При виде этого Вязальщик взвизгнул и отчаянно завертелся на месте, бормоча какое-то заклинание — впрочем, мог бы и не стараться. Чтобы вернуть свое воинство, ему пришлось бы сначала вытащить их из круга… Если бы ему, конечно, удалось отскрести слизь с гравия.
— Надо же, Вязальщик, — с деланным сочувствием заметил я. — Не ожидали такого, а?
— Эрнест Арман Тинуистл, — прогрохотал Морган непререкаемым, властным тоном и вскинул к плечу дробовик. — Сдавайся, хорек гнусный, если тебе дорога жизнь.
Взгляд серо-зеленых глаз Вязальщика метнулся от Моргана к нам. Похоже, он все-таки пришел к какому-то решению, потому что низко, по-бычьи наклонил голову и, размахивая руками, бросился на нас.
Ствол Мёрфиного пистолета метнулся было за ним, но она выругалась и рывком отвела оружие вверх и в сторону. Вязальщик врезался плечом ей под вздох, сбив ее с ног; одновременно с этим я получил локтем в живот.
Я попытался поставить ему подножку, но неудачно — все-таки я потерял равновесие от удара. В результате я приземлился на пятую точку, хотя и он оступился, сделав два или три неверных шага. Мёрфи же оказалась готова к удару; она перекатилась через голову и снова вскочила на ноги.
— Убери их отсюда, — бросила она и ринулась за Вязальщиком.
Мыш подошел ко мне, обеспокоенно — как это умеют только собаки — посмотрел вслед Мёрфи и перевел взгляд на меня.
— Нет, — сказал я ему. — Давай посмотрим.
Вязальщик несся во всю свою прыть, но я сильно сомневаюсь, чтобы он и в молодые годы был хорошим бегуном, не говоря уже о том, каким он стал, добавив двадцать лет и сорок фунтов. Другое дело Мёрфи, тренировавшаяся практически ежедневно.
Она нагнала его футах в десяти от конца проезда, помедлила секунду, прилаживая шаг, а потом сделала подсечку. Ноги его заплелись, и он покатился по земле.
Надо отдать ему должное: он сумел подняться, и рыча от ярости бросился на Мёрфи. Швырнув ей в лицо пригоршню гравия, он замахнулся на нее кулаком.
Мёрфи пригнулась, уворачиваясь от камней и песка, уклонилась от одного удара, дождалась второго и перехватила его за запястье. Оба описали замысловатый танцевальный пируэт, а потом Вязальщик с воплем врезался лысой тыквой в стальную дверь складской ячейки. Ничего не скажешь, башка у него оказалась крепкая. Он оглушенно отвалился от двери, но все-таки попытался при этом заехать Мёрфи локтем в висок.
Мёрфи без труда перехватила удар, использовав инерцию для классического броска через бедро — с той только разницей, что Вязальщик описал положенную траекторию в перевернутом положении.
Даже на расстоянии в полсотни футов я услышал хруст выбитой из сустава руки.
А потом он впечатался лицом в гравий.
Мое мнение о сообразительности Вязальщика несколько повысилось: он лежал, не рыпаясь, позволив Мёрфи заломить ему руки за спину и сковать их наручниками.
Мы с Мышом переглянулись.
— Жесть, — со вздохом произнес я.
Полицейские сирены слышались где-то уже совсем близко. Мёрфи покосилась в ту сторону, потом оглянулась на нас и сделала отчаянный жест рукой.
— Ладно, пошли, — сказал я Мышу, и мы поспешили к сидевшему в коляске Моргану.
— Я не мог стрелять в него из этой пукалки, пока вы двое там стояли, — возмущенно заявил Морган, стоило нам приблизиться. — А вы почему не стреляли?
— Вон почему, — ответил я, мотнув головой в направлении въезда на складскую территорию, где как раз тормозила, мигая синими огнями, патрульная машина. — Они почему-то с предубеждением относятся к трупам с огнестрельными ранениями. — Я повернулся к Молли и нахмурился: — Я что тебе сказал? Сматываться при первых признаках опасности!
Она взялась за рукоятки Морганова кресла, и мы двинулись обратно к ячейке и расположенному в ней порталу.
— Мы не знали, что происходит, пока не услышали, как они все начали визжать, — объяснила она. — А потом Мыш словно рехнулся и принялся подкапываться под стальную дверь. Я подумала, что вам грозит опасность. И так оно и оказалось.
— Не в том дело, — буркнул я. Мы как раз проходили мимо начертанного ею круга, и я стер линию ногой, высвободив удерживавшую его энергию. — Кто придумал эту штуку с кругом?
— Я, — невозмутимо произнес Морган. — Силовые ловушки — стандартная тактика борьбы с заклинателями-дилетантами.
— Извините, что я так долго копалась, — сказала Молли. — Просто пришлось делать круг побольше, чтобы они все поместились.
— Ничего страшного. Зато ему хватило времени наговориться всласть. — Мы вошли в ячейку, и я опустил и запер за нами ворота. — Справилась молодцом, Кузнечик.
Молли просияла.
Я огляделся.
— Эй, а где Томас?
— Вампир? — спросил Морган.
— Я оставил его на всякий случай дежурить на стоянке, — объяснил я.
Морган неодобрительно покосился на меня и покатился к порталу в Небывальщину.
— Вампир исчезает как раз перед тем, как появляется мелкий жулик, которому не полагалось бы знать о том, где я нахожусь. Вас это не удивляет, Дрезден?
