– Да ничего, я постою.
– Ася, иди в постель! – приказал он.
Я, наоборот, даже подальше от этой самой постели отошла. Хранитель вздохнул и, подхватив меня на руки, водрузил на кровать, с которой я тут же вскочила.
– Мне лечь рядом и согреть тебя?
При этих словах я быстро вернулась в постель и укуталась в покрывало, чтобы не светить полупрозрачной рубашкой.
Почувствовав себя более уверенно, я сказала:
– Послушайте, ведь дело не во мне. Просто мое поведение не похоже на то, к чему вы привыкли, вот это и привлекло ваше внимание. Девушки вас раньше не били и от катания на спине не отказывались.
– Неужели ты думаешь, что дело в этом? – с улыбкой спросил он и сел на кровать.
– А в чем же еще? – Я тут же поджала ноги.
– Замерзла?
Я кивнула. Пусть считает, что так… Ой, зря я это сделала! Его рука нырнула под покрывало, вытащила мою ногу и водрузила ее к себе на колени. Его пальцы начали растирать холодную ступню. Руки у Хранителя были горячие, и приятное тепло тут же начало растекаться по телу.
– Ты чистая…
– А что, раньше вам одни грязнули попадались? – не поняла я. – Так проблем с водой нет, приучили бы к купанию.
Он усмехнулся и пояснил:
– К рогу единорога способны прикоснуться лишь чистые душой.
Ах, это… А я-то уж строила планы несколько дней не мыться, чтобы оттолкнуть его от себя. Нда… неувязочка бы вышла.
– Давай другую ногу, – сказал он, и я подчинилась.
Мне действительно стало теплее, и массаж был приятен. Так, Ася, соберись! Тебя здесь соблазняют, а ты расслабилась.
– Ты добрая, заботишься о других, ты притягиваешь к себе, и за тобой можно наблюдать часами.
«Эх, сразу видно, что телевидения им здесь не хватает», – пришла я к выводу. И по всему выходило, что влипла я лишь потому, что такая хорошая. Ну что за несправедливость? Вечно всем хорошим людям не везет.
– А давайте я вам рыбок подарю? – предложила я. – За ними тоже можно наблюдать часами. А лучше хомячка – он бегает, вечно что-то грызет, правда, за ним убирать надо…
– Ася! – он сжал мою ногу.
– Но гладить его приятно, – тут же исправилась я.
Хранитель одарил меня тяжелым взглядом и продолжил массаж.
– Веста согласилась нам помочь, – внезапно сказал он, меняя тему. – Я профинансировал дома помощи, денег должно хватить на несколько лет. За открытием других я прослежу.
Интересно, зачем он все это мне говорит?! Меня начали мучить нехорошие предчувствия.
– Ася, мы можем путешествовать по невообразимому множеству миров. Ты же любопытная. Я могу показать тебе то, чего ты никогда не увидишь.
– Что значит – путешествовать? – не поняла я. – Вы же Хранитель! У вас что, дел нет?
– Конечно, мне придется возвращаться в реальность, – признал он мою правоту.
– Придется? Вы планируете меня во сне держать?! – ужаснулась я. – Я же умру от истощения!
– Если ты будешь есть во сне, то останешься полна сил.
– Не буду! – тут же отрезала я и попыталась выдернуть ногу, но он не позволил.
Мне стало страшно. Если перспектива изнасилования пугала, то эта повергала в ужас.
– Ася, не сопротивляйся.
– Ага, расслабься и получи удовольствие, – тоскливо сказала я.
– Что?
– Совет при изнасиловании: если вам не удается вырваться и помощи ждать неоткуда, то расслабьтесь и попытайтесь получить удовольствие, – пояснила я.
– Я не хочу тебя принуждать.
– Тогда странно, почему вы только этим и занимаетесь. – Я все-таки вырвала ногу и тут же спрятала ее под покрывало.
– Не хочу я путешествовать! Мне и реальный мир нравится, я его еще не весь видела.
Внезапно я оказалась в космосе, а передо мной лежал земной шар.
– Будь со мной, и мир будет лежать у твоих ног, – патетично сказал Ингл-Рей.
Ха, удивил! Может, на неокрепшие умы здешних девушек это и произвело бы впечатление, то нас, закаленных современным телевидением, такими фокусами не удивить. И чего он меня из постели выдернул?
– Когда что-то лежит у твоих ног, то возникает непреодолимое желание это попинать, – выдала я.
Хранитель тут же вернул меня в постель и со словами «Отдыхай» испарился из комнаты.
Я тут же вскочила и проверила, нет ли какого-нибудь выхода из этой комнаты. Со вздохом я вернулась в постель. И что теперь делать?! Не знаю, как на моем месте поступили бы другие, а я постаралась уснуть.
«Спать во сне! – усмехнулась я. – Такого со мной еще не бывало».
Проснулась я от того, что мое лицо осыпали поцелуями. С улыбкой открывая глаза, я ожидала увидеть Риана, но, встретив взгляд карих глаз, закричала и начала от него отбиваться. Хранитель завел мои руки за голову и погладил меня по щеке.
Запрокинув голову, я увидела, что мои запястья находятся в мягких наручниках, которые крепились к спинке кровати. Могу поклясться, что раньше их не было! Нет, только не руки! Меня охватило чувство беззащитности и бессилия.
– Ты такая красивая, когда спишь, – произнес он.
Я дернулась от его прикосновения, но Хранителя это не смутило. Он начал неспешно расстегивать пуговицы моей рубашки. Если учесть, что Ингл-Рей мог избавить меня от одежды одной силой мысли, то можно было понять, что этому извращенцу доставляло удовольствие меня раздевать.
