– Этого тоже не будет. – Когда мы все поворачиваемся к нему, он вздыхает: – Ладно, мы отправимся куда-нибудь все вместе, только пусть это будет подальше от кампуса.
Брендан ухмыляется мне:
– И чтобы там не проверяли возраст. Я как раз знаю такое место.
– Почему я не удивлен?.. – произносит Уилл.
Местом Брендана оказывается загородный бар на самой окраине. Судя по всему, Брендан здесь знаком почти со всеми – что любопытно, ведь его университет находится в трех часах езды отсюда. Приобняв меня за плечи, он представляет меня персоналу как следующую миссис Лэнгстром. К тому моменту, как мы делаем заказ, у меня остается отчетливое впечатление, что я повстречала всех людей с неполным набором зубов в этом штате.
Брендан вслед за мной переводит взгляд на Уилла и Джессику, в напряжении ожидающих нас за столиком.
– Так странно, что он твой тренер. Разве для тебя это не странно?
Я возвращаю взгляд к моему собеседнику.
– Что в этом странного?
– Во-первых, вы почти ровесники… И между вами такая химия. Ну знаешь, как у пары. Когда вы спорите, атмосфера вокруг вас просто переполнена сексуальным напряжением. Постоянно.
Его предположение вызывает у меня легкий трепет. Не могу отрицать, что за последние несколько недель я испытывала некоторое сексуальное напряжение, однако признаваться в этом не собираюсь. Особенно брату Уилла.
– Ты смотришь слишком много порно.
– Вполне возможно, – ухмыляется он, – но к делу это не относится. Что-то между вами происходит.
Уилл находит меня взглядом поверх толпы. Он выглядит несчастным.
– Не пойти ли нам к ним? – спрашиваю я, а тем временем Брендан наливает мне пива.
– Нет. Моему брату нужно осознать, как ему скучно оставаться с Джессикой один на один. И к тому же заставлять его ревновать очень забавно.
Я закатываю глаза:
– Он здесь со своей девушкой. Чего он точно сейчас не испытывает – так это ревности.
– Хочешь поспорить? Смотри. – Брендан кладет руку мне на поясницу, а затем медленно опускает, пока она не оказывается у меня на заднице.
– Убери свою руку или я точно сломаю тебе запястье.
В ответ он ухмыляется:
– Погоди… Три… два… один.
Уилл тут же протискивается между нами.
– Почему так долго? – резко бросает он, хватая кувшин с пивом.
Когда мы встаем и следуем за Уиллом, Брендан наклоняется к моему уху:
– Говорил же.
Как только мы вчетвером усаживаемся за наш столик – я и Брендан напротив Джессики с Уиллом, – возникает неловкость. Я могу говорить с Уиллом весь день напролет, как и с Бренданом, но вот с Джессикой… Что у нее общего с кем-либо из присутствующих?
Брендан терпит напряженный разговор целых две минуты, а потом поворачивается ко мне:
– Ты знакома с тустепом?
– Я только что переехала из Техаса: я могла бы его хоть преподавать.
Он вытаскивает меня из-за стола и ведет на танцпол, где сперва вращает, а затем наклоняет так низко, что моя голова встречается с полом. Брендан смеется:
– Ты сейчас от меня просто в восторге, не так ли?
– Это точно: нет ничего сексуальнее, чем получить сотрясение во время танца.
– Ты и правда не неженка, – вздыхает он. – Неудивительно, что мой брат тобой так увлечен.
– Боже, ну хватит об этом, – со стоном прошу я. – Когда ты так говоришь, вся ситуация выглядит странной. – Я бросаю на него свой самый укоризненный взгляд, но Брендан для него столь же непроницаем, как и его брат.
– Поверь мне, малышка: все и так уже было странно, – усмехается он.
Уилл и Джессика также выходят на танцпол, хотя у Уилла такой вид, словно он предпочел бы находиться где угодно, только не здесь. Брендан тоже их замечает.
– Не будь мой брат таким засранцем в последнее время, сейчас я бы оказал ему хорошую услугу.
– Если только ты не знаешь, где можно заняться скалолазанием в десять вечера, не представляю, чем ты способен ему помочь.
Брендан одаривает меня кривоватой улыбкой:
– Смотри.
Он кружит меня в их сторону, а потом без предупреждения отпускает.
– Меняемся. – Он хватает Джессику за руку. Из нас четверых Брендан единственный, кто выглядит довольным этой заменой, а он тем временем уводит Джессику в танце.
Мы с Уиллом остаемся вдвоем. Пару секунд мы неловко смотрим друг другу в глаза, а затем я разворачиваюсь к нашему столику, однако он меня останавливает, положив ладонь мне на талию.
– К черту. – Он со вздохом берет меня за руку. – Но за пределами этой комнаты об этом никто не должен узнать.
Я закатываю глаза:
– Ты действительно думаешь, что я собиралась хвастаться тем, что танцевала с тобой?
– Меня не зря называют королем тустепа всего Колорадо. – Уголки его губ приподнимаются впервые за вечер. Учитывая его вялый танец с Джессикой, который я только что лицезрела, в это трудно поверить.
– Ну и кто тебя так называет?
– Ты сама будешь так меня называть, когда мы закончим. – На его лице появляется дерзкая ухмылка, благодаря которой он мог бы получить от меня все, что захочет. Буквально все, что угодно.
Он вращает меня сначала в одну, потом в другую сторону так быстро, что я едва поспеваю за его движениями. Я представляла его во многих ипостасях, но в подобной – ни разу.
– Срань господня! – восклицаю я. – Где ты этому научился?
– У мамы. Она на полном серьезе учила нас всем этим дурацким танцам, словно это жизненно необходимые навыки.
Я слегка улыбаюсь, когда у меня в мыслях возникает образ юного Уилла, которого Дороти насильно учит танцевать. Интересно, есть ли у нее видео…
– И как, они тебе пригодились?
– Благодаря им я уложил не одну девушку, – отвечает Уилл, снова вращая меня, и я настолько потрясена, что едва не выпускаю его руку и не улетаю прочь. Уилл выглядит даже более потрясенным, чем я. – Я не должен был этого говорить.
Я вращаюсь обратно и оказываюсь так близко к нему, что моя грудь прижимается к его груди, а наши губы разделяют какие-то миллиметры.
– Уилл, – тихо говорю я, – я и без того знала, что ты можешь этим уложить девушку.
Его глаза встречаются с моими, и я замечаю в них что-то неистовое, какую-то напряженность, которой я прежде не видела.
– Не делай так. – Он вздрагивает, а затем отстраняется и направляется прямиком в уборную.
Я возвращаюсь к нашему столику с желанием побиться об него головой. Черт, почему я решила, что могу сказать ему нечто подобное? У Уилла есть Джессика, а даже если бы не было – вряд ли я бы когда-нибудь его заинтересовала.
Уже за полночь, когда я забираюсь в постель, в мое окно раздается стук. Я поднимаю штору и обнаруживаю Брендана, стоящего с озорной улыбкой на лице и с упаковкой из нескольких банок пива в руках.
– Должно же быть какое-то преимущество в том, чтобы расти в крошечном одноэтажном доме, – подмигивает он. – Одевайся.
Я хватаю толстовку и вылезаю в окно.
– Итак, какие у нас планы? – спрашиваю я.
– Пойдем в конюшню. Мне необходимо немного отдохнуть от Джессики.
Как и мне. Несмотря на то что мы с Бренданом остаток вечера провели, играя в дартс и избегая их, само пребывание с ней в одной комнате портило все удовольствие.
– Ты же не думаешь, что он на ней женится?
– Не-а, – смеется Брендан, – даже Уилл не зайдет так далеко с этим дерьмом о моем отце.
– Ты о чем?
– Сейчас ты ни за что не догадаешься, но в старших классах Уилл доставлял немало проблем: его несколько раз арестовывали, и они с отцом спорили до посинения практически по любому поводу. Отец почему-то считал, что если бы только Уилл перестал валять дурака, то смог бы заполучить такую девушку, как Джессика. Именно так он и говорил: «Возможно, тебе даже удастся заполучить такую девушку, как Джессика». И каждый раз у Уилла было такое лицо, как будто его попросили съесть миску блевотины. А сейчас он снова дома и у них все серьезно… Это просто в голове не укладывается.
Дороти тоже говорила что-то в этом роде, но мне все-таки кажется, что я выдаю желаемое за действительное. Хоть мне совершенно не хочется это признавать, однако даже я понимаю, что есть масса причин, почему мужчина захотел бы встречаться с Джессикой. Даже Уилл.
Мы доходим до конюшни, и Брендан падает на стог сена, махнув мне, чтобы я к нему присоединилась.
– Итак, у меня вопрос, – начинает он, открывая банку пива. – Почему ты ночуешь здесь перед соревнованиями? Я ни от кого не могу добиться прямого ответа.
Что-то во мне смягчается от понимания, что Дороти и Уилл в самом деле не собираются никому рассказывать обо мне. Хотя, зная их, наверное, не стоило удивляться.
– Ты решишь, что я ненормальная…
– Эй, все-таки я числюсь как сексуальный преступник. – Брендан пожимает плечами. – Так что не мне бросать камни.
– Чего?
– Малоизвестный факт: те, кто бегает голышом на публике в ходе вступительных испытаний в студенческое братство, как ни странно, считаются сексуальными преступниками. – Он одаривает меня широкой, необычайно дерзкой улыбкой. – Это так несправедливо! Просто взгляни на меня: да тем девчонкам невероятно повезло, что они смогли это увидеть. В общем, проехали… Лучше расскажи, почему моя мама хочет тебя удочерить, а мой брат рискует работой и здравомыслием ради того, чтобы ты у нас ночевала.
Я колеблюсь с ответом. Я еще никогда добровольно не рассказывала кому-либо свою историю. Уиллу мне пришлось рассказать, так что это другое. И хотя мне по-прежнему стыдно этим делиться, все-таки то, что я раскрыла свою тайну Уиллу и Дороти, как будто делает ее чуть менее мрачной.
– Мне снятся кошмары, и я бегаю во сне. Что-то вроде лунатизма, только по-настоящему стремно.
– Хм. – Он откидывается назад, абсолютно невозмутимый. – То есть ты можешь проделать всю дневную тренировку во сне и даже не заметить? Это даже круто.
У меня вырывается смешок. Разумеется, его реакция совершенно нелепа, однако это такое облегчение, что он не смотрит на меня как на одержимую демонами…