После решила навести-таки порядок и избавиться от доказательств моей глупости. Остатки стола пришлось аккуратно сложить в коридоре. После спрошу у Риши, где здесь у них имеется мусорка. Полы вымыла раз пять, прежде чем чёрная копоть исчезла окончательно. К тому времени, когда пришли рабочие с новым столом и невероятно красивым ковром, я уже сидела в кресле, вновь штудируя учебники.
Двое крепких мужчин были молчаливы и замкнуты, поглядывали на меня исподлобья, но я предпочла вообще к ним не лезть – постелют ковёр, поставят стол, и я смогу сбежать к Рише в библиотеку. Так и случилось. Я не отвлекала их, и работа была сделана быстро.
На закономерный вопрос:
«Сколько я вам должна?»
Меня окатили откровенной неприязнью и буркнув, что за всё уже уплочено, сбежали, сверкая пятками.
Что ж, раз уплочено, то и переживать больше не о чем.
Библиотека встретила меня оглушающей тишиной. Если вчера ещё хоть кто-то из студентов прохаживался между стеллажами, или сидел за столом в огромном читальном зале, то сегодня там было совершенно и безоговорочно пусто.
– И так всегда, – пока я не видела, ко мне со спины подлетела Риша.
Честное слово, я от неожиданности и закономерного страха едва не заорала, на манер пожарной тревоги. Лишь схватила руками за сердце и сдавленно попросила:
– Ты не могла бы так не пугать?
Девушка пожала худенькими плечами и склонила голову набок, проявляя прямо-таки исследовательский интерес:
– Неужели в вашем мире совсем-совсем не бывает привидений?
И столько непонимания и какой-то тоски прозвучало в её голосе, что я не сразу нашлась, что сказать в ответ. Потом подумала немного, подбирая слова и выдала:
– Почему же, наверняка есть, – не могла же я утверждать обратное, тем более теперь, после всего, что со мной произошло. – Только вот таких, которые являются людям и те общаются с ними без опаски – лично мне встречать не доводилось.
А если бы довелось, и кто-нибудь узнал бы об этом, то ходить мне в белом халате с завязанными рученьками. И пить разноцветные пилюльки под присмотром строгих психиатров и неврологов (или кто там сумасшествие лечит). Но об этом я, естественно, умолчала. Не захотелось расстраивать девушку, тем более, услышав мои слова, она буквально расцвела на глазах – присущая призрачная бледность сменилась нежным румянцем, по длинным локонам заискрились золотые дорожки. Платье, обычно такое же бледное и невзрачное, как и сама хозяйка, стало… Красочнее что ли. В общем, никак я не могла поведать ей о том, что в нашем мире, если ты видишь призраков, то пора обращаться к мозгоправу.
– Если так, то это просто чудесно, – улыбнулась во все тридцать два зуба хозяйка библиотеки и сердце у меня ёкнуло. Нет, несмотря на преображение, улыбка у неё всё же жутковатая.
На сей раз Риша повела меня не в привычную уже комнату с колодцем, а в совершенно другую сторону. Мы прошли мимо столов читательского зала, завернули за стеллаж, на котором вместо книг красовались писанные портреты (прошлых ректоров и значимых личностей для академии, как пояснила девушка), и вошли в небольшую комнатушку со сводчатым потолком. В ней не было ничего, кроме миниатюрного круглого стола у миниатюрного же круглого окна.
Остальное пространство, что и так было крошечным, занимали книги. Очень много книг, что были сложены высокими стопками, упирающимися в каменные своды.
– Большую часть времени я провожу здесь, – сияя гордой, но не менее жуткой, улыбкой, призналась девушка и я кивнула. Потом отвернулась, пробежала взглядом по корешкам потрёпанных книг и остановилась на той, что лежала на столе. На раскрытой странице в самом верхнем углу была нарисована шкатулка… Очень знакомая шкатулка…
– Риша, – выдохнула, испытывая неведомое до сего дня волнение. – Что это?
Девушка подлетела, посмотрела на иллюстрацию, на которую я показывала и ответила:
– Это? – Слегка удивилась моему интересу, но тем не менее, принялась с энтузиазмом делиться информацией. – Это шкатулка с дарами богини Зииты. Я разбирала книги, которые годами, как бы не столетиями, лежали в подвале, и случайно наткнулась на этот древний фолиант. Он написан на старом языке, и я не совсем понимаю, о чём здесь идёт речь. Но вот эту надпись, – она указала на подпись под изображённой шкатулкой, – Мне удалось расшифровать. Здесь так и написано: «Дары богини Зииты». Но что это значит, и кто эта богиня – я не знаю.
Я пыталась переварить услышанное, когда Риша запоздало поинтересовалась:
– А тебе это зачем?
Мне? Мне такое добро совершенно без надобности, а вот Элена зачем-то хранила у себя фотокарточку этой самой шкатулки. Ту, от которой у меня и холодок по спине прокатился и страх ужалил в самое сердце.
И что-то мне подсказывает, что-то похожее на проснувшийся дар провидения – ничего хорошего ни от фотокарточки, ни от изображённой на ней шкатулки ждать не стоит.
– Да-а-а, – протянула, сама не зная, почему начала придумывать какие-то глупые оправдания. – Так, просто узоры на ней очень красивые.
