— Да что за жизнь такая? Если бы не была уже блондинкой, то сейчас бы ею стала, растеряв всю пигментацию со страху.
Попросив девочек обождать минутку, я ринулась обратно в кусты. Пробравшись к драконьей голове, я нерешительно застыла напротив нее.
— Многоуважаемый краснобокий молоч… кхм… млечник, — прочистив горло, начала я, — вы не сердитесь на нас, но мне очень надо раздобыт ь немного вашего молока. От вас не убудет, а у меня на кону стоит счастливая семейная жизнь.
Честно говоря, я не знала, что еще можно сказать. Вообще этот спич был несколько спонтанным, просто хотелось как-то объяснить наверняка разумному животному за что мы с ним так поступаем. Посмотрев пристально в его глаза, я поняла, что злости или какой-то ярости в них нет. Вообще выражение морды было непонятным — слишком ласковым для дракона. Задумавшись над парадоксом, я вернулась к боевым подругам.
— Возможно, я плохой физиогномик… — начала я пояснение, но меня перебил вопрос Эвриалы:
— Ты — гномик? А я была уверена, что ты человек.
— М-да, слово действительно какое-то неправильное. Человек я, а дракон, кажется, дал добро на наш акт вандализма. Так что дубль два!
Я снова поймала белый хвост за красный шарик, Геля подставила нефритовую посуду, и мы начали доить. Дело вроде пошло на лад — все оказалось не так страшно, как я боялась. Подопытный даже не дергался, но периодически издавал порыкивания и гортанные звуки, которые меня настораживали.
— Драко, а ты можешь перевести, что он там рычит? — не выдержала я.
— Пока нет. Он ничего внятного не произносит. Не обращай внимания, — и дракончик, обойдя нас с Ангелиной по кругу, уселся на ноги Лианеи, обхватил ее под коленки и зарычал свое привычное: «Моя принцесса».
— Я закончила! Судя по тому, как уменьшился этот шарик, выжимать там больше нечего, да и чаша наполнена. — Я старательно вытерла руки салфеткой. — А как мы это дело повезем, чтобы не пролить?
— А ты возьми у него вторую чашу и накрой сверху, — предложила Юстис. — Их между собой можно скотчем склеить или у Лианеи веревки попросить.
На том и порешили — быстренько собрали свои вещички, упаковали чашу с молоком и выдвинулись в обратный путь. А когда отошли на достаточное расстояние, успев подняться на горку и спрятаться за деревья, Лиа приказала своим питомцам отпустить дракона на волю. Он хоть и вел себя все это время достаточно мирно, но подстраховаться не мешало.
Странно только то, что после того, как лианы расползлись по кустам, дракон упал на землю и там и остался лежать. Да еще и звуки какие-то… мурчащие издавал. Странная в этом мире живность!
Солнышко уже перевалило за полдень, погода радовала теплом, и шагать было одно удовольствие. Опять же прекрасная возможность обсудить другие задания.
— Чей билет будем выполнять следующим? — уловила общий настрой Юстис.
— Кидать жребий бессмысленно, надо с Дракошей посоветоваться. — И Ева наклонилась потрепать любителя принцесс по загривку. — Ну, что скажешь?
— О чем, гр-рау?
— Много у вас тут драконов с яйцами? Нам надо исследование провести… — пробурчала дриада, тяжело вздыхая.
— Ну, или хотя бы с молочными зубами — нам бы парочкой зубиков разжиться, — вмешалась Юстис.
— Ксгати, маленький, у тебя молочных зубов не осталось? — поинтересовалась Эвриала.
— Что такое молочные зубы? — Дракон сел на хвост и, изогнувшись, почесал задней лапой за ухом. — У меня их, кажется, и не было.
— А Шангрилии у вас тут где водятся? — Я вспомнила название этих редких собственников уникальных яиц.
— Ох, эти уединенно живут. Дня три пешком в горы топать. — В дракончике взыграло веселое настроение, и он погнался за летающей вокруг нас бабочкой.
Топот стоял неимоверный, и потому мы не сразу услышали приближение какого-то табуна. Все, что мы успели сделать, — это отскочить в сторону с тропинки, чтобы дикое стадо нас не затоптало. Сердце в груди лихорадочно трепыхалось по мере того, как начала сотрясаться земля.
— Лианелия, солнышко, душечка, радость наша, — заюлили в один голос сестры, — а давай ты нас на ветки подсадишь быстренько, пока из нас отбивную не сделали?
Не успели мы вознестись на верхушки деревьев, как на поляну из-за поворота выбежали семь сверкающих белых драконов с красными полосами по бокам. Они двигались, опустив головы к земле, втягивая дорожную пыль и выпуская после этого из ноздрей багровый дым. Отбежав на пару метров дальше места нашей дислокации, самый первый зверь, в коем я узнала недавнего знакомца, резко затормозил. Его последователи явно не ожидали такой подлянки и в результате впечатались рогами в «вид сзади». От комизма разворачивающегося действия мне стало весело, но ровно до тех пор, пока эти мифические динозавры не начали водить головой из стороны в сторону, обнюхивая воздух и негромко перерыкиваясь.
И тут нас засекли! Эти альбиносы в красную полоску с рычанием и каким-то улюлюканьем кинулись к деревьям, на которых мы расселись. Залезть они на них, видимо, не могли, поэтому вставали на ствол передними лапами и рычали в нашу сторону.
