– М-да, я в курсе… И ты как – веришь?
– Ну чё вы! Я что – глупый?
– Нет, ты-то не глупый… А ты можешь сейчас ко мне подойти?
Андрей обернулся на Ксению Петровну. Она кивнула.
– Могу. Только домой за курткой запрыгну, а то дождик начинается.
«Дождик?»
– Слушай, а ты ко мне на квартиру можешь зайти?
– А чё нет-то? – хмыкнул Павлючок.
– Но там могут быть… э-э…
– Мусора, что ли?
– Фу, Серега, не надо. Но если б ты мне принес куртку с капюшоном, зеленую, она в прихожей висит, и зарядник для мобильного, это было бы очень неплохо.
– Да это ерунда! Еще чё надо?
– Ага, – смеха ради добавил Андрей, – если б тачку какую-нибудь неприметную подогнал и ствол какой-никакой – вот это бы в самый раз.
– Ладно, не проблема, – хихикнул Павлючок.
Андрей положил трубку и вернулся в кухню.
– Ты чего задумал? – захлопала светлыми ресницами Ксения Петровна.
– Ну, не могу ж я так сидеть… Вы хоть меня сориентируйте – куда двигаться, а?… Пойду Анну искать. Не впервой. Помните?
«Если не получу направления, просто поеду в Первомайский – пусть мне любящее сердце подскажет, ага!»
Андрей попытался улыбнуться, чувствуя, что улыбка вместо снисходительно-самоуверенной, как задумывалось, выходит жалкой и беспомощной.
– Да, помню, как мы катались… Погодка тогда тоже была!..
По жестяным подоконникам гулко били крупные капли.
– …А я вас правильно понял – как-то вы Аню почувствовали? – все-таки решил уточнить Андрей, когда от нечего делать они перешли в «залу» и уселись перед телевизором, который искрил на каждый разряд молнии.
Было только половина четвертого дня, но из-за непогоды сделалось почти сумрачно.
– Могу сказать только, что она, кажется, жива… Когда человека нет, я какой-то холодный провал чувствую… Сейчас – нет.
– А… сигнал, хоть какой-то, есть?
– Ну, пока вроде нет…
– О-о-о-иии. – Андрей откинул голову на спинку дивана, взял руку Ксении Петровны в свою и устало прикрыл глаза.
Она ответила пожатием.
– Надо надеяться на лучшее, Андрюша.
– Ох надо, надо!.. Знаете, если б не Анна, я бы в вас влюбился – как мне с вами хорошо.
– Ну, вот то хорошо, что ты еще шутить способен.
– Какие уж тут шутки!.. – начал было Андрей, но тут в дверь позвонили.
– Я открою.
Ксения Петровна встала и вышла, Андрей услыхал, как в прихожей раздался голос Павлючка.
– Здрасть, теть Ксень. Андрей здесь?
– Да где ж мне быть-то? – нервно рассмеялся Андрей, выходя в прихожую.
Андрею хотелось взглянуть в глаза приятелю – как, он действительно не держит его за упыря? Не сдал за награду походя? Может, сейчас сюда группа захвата ворвется? Но все было тихо, мирно – прямо семейная сценка…
– Вот, я все принес, – важно произнес Павлючок, отдавая ему куртку-дутик.
«Ну дела! Хотя чему удивляться в этом городе…»
– А… как там обошлось-то?
– У вас на хате-то? – хитро прищурился Павлючок. – Там гости – аж трое.
– Что ты им сказал?
– Что и есть, – невозмутимо пожал плечами Павлючок. – Что вы меня послали за курткой. Зачем врать-то лишний раз? Я врать не по делу не люблю.
Андрей, сам того не желая, издал сухой, кашляющий звук и попытался удержать на месте челюсть, вполне, правда, безуспешно.
– Ну и?…
– А они: где он, где?! У-у!
Павлючок, потрясая загорелыми кулачками, изобразил, как взволновалась милицейская засада.
– Ну я и сказал, что вы на трамвайной остановке ждете. Это ж тоже почти правда. Они даже не спросили на какой – так рванули!.. Я все взял и пошел. Вот тут, как вы меня учили – фонарь, швейцарский нож… Еще кроссовки ваши – а то сыро на улице. Ствола я настоящего найти не успел, но у меня травмик свой. Подойдет? Обойма есть. Из него, если надо, так шандарахнуть можно!
Павлючок протянул пакет, но от растерянности Андрей не брал его, соображая, что же такое в действительности происходит.
– А может, ты и тачку достал? – откашлявшись, поинтересовался Андрей.
– Да, – просто, без затей ответствовал Серега. – Нате.
Он порылся в кармане джинсов и протянул ему связку ключей.
– Угнал? – безнадежно произнес Андрей, боковым зрением замечая, что Ксения Петровна поворачивается, прикрыв рукой рот, и, как-то странно кренясь, уходит в кухню.
– Да нет, – благодушно махнул рукой Павлючок. – У соседа за полштуки арендовал. Он частником бомбит, так ему эти бабки сегодня ни за что не отбить. Он и не собирался сегодня выезжать – вон что делается! Кто куда поедет-то?
Серега был искренне рад, что еще одно преступление совершать не пришлось, и это понравилось Андрею.
– Ну чего, поехали? – слегка подпрыгнул на месте Павлючок.
– Да, сейчас… Я немного мобилу запитаю. Ты похавать на дорожку не хочешь? Я вот хочу. И надо кое-что спросить у тети Ксюши.
Ксения Петровна прибиралась в кухне, но Андрей понял, что делается это для виду – так, чтобы чем-то заняться.