Махнула рукой, и тут же перевела тему:
– Что сегодня изучать будем?
Кажется, девушка даже не заметила моих внутренних метаний. А я в растерянности пыталась понять, почему, как на духу, не рассказала ничего Рише. Ведь это не моя тайна и вообще, я точно не собираюсь выяснять, что это за шкатулка и какие именно дары в ней находятся. Так отчего в голове будто стоп-сигнал сработал? Предупреждающий, что говорить об этом не стоит?
– Сегодня? – вновь улыбнулась девушка. – Сегодня будем заниматься тем же, чем и вчера, я сейчас только книгу себе выберу, чтобы со скуки не умереть, пока ты будешь измываться над магией.
И Риша, довольная своей шуткой, звонко рассмеялась, я же скривила губы и приличия ради проворчала:
– Между прочим, у меня вчера получилось применить одно бытовое плетение!
Не хотелось, чтобы это звучало, как хвастовство, но… Что получилось, то получилось.
Риша смеяться перестала и за мгновение очутилась прямо перед моим лицом, от чего я шарахнулась в сторону и только чудом не сшибла книжную башню.
– Получилось? – глаза засветились нездоровым энтузиазмом, так что я вмиг пожалела о брошенных словах.
– Совсем немного, – пошла на попятную, но не тут-то было – девушка уже закусила удила.
– Что это было за плетение? Помнишь ощущение, которое родилось внутри во время всплеска силы? С какого раза оно у тебя получилось? Надеюсь, ты не в комнате проводила эксперимент?
От последнего лицо полыхнуло жаром: да что ж такое! Она мне всё время теперь будет напоминать о моём неудачном использовании магии?
– Плетение заморозки. Ощущений не помню, не до них как-то было. Получилось сразу. Экспериментировала в комнате, потому что тащить корзину с пирожными в учебные аудитории посчитала глупым.
Лаконично ответила на все вопросы поочерёдно, и добавила несколько обиженно:
– И я ничего в этот раз не спалила. Я была осторожна.
Риша обиду мою тоже не заметила, вновь счастливо расхохоталась, и выдала:
– Вот и замечательно, а то я уж было подумала, что всё бесполезно.
И эту колкость я тоже проглотила. Пусть потешается, а я докажу, всем докажу на что способна обычная землянка.
Занимались мы долго, так что пообедала я ближе к пяти часам. К слову, о времени – оно здесь мало чем отличалось от привычного мне, земного. Те же двадцать четыре часа в сутки, те же минуты и те же секунды. Всё одно, только часы работали не от батареек и солнца, а от магических накопителей. Несущественное отличие, я считаю.
Вернулась в комнату вымотанная донельзя, обрадовалась, что мусор забрали с собой рабочие. Хотя, на всякий случай, узнала у Риши, куда у них здесь девать разного рода отходы. Оказалось, у северных ворот академии имеются огромные бочки. А на бочки эти наложено особое заклинание – всепоглощающее пламя. Чтобы туда не бросили, всё в миг превращается в ничто.
Удобно. И никакого тебе загрязнения окружающей среды.
Мои же магические способности вновь не блистали. Риша решила, раз у меня сладилось с бытовым заклинанием, то значит нужно пробовать что-то из той же серии, ведь основа у бытовых плетений одна, меняются лишь незначительные звенья.
Но оказалось, что и это мне не под силу. Даже получившееся вчера заклинание заморозки вышло лишь с пятнадцатого раза. Я злилась и мрачнела всё больше и больше, а придя в квартиру после обеда, заела своё горе оставшимся пирожным и двумя сдобными булочками. Не очень-то правильный подход по отношению к телу Элены, но мне требовалось заесть горе, иначе бы я принялась крушить всё вокруг.
После долго лежала на кровати, раскинувшись на манер морской звезды, и пыталась выкинуть из головы неутешительные мысли.
А что, если у меня так ничего и не получится? И меня раскусят? И что делать? Книги с минимальным набором правил для попаданки, которые я спрятала под кроватью, дабы избежать неосторожных взглядов и разного рода недоразумений, не давали ответы ни на один заданный вопрос, а Гриша… Да-да, вчера я обещала его не ждать и вообще… Но вдруг кто-то, помимо Риши, узнает мою тайну и решит сдать меня местным властям в обход «службе помощи неудачливым иномирцам»? Что будет тогда?
Нервозность не отпускала, а напротив, лишь усиливалась. От этого хотелось немедленно вскочить с места и бежать куда-нибудь, чтобы сделать что-нибудь. Я и встала, и побежала… Предварительно ознакомившись с расположением тренировочных аудиторий.
Их оказалось аж пять штук. И все в одном изолированном крыле на нижнем этаже. Тут же имелся и запасной выход, что весьма обрадовало – техника безопасности на высоте.
Прежде, чем заглядывать за дверь, я постояла несколько минут, напряжённо прислушиваясь – нет ли кого по ту сторону. Но нет, в аудитории было тихо.
Вошла, осмотрелась и плотно прикрыла за собой дверь. Помещение было не очень большим, больше похожим на маленький камерный театр. Импровизированная сцена и два ряда кресел полукругом.