— Юстис, а у тебя опыт в написании завещаний есть? — крикнула я.
Последовательница богини правосудия сидела на соседнем со мной дереве, лихорадочно сжимая в руке самодельное копье.
— Как тебе сказать, только студенческий — практическую работу по завещаниям делала. А что? — девушка отвлеклась от белой морды, пытавшейся обнюхать ее ноги, и посмотрела на меня.
— Она, наверное, хочет Дарию свои стринги завещать, — влезла в диалог Эвриала, — больше-то от нас ничего не останется! Вон пасти какие огромные.
Вдруг ситуация на земле резко изменилась. Подоенный дракон уселся на тропинке с какой-то довольной физиономией, а оставшиеся шесть особей повернулись к нам попой и задрали хвосты.
— Кхе-кхе, боюсь спросить, а чего это они задумали? — Волосы на голове Лианеи стали расцветать, что свидетельствовало о нарастающем раздражении.
— А давайте спросим нашего гида-переводчика? — внесла рациональное предложение Еванжелин. — Где это он затих?
Мы с девочками переглянулись, и тут перед нашими глазами над тропинкой взмыл Дракоша, удерживаемый за заднюю лапку лианой.
— Я вам ничего не скажу, — заголосил он, раскачиваясь из стороны в сторону. — Вы — мое! Я никуда вас не отпущу!
— Интересный разговор, — задумчиво проговорила Горгона. — Ты нам предлагаешь здесь до старости сидеть? Они же явно не собираются уходить, наоборот — пытаются нам что-то сказать, судя по поведению.
— А сейчас мы его разговорим. — И дриада потянулась к черному дракончику руками-веточками.
Не успела просьба «А может, не надо?» сорваться с моих губ, как Лиа принялась щекотать маленького собственника по бокам. Дракон извивался, как мог, его задорный хрюкосмех разносился по лесу во все стороны. Главное, чтобы обвала не было, — все же мы в горной местности.
Краснобокие красавцы тоже заинтересовались представлением и перестали обращать на нас внимание. Они сели на землю, образовав круг, и, высунув языки, наблюдали за малышом. Потом один из них прорычал что-то, выпустив целенаправленную струйку дыма, и наш брюнетик сдался.
— Ладно, отпустите меня, я готов сотрудничать. Буду переводить.
И переговоры начались. Правда, мы с девочками не спешили слезать с веток — мало ли что нужно от нас этим чешуйчатым? Однако зря волновались. Речь парламентера хоть и звучала угрожающе — сплошные рычащие и грохочущие звуки, но в переводе оказалась всего лишь приглашением.
— Многоуважаемые принцессы! — озвучивал чуокое обращение Дракоша. — Вы приглашаетесь в наше гнездовье, где вам будут предоставлены все имеющиеся в наличии отпавшие суставные наросты, дабы вы могли заняться важным делом — сцеживанием омолаживающего молока для поддержания вашей красоты и молодости на многие весны.
— А-а-а, — протянула я, — так вот чего вы хотите. Нет, спасибо. Мы уже набрали нужное количество, и дальше я дояркой работать не намерена! Переведи.
— Они вас и так понимают, только сказать понятно не могут. — Дракоша подскочил на задние лапы и с надеждой посмотрел в нашу сторону. — Ну так что, мы уходим дальше? Конфликт исчерпан, стороны довольны? Принцесски мои — за мной! — И он попытался выскочить из крута, образованного белыми драконами.
Не тут-то было. Раздался грозный рык, и перед носом нашего переводчика клацнула челюсть. После этого последовала длинная пространная лекция на драконьем наречии.
Спустя пять минут и шесть сорванных связок мы ехали на загривках краснобоких млечников. Переговоры зашли в тупик, и победила сила. Эти мифические существа совершенно не по-сказочному спеленали нас своей пятой конечностью и, посадив на спину, двинулись в путь.
— И почему я со своим слегка неоконченным высшим образованием должна подрабатывать дояркой? — после двух восхитительных фруктов с лечебным соком я смогла выдавить из себя сиплый вопрос. — Ведь как-то они раньше без нас обходились.
Возглавляющий нашу делегацию дракон что-то гортанно зарычал и толкнул хвостом сидевшего на нем Дракошу. Тот, в свою очередь, надулся и начал выпускать кольца дыма через ноздри, как маленький паровозик. Я с интересом наблюдала за происходящим, не забывая попивать раздобытое Лианеей сладкое лекарство. Вот «вожак» белохвостых опять клацнул челюстями над ухом своего наездника и пощекотал его по бокам.
— Ладно-ладно, не надо, я все скажу, — заверещал Драко. Тяжело вздохнув, он обвел нас несчастным взглядом и заговорил: — Раньше, когда они жили в своих исконных землях, принцессы сами наведывались к ним за целебным молоком, но, согласившись на предложение братьев по разуму — переехать в эту долину, они утратили связь с прекрасными дамами. И теперь вынуждены мучиться от ломоты в хвостах из-за переизбытка молодящего вещества.
— Машуля, мне кажется, ты попала со своим билетом, — улыбнулась Эвриала.
— Это почему это?
— А потому что тебе теперь надо будет либо решить их проблему глобально, либо остаться тут насовсем. — Так как голосок сел от крика не только у меня, то теперь наша Горгона шипела, как настоящая змея.