Покончив с пуговицами, он оголил мою грудь. По его затуманившемуся взгляду было ясно, что мужик поплыл.
– Не надо… – попросила я, но он меня не слышал.
Прикосновение его пальцев к коже было обжигающим. Я отчаянно затрясла руками, пытаясь вырваться, но спасения не было.
– Какая же ты сладкая, – услышала я.
Меня переполняли стыд и отвращение. Вернулись давно забытые воспоминания.
Его губы начали спускаться ниже, прокладывая дорожку к моему животу. Я всхлипнула, и это заставило его взглянуть в мои полные слез глаза.
– Ася?!
Я отвернулась, стараясь загнать подальше воспоминания, но по тому, как потемнели его глаза, он это увидел.
Когда-то давно мама встречалась с дядей Петей. Потом он стал жить с нами. К нам с братом относился нормально и не обижал. Вот только у меня как-то незаметно выросла грудь, смущая своими пышными формами. Оказалось, что смущала она не только меня, но и его. Однажды я заболела и осталась дома. Мама ушла на работу, брат – в школу. Встав попить воды, я натолкнулась на дядю Петю. Его взгляд прилип к моей ночной рубашке и затуманился. Я даже не поняла, как оказалась прижата к стене. Одной рукой он держал над головой мои руки, а другой шарил по груди, сжимая ее.
– Какая ты сладкая, – сказал он тогда, и эти слова врезались в мое сознание.
Не знаю, чем бы это могло закончиться, но вернулся брат, забывший телефон, и меня тут же отпустили. После этого дядя Петя исчез из нашей жизни.
Слова о том, какая я сладкая, разбудили дремавшие воспоминания, возвращая пережитые стыд, отвращение и чувство беспомощности.
– Ася! – повторил Хранитель, сжимая меня в объятиях. Наручники исчезли.
Только мне не надо было его утешение, я билась и вырывалась, не желая, чтобы он ко мне прикасался.
– Ненавижу! – кричала я.
– Ася, это я! Успокойся! – услышала я голос Риана.
Открыв глаза, я обнаружила, что нахожусь в своей комнате.
– Риан! – Я с облегчением прижалась к нему.
– Что случилось?
– Кошмар приснился, – ответила я, вытирая слезы.
Стук его сердца меня успокаивал. Риан гладил меня по голове и шептал нежные слова, убаюкивая. В комнате было сумрачно.
– Я что, проспала весь день?
– Мы не могли тебя разбудить. Хорошо, что ты сама проснулась.
– Поцелуй меня, – попросила я, и он с радостью это сделал.
Хотелось забыть весь пережитый ужас, и ощутить именно его прикосновения. Мои руки скользнули по его груди и обвились вокруг шеи.
Его язык властно проник в мой рот, а руки поглаживали мое тело. Наши языки сплелись в танце, и поцелуй стал свирепым, почти безумным. Я чувствовала, с какой силой Риан меня хочет, и откликнулась на его желание, прижимаясь к нему.
– Девочка моя, – страстно шептал он, целуя мое лицо.
Я не заметила, как оказалась обнаженной, да и одежда Риана куда-то делась, но меня это не смущало – я хотела его и решила идти до конца. Его губы спустились ниже, целуя грудь, и я выгнулась под этими поцелуями, подставляя ему свое тело и раздвигая ноги.
– Моя малышка! – счастливо сказал он и принялся осыпать меня поцелуями, постепенно опускаясь все ниже и ниже.
Сначала я напряглась, а потом забылась под силой нахлынувших новых ощущений. Что же он делал своими губами и языком! Желание нарастало, и я уже умоляла его, выкрикивая его имя. Закрыв глаза, я уплывала на волнах страсти.
– Скажи Рей! – донеслось до моего затуманенного желанием сознания.
«Почему Рей?» – не могла понять я.
Открыв глаза, я увидела над собой напряженное и дикое лицо Хранителя. Осознание того, что это он ко мне прикасался, вызвало такой ужас и шок, что я издала пронзительный крик, который исходил, казалось, из самой глубины моей души.
Я вскочила на своей постели, сердце бешено колотилось. Ко мне подскочил одетый Риан, но я метнулась от него в другой конец кровати.
– Не подходи! – закричала я.
– Ася, это я! Ты что? – На его лице застыло изумление, но он замер, не приближаясь ко мне.
Я осмотрелась. Это была моя комната. За окном темно. На мой крик в комнату вбежала Мирта, но Риан приказал ей выйти. Как бы это ни походило на реальность, больше я ничему не верила. У меня было чувство, что я схожу с ума.
– Что я сказала тебе, когда мы впервые встретились? – спросила я.
– Ася, ты что?! Ты же мне в глаз дала, только потом осматриваться стала.
– Риан, это и правда ты?! – всхлипнула я.
– А кто еще? – Он осторожно приблизился ко мне. Я позволила ему себя обнять. – Расскажи мне, что происходит! – потребовал он. – Ты спала весь день, и мы не смогли тебя добудиться. Маги и лекари лишь разводили руками. Появился Коулсон. Узнав, в чем дело, он лишь расстроился, что опоздал. Сказал, что выйти из этого состояния ты сможешь, если тебя отпустят. Сама – вряд ли. Он оставил вот это, – Риан протянул мне кулон на цепочке с крупным лунным камнем. – Сказал надеть его сразу, как только проснешься. – Ася, я должен знать, что с тобой!