– Так что, Ксения Петровна, что вы скажете: куда нам ехать, где искать?
– Напои Сережу чаем, а я пока оденусь.
– Куда? – не понял Андрей.
– Я с вами еду, – не глядя на них обоих, пробормотала Ксения Петровна и вышла из кухни, тоже как-то боком.
– Кушай варенье, Серж, – меланхолично сказал Андрей, садясь к столу. – Ксения Петровна велела его добивать, а то новое складывать некуда. И поедем…
«Отправляемся искать Анну. История повторяется».
То, что сейчас история намного страшней и для него, и для Анны, ему думать не хотелось.
Дождь разошелся не на шутку. Облачность была обложная, но гроза так и не пришла, только за горизонтом, далеко, вспыхивали беззвучные зарницы.
– На всю ночь зарядило, – обреченно проговорила Ксения Петровна, неловко загружаясь на заднее сиденье «копейки».
– Как только кто-то скажет, что ему надо домой или устал, я довожу его до нужного места и продолжаю поиски самостоятельно, – четко произнес Андрей, заводя недовольно зачихавшую машинку. – Тачку верну по первому требованию.
– Опять ты не о том, Андрей, – сказала ясновидица, захлопывая дверцу.
– Менты по углам разбежались, – глумливо хмыкнул Павлючок. – Нас ловить некому. Ни одной засады, а?
Они уже вовсю катили через новый центр города к старому.
– Серега, а что б ты сказал, если б тебя со мной застукали? Я ведь под тяжкой статьей сейчас, – чуть покосился на приятеля Андрей.
– Не парьтесь, – махнул рукой Павлючок. – Со мной не застукают. Я везучий.
Развивать эту богатую мысль Андрей не стал из суеверности. Действительно, рядом с Ксенией Петровной и Павлючком давящая, порой истеричная тревога за участь Анны, которая, возможно, находится в лапах восставшего из древних хлябей монстра, слегка отпустила.
«Он неизменно терзал этих несчастных девчонок и тетенек… Почему? Если он вышел из своей берлоги, чтобы завести, так сказать, семью, это нелогично. Я жду логики от какого-то мутанта?… Это у меня чисто нервное. Может, он чуял, что каждая следующая девушка ему чем-то не подходит?… Искал себе что-то особенное… Ага, родное!.. Родное-водяное… Русалку?! Да! Точно… И вот добрался до Анны… Наверное, все-таки она здесь не единственная русалка, но оказалась первой, попавшей в его гнусные мохнатые лапы… Не исключено, заметим, что я элементарно брежу».
– Нам сворачивать, – тихо сказала Ксения Петровна.
– Да? Сейчас, сейчас.
«Но до Первомайского мы не доехали? Хотя… Ксюше Петровне виднее».
Дождь все еще был весьма активен. «Дворники» едва сметали потоки с ветрового стекла.
– Здесь? – уточнил Андрей, увидев какую-то боковую дорогу справа.
– Ну давай здесь, – не слишком уверенно ответила Ксения Петровна.
Они свернули и поехали по неровной дороге, пришлось сбросить скорость. Вокруг не было ни огня, а свет фар выхватывал из тьмы густые, невысокие заросли.
«По сельской местности, к ближайшему орешнику… Да, я брежу».
– Андрюша, остановись, а? Мне определиться надо.
– Как скажете, – пробормотал Андрей, тормозя.
– А где мы? – сразу рванулся открывать дверцу Павлючок.
– Серег, помолчи, пожалуйста, – едва сдерживаясь, осадил Андрей. – Сейчас не наше время. Успеешь на подвиг сбегать.
Павлючок послушно прикрыл дверцу. Мотор Андрей заглушил, «дворники» и фары выключил, а свет в салоне включать не стал.
Все затихло. Струи гуляли по крыше, тупо, сотней нервных пальцев постукивали в стекла. Что делается на заднем сиденье, Андрей не представлял.
Минут через десять Ксения Петровна глубоко вздохнула, даже чуть застонала.
– Андрюша, давай еще немного проедем, а? Сережа, тебя дома не хватятся?
– Да времени только восемь, – хмыкнул в темноте Павлючок. – Фигня.
«Это что – двоих суток не прошло с тех пор, как я видел Анну веселой и ничего не подозревающей, а сам был приличным, законопослушным гражданином, борцом с несправедливостью, криминалом и нечистой силой?»
– Тут остановимся, а? – тихо сказала Ксения Петровна.
– Как скажете, повелительница.
– Выйдем… Может, мальчик в машине останется?
– Какой я мальчик! – возмутился Павлючок, и Андрей неожиданно заметил, что у него ломается голос.
– Простудить тебя боимся, – сказал Андрей. – И не кричи – рыбу распугаешь.
– Какую ры…
– Тихо, Сережа, ну тихо ты! – досадливо попросила Ксения Петровна, выкарабкиваясь с заднего сиденья. – Ты же должен понимать…
Они постояли около машины, пока глаза привыкали к почти полной тьме. Наконец стали различимы кусты, за ними деревья, верхушки которых слегка выделялись на фоне серо-синего неба.
«Там, за облаками, сейчас роскошный алый закат», – подумал Андрей.
Ему ужасно хотелось поторопить ясновидицу, но он не решался.
– Фонарик ведь у нас есть? – словно услышав его нервные вибрации, спросила Ксения Петровна.
– Да уж Серега расстарался, – пробормотал Андрей, нажимая на выключатель.
– Тогда нам туда. Дай я первая пойду.
– Нет, а вдруг там?… Я первым пойду!