Часы на академической башне взялись отбивать время. Одиннадцать… Уже одиннадцать? Так быстро…
Покрутила в руках записку, закрыла глаза, вновь их открыла. Пойду, но только для того, чтобы со стороны посмотреть на этого загадочного «Л», который всё обо мне знает, или не совсем обо мне, не суть.
Сложила книги аккуратной стопкой, активировала подогрев чайника, благо, с заменённым накопителем, который передали мне рабочие, это оказалось проще простого. Нервно опустошила чашку с чаем, даже почти не почувствовав ни вкуса его, ни горячей температуры. Все мои мысли были заняты предстоящей вылазкой.
Малодушное желание остаться в комнате и никуда не ходить, хоть и не сразу, но всё же отмела. А если записка предназначалась мне? Тогда хоть стоит узнать, кому так неймётся и кого стоит опасаться.
Переодеваться не стала, разве что накинула поверх свитера серое пальто, чтобы не особо выделяться на фоне потемневшей при свете звёзд растительности.
Академия дышала сонной тишиной и спокойствием. Нет, в выходные дни она и так редко заполнялась звонкими студенческими голосами, но сейчас вовсе будто уснула крепким сном. Жутковато, если честно.
Я упрямо шла вперёд, сжимая до боли кулаки и выдыхая сквозь стиснутые зубы почему-то вдруг ставший каким-то вязким воздух. Зачем я пошла? Узнать… И что измениться от того, если я узнаю, кто этот загадочный «Л»? Ничего… Или может быть изменится всё…
Проснувшийся авантюризм упрямо толкал вперёд, а присущая осторожность – нашёптывала вернуться. И вот кого слушать?
Замерла перед выходом во внутренний двор, не решаясь ни на хрустящий гравий ступить, ни обратно вернуться. Наконец, махнула рукой и спешно направилась к северным воротам.
Дорожка, что вела к ним, вся утопала в зелёных ограждениях, что, несомненно, радовало. Я пригибалась, прячась за раскидистыми ветвями и осторожно выглядывала из-за живой изгороди – нет ли там кого.
Но территория, так же, как и само здание, находилась в полусонном состоянии. Только стрекочущие вдалеке кузнечики нарушали безмолвную тишину. Вскоре показались мусорные баки, в которых поблёскивали языки пламени. А за ними высокие кованые ворота, что в ночи казались эдакими зубастыми великанами.
Поблизости никого не было. Я затаилась за одним из кустов и принялась ждать. Кто-то же должен прийти. Ждать пришлось недолго. Как только башенные часы пробили двенадцать раз, за воротами показался высокий широкоплечий мужчина. Не один. За ним, постоянно оглядываясь, шла миниатюрная женщина, укутанная в чёрный плащ с головы до пят. Почему я поняла, что это особа женского пола? Всё очень просто:
– Думаешь, она придёт? – Высокий мелодичный голос разрезал ночную тишину. Я никогда его прежде не слышала, но несмотря на мелодичность и напускное спокойствие, голос этот отозвался неприятной дрожью во всём теле.
– Не уверен, – пробасил в ответ мужчина, вскинул и отвёл назад плечи, как обычно у нас делают боксёры перед боем.
«Уж не меня ли он собрался бить?» – пронеслась шальная мысль в голове, но я заставила себя остаться на месте. Не полезут же они через ворота! Наверное…
– А если не придёт? – В мелодичность вкрались злобные нотки.
– Если не придёт, то не твоя забота. Я всё сделаю сам.
«Всё сделаю сам» – звучало куда серьёзнее любой угрозы. А потому я ниже припала к земле и вовсе задержала дыхание, чтобы ни единым звуком не выдать себя.
– Зря мы ей доверили это дело, – не смогла стоять молча женщина.
– Разве у нас был выбор? – зло усмехнулся мужчина.
– Не было, – буркнуло недовольно его собеседница.
Стало тихо. А жаль. Было бы здорово, если бы они расщедрились на более полную информацию. Я бы тогда смогла понять, во что такое гадкое вляпалась Элена. Сдаётся мне, сбежала она из этого мира всё же не в поисках новых ощущений, здесь всё куда сложнее…
Прошло довольно много времена, двое так и стояли у ворот, а я молилась всем и сразу о том, чтобы они скорее ушли. Потому что ноги бессовестно затекли, и сидеть в этом дурацком положении было уже просто невыносимо. Но они стояли и внимательно всматривались в темноту, желая увидеть Элену.
А она, точнее я, не собиралась выходить к ним навстречу. Нет уж… Не готова я на такой отчаянный шаг. Зато теперь я стала подумывать о том, что если Гриша не явится в ближайшие пару дней, то я наплюю на наш договор и пойду искать контору, которая занимается проблемами переселенцев. И пусть это будет свинством по отношению к престарелому клерку, но… Я просто не знаю, что ещё делать.
Часы на башне пробили ровно один раз и женщина раздражённо бросила:
– Она не придёт, это же очевидно!
Конечно! Надо было сразу об этом догадаться.
– Пойдём, – поддержал её недовольство плечистый мужлан и они, наконец-то, развернулись, чтобы уйти. Только прежде, чем скрыться за высокими стенами академии, он обернулся и посмотрел именно на те кусты, за которыми я притаилась. И мне показалось, что на его губах блеснула усмешка. Или это моё воображение и темнота сыграли злую шутку?
В комнату я возвращалась погружённая в свои невесёлые мысли.
