Гордо вздернув нос, девушка зашагала вдоль ограды. Чужой взгляд никуда не делся, лишь только она завернула за угол, принялся за сверлёж, но нервировал гораздо меньше.
Проходя мимо таблички «Музей политической истории России», Василиса вдруг подумала, что прямо сейчас может поискать следилку, установленную где-то в окнах особняка. Решив, что идея просто замечательная, она нырнула в низенькую арку входа.
Увы, в музей ее не пустили! Сегодня он работал только до шести, касса была уже закрыта.
— Зато завтра, в среду, мы работаем до восьми, — увидев огорченное лицо девушки, попыталась утешить ее служащая. — Приходите!
Василиса скорчила недовольную гримаску. Будто у нее есть время специально сюда ехать!
Это было какое-то дежавю…
Тот самый тощий задохлик в том же куцем плаще и зауженных чиносах стоял на тротуаре. И щиколотки у него были белыми-белыми, будто замерзли до состояния пельменей, вынутых из морозилки.
Незнакомец, не стесняясь, рассматривал Василису. Девушка, выйдя из музея, хотела свернуть к метро, но, перехватив его взгляд, так и замерла испуганно. По-хорошему, нужно было уходить, но она не могла. Что-то в этом мужчине ее завораживало. Не внешность, нечто совсем другое…
Василиса прислушалась к ощущениям. Он откровенно ей не нравился, скажем прямо: пугал. Но и ему девушка была безразлична — мужской интерес она считывала мгновенно. Однако было что-то, что связывало их обоих. Нечто магическое…
Стоп! Василиса почувствовала, как сердце заколотилось еще до того, как мозг осознал разгадку.
У него был странный взгляд. Глаза на таком расстоянии сложно было рассмотреть, но Василиса была уверена в этом, прямо чувствовала исходящую от них негативную энергию.
Так он, значит, маг? Вот гад! Думает, что Василиса однозначно слабее, и играется с нею, как кот с мышкой. Так получи ответку!
Девушка отточенным изящным жестом подняла очки на лоб и, кокетливо дрогнув бровью, уставилась на незнакомца. Она не знала, какого цвета сейчас ее глаза, она не знала, что он вообще может увидеть издалека. Но Василиса постаралась вложить во взгляд как можно больше эмоций.
«Чтобы на тебя почесун напал прямо в самолете! — мысленно бормотала она. — Чтобы на тебя кофе вылился, растекся по гульфику светло-бежевой пенкой. Чтобы туалетная бумага во всем доме закончилась в разгар процесса…»
То ли туалетная бумага его добила, то ли что-то еще, но незнакомец не выдержал. Резко, будто подпрыгнув, он развернулся и побежал к перекрестку.
Куда?! Василиса еще не все сказала!
Не задумываясь, что творит, девушка припустила следом, еле сдерживаясь, чтобы не заулюлюкать восторженно. Бабушкин фирменный зырк работает!
Услыхав ее топот, незнакомец припустил сильнее. Свернул за угол, на улицу Куйбышева, и скрылся из вида. Пока девушка добежала до угла, этот спринтер уже почти добрался до «зебры» перехода. Как назло, для пешеходов загорелся зеленый, и он рванул наискосок через дорогу, наплевав на правила.
Василиса не стала его догонять: все равно бы не успела. А рисковать здоровьем, перебегая на красный, было глупо. Даже если она его догонит, то что ему скажет?
***
Утро среды началось для Василисы вяло. Вставать не хотелось, есть не хотелось — вообще ничего не хотелось. Вчера она до поздней ночи писала очередную статью и, конечно, не выспалась. Но хуже всего было то, что у нее закончился запас тем. Материалов на следующую уже не осталось. Она понятия не имела, что сможет раскопать к очередному выпуску. И, главное, когда?
Но надо было заставить себя проснуться, поехать на встречу к Нику, как договаривались. А потом ее ждала эта... Калерия из магических курсов. Вот уж имечко у человека! Если отчество такое же зубодробительное, Василиса только и будет думать, как бы язык не сломать, выговаривая.
И зачем ей сдались эти курсы?! Когда же теперь работать? Небось, Калерия кормить Василису Богданову не будет, когда у известного блогера деньги закончатся.
Девушка открыла ежедневник на странице с перспективными темами. Пусто! И листать бесполезно, в последние дни она только делом Потехина и занималась.
Кстати! А почему бы не написать о Доме аферистов? Она ведь только о ремонте писала, а о самом доме нет. Тем более Ольга Николаевна ждет, сама сказала. А она — первый читатель, все материалы Василисы через ее руки проходят. Тем более можно намутить чего-нибудь эдакого: материалов хватает. Все равно Кондратий Потехин об этом не узнает, он в интернет не ходит.
Заметно повеселев, Василиса поспешила на кухню. Где тут ее кофе?
***
Погода на улице была обычная, питерская. Раскрыв зонтик, Василиса направилась к автобусной остановке. Старательно обходила лужи, смотрела, куда ступать, чтобы не забрызгать светлые кроссовки. Как назло, именно этот момент выбрал большой мусоровоз, чтобы заехать во двор. А Василиса думала, они только в шесть утра под окнами рычат.
Не поднимая зонтик — дождь! — она растерянно оглянулась. И как теперь разминуться с таким огромным автомобилем? Сплошные лужи вокруг. Может, подождать здесь, под оградой детского сада, пока он сам проедет?