— Томас позвонил мне и сообщил, что здесь неприятности, — ответил я, стараясь держать себя в руках. — Если бы он этого не сделал, вы бы сейчас уже отдыхали в компании серых костюмов.
Молли беспокойно закусила губу и покачала головой.
— Гарри… я не видела его с тех пор, как он привез нас сюда.
Стиснув зубы, я оглянулся на запертые ворота.
И где он теперь?
Будь у него возможность, он ни за что не бросил бы нас с Мёрфи на растерзание подручным Вязальщика. Он бился бы вместе с нами. Но он вместе с нами не бился.
Почему? Какие-то обстоятельства заставили его уехать, не дожидаясь нашего прибытия? Или, что еще хуже, уж не принял ли кто-то, вовлеченный в эти события, меры для его нейтрализации? Мне почему-то сразу вспомнилась эта психованная сучка Мэдлин. Ну, и Шкура-Перевертыш тоже наглядно продемонстрировал, что ему нравится убивать моих союзников, а не атаковать меня лично.
А может, его просто одолели числом эти чертовы серые костюмы, и его тело остывает в каком-нибудь темном углу? При одной мысли об этом у меня пересохло во рту.
Блин-тарарам.
Что случилось с моим братом?
Морган вполголоса произнес заклинание, отворив переливающийся всеми цветами радуги проем в полу. Молли заглянула в него, и то, что она увидела, явно произвело на нее впечатление.
— Дрезден, — окликнул меня Морган. — Мы не можем позволить себе впутать в это местную полицию.
Мне очень хотелось крикнуть ему что-нибудь обидное, но он был прав. Все новые сирены слышались уже с других сторон. Время делать ноги. Я взялся за кресло и покатил Моргана к проему.
— Пошли, ребята, — скомандовал я.
Чтоб тебя, Томас, мысленно прорычал я. Ну куда же ты, черт подери, делся?
Глава двадцатая
От тропы, ведущей в глубь Небывальщины, портал моего убежища отделяли всего три ступеньки — но для человека в инвалидной коляске и эти три ступени представляли собой серьезное препятствие. Нам с Молли пришлось взять Моргана под руки и на себе перенести на тропу. Затем, оставив с ним Молли и Мыша, я вернулся, взял кресло и перетащил его по заснеженному склону на тропу — почти ничем не отличавшуюся от той, по которой шел минувшей ночью.
Мы снова усадили Моргана в кресло. К моменту, когда мы с этим разобрались, он побледнел как полотно и его трясло. Я положил ладонь ему на лоб — температура высокая.
Морган отдернул голову и насупился.
— Что там? — спросила Молли. Она догадалась захватить из склада оба припасенных мной пальто и уже напялила на себя одно.
— У него жар, — негромко ответил я. — Баттерс говорил, это может означать, что в рану попала инфекция.
— Я в норме, — сказал Морган, лязгая зубами.
Молли помогла ему надеть второе пальто и беспокойно огляделась по сторонам.
— Нам ведь лучше вывезти его отсюда в какое-нибудь теплое место, да?
— Угу, — кивнул я, застегивая плащ. — Отсюда до портала, ведущего в центр города, минут десять ходьбы.
— А вампиру это известно? — буркнул Морган.
— На что это вы намекаете?
— На то, что вы, Дрезден, идете прямиком в западню.
— Ну вот что! — рявкнул я. — Еще одно замечание насчет Томаса, и выбирайтесь сами как знаете.
— Томаса? — Бледное лицо Моргана даже слегка потемнело от ярости и напряжения. — Сколько еще трупов потребуется, чтобы вы очнулись, Дрезден?
Молли деликатно покашляла.
— Гарри… гм… с вашего позволения.
Мы оба оглянулись на нее.
Она зарделась и опустила глаза.
— Это ведь Небывальщина?
— Ну… да, — ответил я.
— Разумеется, — ответил Морган одновременно со мной.
Мы с ним, все еще кипя, посмотрели друг на друга.
— Угу, — сказала Молли. — Разве не вы говорили мне, что это место опасно? — Она набрала побольше воздуха и заговорила быстрее. — То есть… ну, сами понимаете. Это ведь неразумно — стоять здесь и препираться на повышенных тонах? С учетом всех обстоятельств?
Я вдруг почувствовал себя дурак-дураком.
Морган тоже остыл немного. Он устало опустил голову, сложив руки на животе.
— Угу, — кивнул я, совладав с собой. — Угу, пожалуй, что так.
— Не говоря уже о том, что всякий, направляющийся из Эдинбурга в Чикаго, непременно нарвется на нас, — добавил Морган.
Молли кивнула.
— Чего вам хотелось бы… избежать, да?
Я негромко фыркнул, мотнул головой в нужном направлении и тронул коляску с места.
— Нам туда.
Молли поспешила следом, то и дело кося глазами в сторону звуков окружавшего нас зачарованного леса. Мыш пристроился рядом с ней, и она непроизвольно зарылась пальцами в шерсть у него на спине.
Минут пять мы шли молча, потом я нарушил тишину.
— Нам необходимо знать, как они вычислили ваше местонахождение.
— Лучше всего объяснит это вампир, — отозвался Морган подчеркнуто нейтральным тоном.
— Я знаю о нем то, чего не знаете вы, — возразил я. — Допустите на минуту, что это не он. Как они это сделали?