Внутри оказались баночки с красками и кисти разной толщины. Краски были подготовлены к рисованию, их не надо было разбавлять.
— Значит говоришь в юности баловался и так изредка? — усмехнулась я.
— Нууу… — запустил пальцы в свои волосы Юфей. — Так, я пока пошёл дальше искать игру.
— Так и запомним, сбежал! — засмеялась я, задумываясь, что же такое нарисовать.
Идея пришла быстро. Легкий рисунок, но необычный для этого мира. На заснеженной ветке с крупными ягодами рябины, сидела парочка снегирей. Сначала я хотела обе грудки сделать яркими и алыми, а потом всё-таки решила, что одна из птичек будет самочкой.
— Хм, ты была в Верхнем мире? — раздалось у меня над ухом. — И что-то я не помню, чтобы хоть раз тебя замечали рисующей.
— А сколько мириид во дворце знают, что рисуешь ты? — перевела вопрос я. — Ты уже нашёл свою игру? А то даже мне стало интересно, что она из себя представляет.
— Почти, осталась дальняя полка. — Я отложила свой рисунок и пошла смотреть на розыски.
Уже вскоре Юфей с довольным возгласом вытащил из недр шкафа коробку, знакомо поделённую на квадраты разного цвета. Но вытаскивая игру, он вместе с ней вытащил и какие-то бумаги.
— Какие старые, — подняла я с пола несколько потемневших от времени листков.
— Это, скорее всего, какие-то пометки ещё моего отца, если не деда. Я шкафы не разбирал, просто освободил несколько, распихав их содержимое по остальным. — Предположил Юфей.
— Решил, что чуть попозже разберëшь? — улыбнулась я знакомой ситуации, рассматривая найденные бумаги. — Подожди… Это письма, только непонятно кому и от кого.
— "Твоя лучшая половина, потому что с мозгами, Хранящий твою спину, С". — Прочитал одну и ту же подпись на всех записках Юфей.
— Кто-то, похоже, был совсем бесстрашным. Получается, это писалось твоему отцу, раз это его рабочая комната? — поинтересовалась я.
— Скорее деду. Наложниц из гарема окончательно перестали умерщвлять в день похорон Выбранной именно при нём. А тут вот… — протянул он мне один из листков.
— " Друг, я верен тебе до последней капли крови. И здесь, на границах, по-прежнему, храню твою спину. Но не заставляй меня рвать себе сердце и раз за разом проходить испытание на преданность, переступая границы твоего дворца. В моей душе поселилась одна из тех, кто должен стать либо твоей Выбранной, либо считаться твоей наложницей и уйти в волну, освещая путь матери твоего сына". Дальше только подпись. — Прочитала я.
— И дед не стал убивать наложниц, а решил сменить ритуальную смерть, на ссылку. И, похоже, вот причина. Этого Хранящего спину он очень ценил, судя по всему. — Осторожно забрал листок Юфей. — Считаться наложницей, значит, в покои удовольствий к деду она не ходила. Не удивлюсь, если место ссылки данной девушки оказалось в доме у этого неизвестного С. Хотя… Я был прав. "Твоя посылка была неожиданной. Благодарю за своё сердце, брат". Интересно, кто это мог быть? Не могу вспомнить никого с именем на эту букву.
— " С рождением сына у меня стало куда больше причин перестать пользоваться головой в отличие от тебя! Но идиотские и откровенно глупые решения принимаешь ты! Эти книги и свитки с ритуалами должны быть уничтожены, ибо ничто не может гарантировать того, что однажды их не прочтут и этими знаниями не воспользуются! А уж отправлять их на хранение ко мне, просто приказ о собственной казни! Как говорят Верхние, ты отправил волка пасти ягнят". — Прочитала я на следующей. — А это о чём речь?
— Магия крови, она же под запретом во всех мирах. При деде была большая чистка. Но официально, все эти книги были уничтожены. А оказывается был некий С, у которого они хранились. Нужно узнать, не погибал ли странной смертью кто-то из знати с именем на эту букву.
— Объяснил мне Юфей. — Сколько тут всего. Надо будет почитать на досуге. Есть правда непонятные. Вот это, например, "самая дурацкая идея. Она глупа, эгоистична и тщеславна. Собрала худшее, чем славились предки, и это опасное сочетание". Но я рад, что у деда, оказывается, был такой друг. У меня есть Лу Гуян, и мне сложно представить себя без его помощи и верности.
— Твой побратим? — уточнила я.
— Да, мы встретились на развалинах одного из пострадавших от кочевников гарнизонов. Израненный и в ожогах, он и я, оставшийся без прикрытия своих бойцов. А тут пятеро кочевников, рука, как они себя называют. Мы стояли спина к спине. С тех пор Лу Гуян не раз принимал на себя предназначавшиеся мне удары. — Поделился со мной Юфей. — Время после смерти отца было сложным, я остался без поддержки. Наместники начали говорить о прошлом, когда были отдельными царствами… Лу Гуян тогда прикрыл мне спину и стал опорой. Но давай не будем о мрачном. Тебе знакома эта игра?
— Дай угадаю, у меня красные фигуры, у тебя синие, ходят они определённым образом, и проигрывает тот, у кого не осталось фигур, либо у главной фигуры нет хода? — вспомнила я всё, что знала о шахматах. — Нет, сама играть не умею.
— А давай, научу? — чуть ли не мурлыкнул Мойва.