Но мусоровоз, вместо того чтобы свернуть к дому, почему-то сдал назад, прямо на Василису. Девушка пропустила этот момент, не увидела из-под зонтика. Услышала лишь нарастающее рычание, а когда выглянула, перед ней уже был огромный грязный автомобильный зад со свирепо горящими фарами.
Ее визг, наверное, слышали и у метро. Волна мусорной вони окатила Василису, перед глазами все пошло рябью, будто мир вокруг превратился в исчезающую голограмму.
Василиса не знала, сколько времени прошло: секунда, две? Ей показалось, что мир вокруг исчез, а потом «включился» снова. Где-то залаяла собака, послышались голоса: слева, сзади и откуда-то сверху. Похоже, ей что-то кричали с балкона.
— Вы номера сфотографировали? — проорал какой-то мужчина, появившийся в поле зрения Василисы.
— Какие? — не поняла она.
— Того придурка! Он же чуть не раздавил вас!
— Валера, ну что ты говоришь? Когда бы она успела, — послышался еще один голос, женский. — Беги, может, на светофоре его поймаешь.
— Ага, — буркнул Валера и рванул так, что только подошвы замелькали.
Прямо через газон, через лужи, не разбирая дороги.
Василиса только сейчас заметила, что мусоровоз не исчез, как раз сворачивал за соседний дом. Ее вдруг затрясло, захотелось крикнуть: «Не надо, пусть уезжает!» Почему-то казалось, что если он остановится, то погонится за Василисой, как в каком‑то ужасном сне.
— Девушка, с вами все в порядке? — Ее теребили уже две женщины. — Скажите что-то, вы так странно стоите.
— В порядке, — прошептала Василиса. — Я сейчас… Успокоюсь немного.
— У нее, похоже, шок. Видишь, какие глаза фиолетовые. Это точно какой-то симптом! — озабоченно проговорила одна из них. — Держи Сэндичку, я скорую вызову.
Она ткнула подруге мелкую собачку в желтом плащике. И как Василиса не увидела, что у нее на руках кто-то сидит? Девушка будто и смотрела, но ничего не фиксировала. Казалось, что картинка проходит мимо мозга.
— Не надо скорую. Я на встречу опоздаю, — прохрипела Василиса. — Сейчас пойду.
— У вас точно ничего не болит? Нет травмы?
— Нет, я же отскочила.
До Василисы наконец-то дошло, что тяжелая железная ограда детского сада, к которой ее хотел прижать мусоровоз, находится напротив, а сама она стоит по другую сторону дороги, на газоне.
— Да мы видели! Только не поняли, как вам это удалось. Уже решили, что вас из ограды по кусочкам выковыривать придется.
Василиса почувствовала, как к горлу подступает противная тошнота. Похоже, ей пора сбегать, пока эти любопытные дамочки не начали в красках расписывать, как ее должно было размазать.
— Вы, наверное, акробатикой занимаетесь, да? — подсказал откуда-то сбоку уже знакомый мужской голос. — Похоже, через крышу мусоровоза перескочили. Кстати, держите ваш зонтик, он в луже плавал. Только осторожно, с него течет.
— Спасибо, — пробормотала Василиса, забирая все еще раскрытый зонтик.
— Да не за что. Не догнал я того козла, упустил! Нет у вас его номеров. Но вы заявление все равно напишите, мы будем свидетелями. И вон Вовка с третьего этажа тоже видел, он курил как раз.
Мужчина махнул рукой куда-то вверх, в сторону балконов.
— Я видел! Дам показания, — донеслось в ответ.
— Спасибо! — повторила Василиса. — Я пойду, мне пора.
Ей хотелось как можно быстрее сбежать от этих добрых соседей. Потому что она знала, как увернулась от мусоровоза. Нет, вверх не прыгала, с балкона это точно увидели бы. Просто прошла его насквозь — отсюда была удушающая вонь и сбой картинки. Еще бы знать, как ей это удалось!
Глава 24
Зонтик пришлось в итоге закрыть: текло с него безбожно. Складывалось впечатление, что он в себя половину лужи впитал. Даже в метро — на автобус Василиса так и не пошла: некогда уже было — зонтик оставлял после себя мокрые следы. Не тонкую вереницу мелких капелек, а ровную полосу, будто это с самой Василисы текло.
В метро пришлось покрутиться, пока смогла пристроить его так, чтобы меньше капало на других пассажиров. Понимая, что ведет себя подозрительно, девушка все время извинялась, но пару раз ее все равно толкнули. То ли случайно, то ли в отместку.
К тому моменту, когда она добралась до Ника, зонтик немного стек. Все еще мокро поблескивал, но хоть лужи не оставлял. Хорошо они сегодня не в книжном встречались, Василисе было бы неловко бродить между книжными стеллажами в таком виде.
Никита уже ждал ее, заняв столик в кафе недалеко от Гостиного двора. Увидев, в каком виде явилась Василиса, охнул, вскочил со стула и постарался окружить ее заботой. Пристроил к окну раскрытый зонтик, помог снять мокрую, забрызганную куртку, пододвинул чашку с горячим чаем и блюдце с пирожным. Разве что в лобик не поцеловал.
— Спасибо, — пробормотала Василиса. — Я не хочу есть.
И только тогда Никита осмелился спросить: