– Доброе утро, дядя! – Лана вскочила из-за стола и бросилась к Ригеру.
Дядя ласково обнял её и засмеялся.
– Тебе всё понравилось? – спросил он, провожая Лану обратно за стол. – Слуги хорошо к тебе отнеслись?
– Всё замечательно, спасибо! – Лана вернулась к омлету на своей тарелке. – Слава Двуликому Богу, дядя, что вы оказались вчера в зале. Я не могла поверить! Честно, мне сначала показалось, что я просто схожу с ума!
Ригер улыбнулся, но вдруг посерьёзнел и внимательно посмотрел на Лану.
– Не пойми неправильно, – начал он, хмуря светлые брови. – Но я должен спросить во имя Молчаливых Жён. Лана, мне нужно знать. Ты… всё ещё невинна?
Лана поперхнулась омлетом и закашлялась. Ригер не сводил с неё пронзительных голубых глаз. Откашлявшись, Лана смущённо отвела глаза, чувствуя, как щёки заливает краска.
– Да, дядя, – едва слышно произнесла она.
Ригер облегчённо выдохнул, заправил белую салфетку за красный шейный платок и приступил к завтраку.
– Ну, слава Двуликому Богу! А теперь, милая, расскажи мне, как ты попала в руки работорговцев.
Лана поведала историю с самого начала. С того, как проснулась у себя в спальне, как узнала, что Император хочет её в жёны, и как она отправилась в путь в сопровождении трёх имперских солдат. Она ещё рассказывала, когда они закончили завтрак и пошли прогуляться в саду у поместья. Дядя слушал внимательно, не перебивал, лишь изредка сочувственно восклицал и задавал уточняющие вопросы. Когда Лана закончила рассказ, он наскоро попрощался и умчал по делам, пообещав увидеть Лану за ужином.
Весь день Лана бродила по поместью и саду, общалась со слугами. Так она узнала, что находится в нескольких километрах от Кирна, а её дядя здесь – посол Девяти Королевств.
Поместье оказалось просто огромным: три этажа с просторными комнатами, которые не заканчивались, комната для игр, зимний сад, огромная светлая библиотека. В библиотеке была ещё одна дверь – похоже, рабочий кабинет Ригера. Лана несколько раз дёрнула ручку, но дверь не поддалась.
Лана не успела изучить и половину поместья, когда её позвали на обед. За обедом принцесса пообщалась со служанкой, которая рассказала, что Ригер, оказывается, три года назад женился на кирнийке, но молодая супруга через год совместной жизни скончалась во сне. Почему – никто не знал. Жена Ригера просто не проснулась утром. Лане стало жаль дядю, и она решила непременно придумать способ развеселить его за ужином.
После обеда Лана велела принести пергамент и чернила и написала письмо отцу. Она не знала, в курсе ли он её пропажи, но решила, что весточка не будет лишней. Письмо Лана отдала всё той же служанке, велев отправить в Замок Девяти Королей ворона. Может, стоило написать и Императору о том, что она в порядке и скоро приедет? Или не приедет?.. На миг Лане показалось, что она может остаться в поместье дяди навсегда, укрытая от всего мира и страшного Императора. С сожалением Лана подумала о том, что дядя Ригер вряд ли сможет предать брата и спрятать троюродную племянницу от международного договора, который принесёт долгожданный мир в Девять Королевств.
Тем не менее, Лана решила думать о проблемах по мере их поступления и грустным мыслям предпочла лёгкий ужин и ещё одну прогулку по саду перед сном. Дядя на ужин не пришёл, и Лана, так и не дождавшись встречи с ним, отправилась спать.
Глубокой ночью, когда принцесса спокойно спала и видела десятый сон, что-то заставило её проснуться. Открыв глаза, она вскрикнула: у её кровати неподвижно стояла тёмная фигура. Фигура сделала шаг вперёд, попадая в лунный свет, лившийся из незанавешенного окна.
– Дядя! – воскликнула Лана. – Ты меня напугал. Что-то случилось?
Ригер не ответил, присел на край кровати и устало стянул с шеи красный платок.
– Дядя? – Лана отодвинулась и попыталась снова. – Тебя не было на ужине, всё в порядке?
– Да, – ответил Ригер каким-то чужим голосом. – Я уладил все вопросы с покупкой: внёс последнюю часть суммы за тебя. Теперь ты официально принадлежишь мне.
– То есть? – не поняла Лана. Голос дяди ей не нравился, внутри у неё всё похолодело.
– Ты моя, Лана, – ответил Ригер. В лунном свете его лицо было похоже на непроницаемую белую маску, лишь яркие голубые глаза лихорадочно блестели. – Когда я узнал, что тебя выставляют на аукцион, понял, что должен тебя заполучить, чего бы мне это ни стоило. Я не верил своему счастью! Это судьба, Лана! Я хотел тебя с первой нашей встречи, с самого нашего знакомства. Ты была совсем юной крошкой, но уже тогда я видел в тебе эту гадкую, отвратительную порочность. О, как ты смотрела на меня, племянница…
Лана застыла. Она не знала, что сказать. Иллюзия безопасности и свободы растворилась как мимолётный сон. Вернулся дикий, всепоглощающий страх. На её глазах заботливый дядя, в которого она так верила, превращался в ужасного монстра, и он был настроен получить своё.
– Я просил твоей руки у Брона. Но этот самовлюблённый идиот отказал! Видите ли, не меня он хотел видеть будущим королём. А мне не нужна была корона. Мне нужна была ты!
Ригер рванул одеяло и всем телом навалился на Лану. Девушка не успела ничего сделать.
– Нет! – крикнула она, пытаясь оттолкнуть дядю, но тот был сильнее.
Ригер норовил поцеловать Лану в губы, но она уворачивалась.
– Не сопротивляйся, – горячо шептал Ригер. – Ты теперь моя.
– Пожалуйста, дядя, прекрати! – Лана снова попробовала его оттолкнуть, но Ригер навалился сильнее, выдавливая воздух из её лёгких. Лана едва могла дышать.
Он покрывал поцелуями её лицо и шею. Руки гладили её тело сквозь тонкую ткань ночной рубашки. Гладили жадно, почти грубо. Лана кричала. От страха и безысходности. Он успокаивал её, закрывал рот поцелуями. Она продолжала кричать. Тогда он её ударил. Пощёчина была такой сильной, что у Ланы на мгновение потемнело в глазах, а в ушах зазвенело. Боль заставила её замолчать. По инерции она продолжала вяло отталкивать дядю, но больше не кричала, только тихо плакала.
Ригер задрал Ланину рубашку и на мгновение отстранился, чтобы посмотреть на принцессу.
– Они побрили тебя, – восторженно сказал он. – Теперь ты выглядишь совсем как девочка.
Лана с ужасом ощутила, как Ригер прижал ладонь к её вульве, неприятно и больно провёл по ней вверх-вниз и протолкнул пальцы во влагалище. Девушка вскрикнула от боли и попыталась отпихнуть дядю ногой, но тот снова ударил её по лицу, резким движением перевернул на живот и навалился сверху.
– Ты только так понимаешь просьбы? – раздражённо спросил он, обжигая дыханием её ухо. – Я делаю из тебя настоящую женщину, неблагодарная ты дрянь!
С этими словами он расстегнул штаны, навалился на Лану и попытался войти, но её мышцы были слишком сильно сжаты от страха и боли, так что у Ригера ничего не получалось.
– Нет, пожалуйста, он слишком большой, – Лана умоляла. – Мне больно, дядя…
Ригер не слушал. Он лишь прерывисто дышал ей в ухо и остервенело тёрся пенисом о её вульву.
– Пожалуйста, дядя…
– Ты совсем сухая, – недовольно прорычал Ригер. Остановился, плюнул на свою ладонь и запустил руку Лане между ног. – Так-то лучше.
Лана закричала, когда Ригер грубо вошёл в неё. Боль была острой, затмевающей сознание. Воздуха не хватало. Ригер был слишком тяжёлым. Дядя не церемонился, он двигался быстро, жадно, с каждым новым толчком продвигаясь глубже, достигая матки, заставляя Лану кричать и извиваться от боли.
– Ты такая горячая внутри, – воскликнул он, ускоряя темп. – Только моя!
Задыхаясь от возбуждения, Ригер положил ладонь на горло Лане и сильно сжал. Крик превратился в хрип. Лана отчаянно хватала ртом воздух, но он не достигал лёгких. Глаза начала застилать красная пелена, сознание потихоньку её покидало.
– Моя… Моя. Моя! – Ригер всем телом прижался к Лане, застонал и кончил. Всё ещё тяжело дыша, он расслабился и обмяк, отпуская горло Ланы и утыкаясь носом в её шею.
Теряя сознание, Лана почувствовала, как что-то горячее разливается у неё внутри, будто стремясь заполнить её всю.
Глава 8
Мирана голышом сидела на подоконнике у распахнутого окна в своей башне и читала последние страницы налоговых законов Империи. Стопка на её письменном столе пополнилась новыми книгами: энциклопедией «О магических расах и существах», трактатом прадедушки Мираны «Армия и народ» и монографией Нестора «Государство».
Кира лежала на кровати княжны в одной рубахе и наблюдала, как ветер играет с волосами Мираны.
– Тебе не холодно? – промурчала Кира, повернулась на живот и потянулась.
– Нет, – коротко ответила Мирана, не отрываясь от чтения.
– Не боишься, что я снова буду приставать? – Кира спрыгнула с кровати и подошла к княжне, чтобы нежно клюнуть в щёку.
Мирана прикрыла обнажённую грудь книгой и со смехом увернулась от поцелуя.
– Ты нахалка! – весело сказала она, спрыгивая с подоконника. – Пропадала чёрт знает где несколько дней. И, вернувшись, первым делом поспешила воспользоваться моим беззащитным телом?
Кира ухмыльнулась и облокотилась на стену, провожая Мирану взглядом. Княжна наклонилась, чтобы подобрать с пола сорочку.
– Вот именно, что первым делом, – Кира легонько шлёпнула Мирану по ягодицам и плюхнулась обратно на кровать. – Я скучала вообще-то.
– Как всё прошло? – лицо Мираны стало серьёзным. – Я видела брата. Он чернее тучи.
– В Лазурной Гавани-то? Люди разошлись по домам в тот же день. Император… – Кира запнулась, – уговорил местного Настоятеля выступить перед людьми. Пришлось задержаться, чтобы проконтролировать, как идут дела у Шепчущих.
– И как? – Мирана легла рядом и запустила руку Кире под рубашку.
– Настроения потихоньку меняются. Люди начинают верить в союз Императора и принцессы Ланы. Думаю, через пару недель всё устаканится окончательно.
– Но его что-то беспокоит, – пробормотала Мирана, то ли обращаясь к Кире, то ли к самой себе.
– Ты же его знаешь, – Кира ласково убрала руку Мираны от своей груди. – Можно месяцами гадать, что у него на уме. Это у вас семейное.