Итак, что я имею? Понятное дело, попаданство. Его я уже не воспринимала, как что-то фантастическое и нереально. Не зря же говорят, что человек приспосабливается ко всему. Второе – загадочное прошлое Элены. В свете всего происходящего ни за что не поверю, что указанное в договоре у Гриши желание «попутешествовать и узнать что-то новое» являлось основополагающим в данной ситуации. Девушка сбежала от проблем и проблемы эти отнюдь не сводились к «я не знаю, какого цвета платье надеть».
Шкатулка… Не знаю уж, какие там дары богини и что они из себя представляют, но история с ними мутная.
Теперь вот ещё «охотники за головами». Что им нужно от Элены, и что такого известно про неё – совсем непонятно. И у кого разузнать всё, ума не приложу. Хотя нет, знаю я, конечно, кто мог бы рассказать обо всех тайнах, но человек этот (и человек ли?), сгинул в поисках неизвестного Грома. Если он вообще хоть кого-то ищет, а не отсиживается в своей конторке, успокоенный моим молчанием.
В сухом остатке у меня море вопросов и ни одного ответа. А в придачу ко всему проснувшееся желание во всём этом разобраться. И начать стоит… с Риши.
В комнату я не пошла несмотря на то, что мне давно уже стоило бы находиться в постели и смотреть сладкие сны. Сразу направилась в библиотеку и застала, конечно же, до крайности удивлённую девушка-призрака за чтением очередной книги. Не той, где была изображена шкатулка, а жаль.
– Лена? – нахмурилась Риша и сразу отложила потрёпанный фолиант.
– Расскажи мне про Элену всё, что ты о ней знаешь, – выдала, не утруждая себя замысловатыми объяснениями. Этот разговор должен был случиться ещё тогда, когда девушка упомянула, что Элена была хорошей, и неприязнь окружающих к ней вовсе не оправдана, но я так загорелась идеей обучиться магии, что остальное попросту вылетело из головы.
– Всё? – Отчего-то задушено пискнула девушка и побледнела сильнее, хотя, я была уверена, что это в принципе невозможно.
– Всё-всё, – кивнула, отодвигая стул, что стоял у стены и усаживаясь на него. – Желательно со всеми грязными подробностями.
Закинула ногу на ногу и принялась ждать. Риша медлила, что натолкнуло меня на не очень-то приятные мысли.
– Ты знаешь что-то, что я не должна узнать?
– Нет, – поспешно отмахнулась девушка, но продолжила, когда набрала в свои призрачные лёгкие воздух. – Просто… Это же не моя тайна. Не знаю, могу ли я об этом говорить.
Я хмыкнула:
– Видишь ли, так как я волею судьбы нахожусь в теле Элены, то тайна эта касается меня непосредственно. Я, так сказать, не посторонний для неё человек.
Ну в самом деле, как я могу быть посторонней, если не просто временно снимаю её квартирку, а… Живу в её теле? Это же указывает на более чем близкое знакомство между нами. Или я не права?
Риша помолчала, окинула меня сомневающимся взглядом, но, наконец, начала рассказ:
– О тех слухах, что ходили про неё и какого-то чиновника из министерства, я ничего сказать не могу, – со вздохом призналась девушка. – Но стоило ей появиться в академии, её все дружно невзлюбили. Ещё бы, девушка без особых талантов в области теории плетений, и на тебе, получила такое тёпленькое место. Если интересно моё мнение, то вся эта история о коварной соблазнительнице, лишь выдумка, а Элена не пыталась её развеять потому…
Она запнулась, но всё же поделилась своими мыслями:
– Она посчитала, что так будет удобнее. Обычно от пустоголовых девиц, торгующих своим телом, не ждут никаких особых свершений, а она была умна и подмечала мелочи, на которые другие не обращали никакого внимания.
Пока Риша лишь нагоняла тумана, но я терпеливо ждала.
– Элена умело играла на публику. Даже вот интрижку с профессором Элшаром закрутила, лишь бы убедить всех, что они на счёт неё не ошиблись. Но студентов своих она полюбила, не сразу, конечно, но со временем они нашли общий язык. Правда для окружающих её фривольное общение с учащимися расценивалось как… Неэтичное.
Ха, судя по сальным шуточкам, что ребята отпускали в её адрес, это совсем не удивительно.
– Но на самом деле она была очень умной, начитанной. Ни дня не проходило, чтобы она не наведывалась в библиотеку. Она интересовалась не только разными приёмами плетений, но ещё и зельевареньем, артефакторикой, древним руноплетением, которое давно уже кануло в лету.
Зельеваренье, артефакторика, руноплетение… А эта Элена очень интересная личность, если не сказать загадочная.
– Так, а зачем она изображала из себя легкомысленную дурочку? – Спросила, нахмурившись. Этого я в самом деле не понимала. Если ты такая разносторонняя личность, умная и начитанная, то для чего это цирковое представление?
Риша замялась, нервно взлетела к потолку и опустилась обратно, прежде чем ответить:
– Не знаю точно, но мне кажется, она что-то искала, здесь, в академии.
Искала… в Академии… А потом – фить! – и свалила из этого прекрасного магического мира на Землю. Подставив какую-то Елену Митянкину, а Гриша уже подвёл под монастырь меня. Так может то, что она искала – нашла? И потому сбежала, не желая делиться этим чем-то с… Да хоть с сегодняшними ночными визитёрами? Уж не шкатулочкой ли?