— Так ты чего больше хотел? Чтобы я составила тебе партию в игре или научить меня самому? — улыбнулась я.
— Ну, в итоге-то я получу и то, и другое! — довольно потëр ладони Юфей.
То ли логика игры оказалась проще, чем я представляла, то ли Юфей оказался хорошим учителем и настолько понятно объяснял, но уже через несколько часов, я не путала фигуры и даже делала самостоятельные ходы. К ужину мы успели даже проголодаться.
В общем зале нас было на удивление мало. Кроме меня, Юфея, Чена и Повелительницы И-Саар, присутствовал только Лу Гуян и братья Вхен.
— Юфей, — мать Мойвы кинула взгляд на тарелки рядом с моим местом.
Я проследила за её взглядом и чуть не засмеялась, увидев тарелку с морской капустой вперемешку с яйцом, а рядом блюдечко с тонкими ломтиками морковки.
— Откуда это чудо? — я тут же порезала ломтики соломкой и смешала с водорослями и яйцом.
Пока внимательно наблюдавший за мной Юфей не передумал и не отнял вкусненькое, я быстро отправила в рот полную ложку и закусила грубым хлебом. Аж глаза сами собой прикрылись от удовольствия. Повелительница с ужасом в глазах провожала каждую съеденную мной ложку.
— С таким удовольствием это ешь, что против воли закрадывается подозрение, что я чего-то не знаю. Позволишь? — и, не дожидаясь ответа, Юфей нагло отправил набранную мной для себя ложку в рот. — Странный вкус, но мне, кажется, нравится.
После чего из моей тарелки были похищены ещё несколько ложек капусты.
— У нас сегодня, похоже, вечер странных блюд, — засмеялся Чен, показывая на братьев, которые лепили комочки из длинных коричневых зёрен, очень напоминающих рис, сверху клали ломтик красной рыбы, поливали соусом из фляжки и отправляли в рот.
Кинтаро таких местных суши наделал уже штук пять, видимо в отличие от брата, не хотел отвлекаться от еды. Заметив мой взгляд, Юфей просто залез и утащил у него из тарелки пару штук.
— Попробуй, — предложил он мне.
— Я не хочу рыбу! Не нравится она мне, — напомнила я.
— Ну так-то ты её ещё не ела, — резонно заметил он.
Ну и как ему объяснить, что я вообще рыбу в жизни не ела? Решив, что если что выплюну в салфетку, я отважно взяла предложенное угощение. Жевать я это стала с осторожностью, ожидая неприятной реакции, но неожиданно мне понравилось. Оказалось, мальчишки-кочевники нашли свои мешки, а там, среди запасов, были зерно, фляжки с соусом, морковь и орехи.
— Немножко только. Они, конечно, зараза такая едятся незаметно, но из-за соли потом пить будете без остановки. — Предупредил Кхан, протягивая мне миску с орешками, напоминающими вполне себе уже привычный кешью.
Юфей вдруг заинтересовался кухней кочевников, расспрашивал про блюда, а я уже думала, чем бы заменить говядину. И решила, что и птица будет очень даже неплохо.
— А у вас много этого зерна и морковки? — спросила я у парней.
— На две недели похода у каждого. — Ответили они. — А что такое?
— А можно я возьму немного? — тут же попросила я.
— Конечно, — пожали плечами братья. — Только зачем?
— Буду готовить плов! — захлопала в ладоши от радости я.
Плов я нежно любила. Поставить передо мной две тарелки, одну с пловом, другую с морской капустой, и я не смогу выбрать.
— Что ты будешь делать? — осторожно спросил Юфей в полной тишине.
— Ну, ты же разрешил себя удивлять, — улыбалась я.
Настроение было таким хорошим, что становилось даже немного страшно.
— Да куда уж ещё? — ухмыльнулся в ответ Юфей.
Предчувствие меня не обмануло. Что что-то не так, я поняла в комнате, когда спросила, встретившую нас Маали, куда подевалась Синь. Я не видела девушку с утра.
— Синь больше нет. И прислуживать тебе она тоже больше не будет. — Ответил Юфей, вместо Маали.
— Что? Как это нет? — испугалась я, потому что именно Синь была исполнительницей моего плана.
— Её ничему не научила судьба собственного отца, а твою доброту к ней, она расценила как слабость. Синь покушалась на тебя и собиралась непоправимо навредить твоему здоровью. — Отрезал муж.
— Каким образом? — недоумевала я.
— Она добавила перемолотые иглы морского ежа в вашу пудру для умывания. — Сказала Маали.
— Я об этом узнал. — Дальше объяснений не понадобилось.
От страха мне стало физически холодно, я словно наяву услышала злобный смех Райнис. Мысли в голове начали носиться шуганными тараканами. Кто сможет оказаться рядом во время родов, не вызвав подозрений раньше времени? Кто выполнит мою просьбу-приказ без раздумий?
— Тише, Райнис, зачем тебе эта гнилая дрянь рядом? — крепко обнял меня Юфей, прикосновение к его коже обжигало. — Это из-за родов? Она должна была что-то сделать, да? Поэтому и была уверена, что ей ничего не будет за её предательство?
— Роды здесь лишь косвенная причина, я лишь хочу защитить. Я уже говорила это, в Гроте. — Ответила я.
— Я помню. И, похоже, я понимаю, почему ты молчишь. Какая-то клятва? Просто кивни, — предложил Юфей, и я кивнула, вспомнив о маяке.