, казалось, не обращал никакого внимания на ошеломленное лицо заказчицы. Неторопливо продолжал, будто и не спешил никуда.
— Когда Распутина убили в конце шестнадцатого, а Андроникова выслали из Петербурга…
— Его сразу же выслали? — уточнила Василиса.
— Практически — в начале семнадцатого. А потом и вовсе посадили в Петропавловскую крепость. Так вот, даже после таких передряг господин Потехин ухитрился остаться на плаву. Кстати, он считался видным масоном. Так что, может, братья по ложе ему помогли, такой вариант нельзя исключать.
— Скользкий тип! И чем он дальше занимался?
— Как я понял, вместе с подельниками по дешевке скупали петербургскую недвижимость у тех господ, которые после Февраля решили сделать ноги. Тогда ведь многие выезжали, продавали не торгуясь.
Никита одним глотком допил кофе и с сожалением отставил стаканчик.
— Я не исключаю, что компания Потехина была только ширмой для птиц более высокого полета, — добавил он. — Деньги через них шли солидные, не по сенькам шапка. Но об их источниках, понятное дело, никаких данных не сохранилось.
— Ясно, — пробормотала Василиса. — Что-то еще удалось накопать?
— Пока все, но я продолжу искать. Давай встретимся, скажем, послезавтра.
— Договорились! А что известно о его сыне, который работал на Ижорских?
— Тут я ничего не искал, некогда было. — Ник отрицательно качнул головой. — Но могу свести тебя с человеком, который знает об этих предприятиях все. Он сам потомственный ижорец, одно время работал в музее истории Ижорских заводов в Колпино.
— Не человек, а кладезь полезной информации! — улыбнулась Василиса. — Думаешь, лучше сразу к нему в Колпино ехать? Я о таких делах не люблю по телефону говорить.
— Да он в Петербурге! Лет десять назад перебрался сюда по семейным обстоятельствам, работает в Петропавловке. Могу хоть сейчас ему позвонить, свести вас.
— Позвони, пожалуйста! А то я только вокруг да около брожу, полезных данных — ноль.
Понимающе кивнув, Никита включил телефон.
Музейщик из Колпино оказался очень приятным мужчиной, согласился встретиться уже завтра. Николай Савельевич — так он представился — ехать никуда не захотел, предложил девушке самой подойти в Петропавловскую крепость.
И это было удачей! Недалеко от крепости, в одном из переулков у Кронверкской набережной, размещался адрес, который дала Василисе бабушка. Именно там, по ее словам, внучка могла найти специалистов, которые снимут с нее метку. Девушка очень надеялась, что и по поводу ненормального цвета глаз ей что-то подскажут.
А сегодня во второй половине дня она планировала заняться наконец-то работой. Очередная статья сама себя не напишет!
Простившись с Никитой, Василиса выждала, пока он свернет за угол, и вновь достала очки и блейзер. Надвинув на лицо козырек, девушка довольно улыбнулась. Так она чувствовала себя намного спокойнее.
С легким сердцем Василиса отправилась домой, в редакцию ехать не стала. Работа журналиста тем и хороша: всегда можно выслать готовый материал по почте.
***
На следующий день капризная питерская погода наконец-то порадовала Василису — выдался хороший солнечный день. Солнцезащитные очки девушки смотрелись естественно, она даже кепку не стала надевать. Пусть прохожие думают, что цветные отблески в стеклах — это озорные блики солнца.
Выйдя на «Горьковской», Василиса с удовольствием прошлась по скверу, миновала Соборную мечеть, подошла к особняку Кшесинской…
Девушка и сама не поняла, почему споткнулась. Ей показалось, что кто-то толкнул ее в спину, да так сильно, что она чуть носом в асфальт не зарылась. От неожиданности Василиса взмахнула руками и налетела на какого-то прохожего.
— Осторожнее! — возмутился мужчина, автоматически придержав ее. — Под ноги смотрите!
К счастью, останавливаться, чтобы отругать, он не стал, поспешил дальше.
— Спасибо, — буркнула ему вслед девушка, торопливо поправляя очки, съехавшие на нос.
И испуганно замерла, прислушиваясь к ощущениям: снова на нее кто-то смотрит! Ну сколько можно?!
Демонстративно оглядываться было почему-то страшно, потому Василиса немного покрутилась влево-вправо, будто отряхиваясь. А сама бросала быстрые взгляды по сторонам, пытаясь увидеть наглеца.
На улице было многолюдно, ее то и дело огибали прохожие. Со стороны Троицкого моста доносился грохот: оттуда ехал трамвай.
Никто не смотрел на Василису, никому не было дела до девушки, остановившейся прямо посреди тротуара. Но она явственно чувствовала, что за ней следят: снова чужой злобный взгляд сверлил спину.